Египетская сила
Шрифт:
Из дверей одной из палат выглянул мой сосед Андрей.
– На помощь! – крикнул он и замахал руками. – Он не дышит! Он умер!
«Блин! Кажется, мне пора возвращаться!»
***
Перед моими глазами мелькали дырчатые, металлические полосы потолка, а сам я лежал на медицинском столе-тележке и меня куда-то везли.
– Ребята, – сказал я. – Вы меня куда везете? Надеюсь, не в морг?
На меня посмотрели сверху и усмехнулись.
– Смотри-ка, наш клиент-то ожил.
– А разве я собирался
– Создалось такое впечатление, – сказал один из санитаров.
– Эх! – решил я их пристыдить. – Такой сон испортили!
Сцена 7
Из больницы я ушел на следующее утро, хотя ночь пришлось провести в реанимационном отделении. Все было, как в фильмах. Не соврали киношники. К моей груди прикрепили пару датчиков, в нос вставили тонюсенькие трубочки, через которые понемногу подавали чистый кислород, а где-то вверху и сбоку попискивал умный прибор, повторяя удары моего сердца.
Тем не менее выписали меня просто и почти без вопросов. Тот же Валерий Сергеевич с угрюмым лицом выслушал мою просьбу и сказал:
– У вас ночью был приступ. Я бы на вашем месте все же остался и полежал несколько дней.
– Лечащий врач в поликлинике мне все объяснил, – ответил я. – Я хочу вернуться домой.
Как я понял, Ольга дежурила в больнице сутки через двое, и сегодня вместо нее заступала на вахту другая медсестра. Без моей знакомой оставаться здесь не было смысла.
– Я вас предупредил, – сказал Валерий Сергеевич и стал что-то набирать на компьютере.
Вскоре от распечатал мне листки по выписке.
– Это – ваш экземпляр, а это – мой, – сказал он, протягивая мне бумаги. – Распишитесь внизу. Там, где галочка.
На этом и расстались.
***
До дома я доехал на такси, а войдя в подъезд, решил игнорировать лифт и подняться по лестнице. Первый же пролет меня удивил. Сердце сильно заколотилось. Стало не хватать воздуха. Пришлось остановить и передохнуть. Потом я кое-как добрался до лифта, а уже с его помощью – до своей квартирки.
Дома я лег на диван и, уставившись в потолок, стал размышлять.
Через весь потолок шла еле заметная трещинка. Она появлялась каждую весну, когда почва оттаивала, и дом незаметно для глаз слегка проседал. К лету трещинка становилась более заметной. Приходилось нанимать маляров, чтобы привести потолок к первозданному виду. Но приходила новая весна и все повторялось.
«Снова придется заделывать трещину, – подумал я. – Или не придется. Кажется, в этот раз мой врач не ошибся с диагнозом».
Сегодняшний подъем, а, вернее его попытка, ясно показал, что период улучшения прошел. Организм попытался сам что-то исправить, но у него ничего не получилось.
«Значит, летом ремонта, – усмехнулся я. – Во всем
Впрочем, в голову пришла одна идея, которая могла меня спасти. На дне египетской бутылочки оставалось еще достаточно микстуры.
До вечера я успел сделать много дел и вернуться обратно домой. Перекрыл газ, выдернул все розетки. Потом сел писать письмо, но так ничего и не написал. Лег на диван и просто стал ждать. Хотел дождаться одиннадцати вечера, но терпения не хватило. Без пяти минут десять я влил в себя несколько капель египетского снадобья, снова лег на диван и стал думать об Ольге.
***
Переход, как всегда, прошел скачком. Я вдруг понял, что стою посередине соседской квартиры, а передо мной разгорается скандал.
Коля что-то яростно шептал жене. Ольга стояла перед ним с плотно сжатыми губами. Ее лицо было бледным. Я прислушался.
– Сука! Ты трахалась со своим Валерием Сергеевичем!
– Это – неправда! – так же шепотом ответила Ольга, и тут муж ее ударил.
Удар был не сильным, ладонью по лицу, но голова женщины резко мотнулась в сторону.
– Сука! Неправда?! Мне ваша Лариса Евгеньевна все рассказала!
– Она врет! – ответила Ольга.
– Это ты врешь! – еще больше распалился Коля и снова ударил жену, теперь по другой щеке.
Голова женщины мотнулась в другую сторону, а в глазах появились слезы.
Я решил вмешаться. И в этот раз внутренняя сущность Коли предстала зеленым шаром, в расцветку которого добавились грязные тона. Колышущийся шар откатился в сторону, а я завладел телом соседа.
Подошел к плачущей женщине и заметил, как она испуганно сжалась, ожидая новой пощечины.
– Все закончилось, – сказал я и обнял свою новую жену. – Все закончилось. Этого больше не повторится.
– Пап, что случилось? – снизу за штанину меня кто-то дергал.
Рядом со мной стояла маленькая девочка и испуганно смотрела снизу-вверх.
Я присел рядом с ней на корточки.
– Как тебя зовут? – спросил я.
– Па-а-п, это же я, Даша, – проговорила малышка.
– Все хорошо, Дашенька, – я взял ее на руки, подошел к Ольге и другой свободной рукой снова обнял ее. – Все будет хорошо. У нас теперь будет новая жизнь.
Потом я заметил зеленый шар на полу, передал Дашу на руки жене, а сам открыл балконную дверь. С улицы потянуло сквозняком. Движение воздуха подтолкнуло ненужный здесь шар к дверному проему. Так шар оказался на балконе. Потом он ловко просочился сквозь прутья балконной решетки и поплыл над качающимися деревьями. Я закрыл дверь, подошел к Ольге, все еще державшую дочку на руках, осторожно пальцами вытер ее слезы и снова повторил:
– Теперь у нас будет новая жизнь.