Егерь
Шрифт:
– Быстро же ты от них слиняла, – Роден пустила еще несколько колец дыма.
– Никогда не понимала, почему Учитель позволяет тебе курить в доме.
– Потому что, если она не будет курить, начнет пить, – Учитель вошел на кухню и отвесил подзатыльник Роден. – Ноги со стола убери!
– Извините, Учитель, – Роден почтенно склонила голову.
– Сафелия, как доешь, возьми список покупок и отправляйся в поселок.
Сафелия облизала ложку и встала из-за стола. В молчании помыла посуду и
– Учитель, я могу идти?
– Да, можешь.
Как только Сафелия покинула кухню, Ромери присел напротив Роден.
– Ты опять игнорируешь послания от матери?
– Избавьте меня от этого говна, Учитель!
Ромери осуждающе покачал головой.
– Твоя речь, манеры и поведение безобразны.
– Как и вся я, – улыбнулась Роден.
Учитель протянул руку через стол и сжал ее ладонь.
– Меня не отталкивает твоя внешность. Ты необычна. Уникальна. Задайся ты целью, могла бы все начать сначала.
– Это мы уже проходили, – она рассмеялась. – Не стоит.
– Мать не виновата в том, что с тобой произошло.
Лицо Роден окаменело.
– Ты убила его. Его больше нет.
Она выдернула ладонь и встала из-за стола.
– Но ужас, который он мне подарил, никуда не делся.
– Пока ты не избавишься от ужаса в сердце, ничто в жизни твоей не изменится.
– Вылечить мою душу не по силам даже психиатрам, Учитель. Смиритесь, как смирилась я, – она затушила елотку и прикурила новую.
– Ладно, Роден. А теперь к делу. Через несколько часов к нам прилетит один высокопоставленный гость.
Роден хмыкнула:
– Вы по этой причине Одеялко в поселок отправили?
– Сахар в доме закончился три дня назад, – улыбнулся Учитель.
– Гостю нужна моя помощь? – выдохнула дым Роден.
– Да. И я прошу тебя ему помочь, – кивнул Ромери.
Елотка дымила в воздухе, а Роден внимательно смотрела на Учителя.
– Что происходит? – наконец спросила она и затушила елотку.
– А тебя что-то беспокоит?
– За все время нашего знакомства вы ни разу не просили меня кому-нибудь помочь.
– Роден… – Учитель вздохнул и отвернулся. – Сделай, как я прошу. И не задавай вопросов.
– Учитель…
– Роден! – он повысил голос и смирил ее гневным взглядом.
Она склонила голову и замолчала.
– Человек, который прилетит за тобой, мой ученик. Он очень силен. Даже слишком. Я знаю, что у тебя есть определенные цели. Тьма вокруг тебя всегда пугала меня. Но сама ты пугаешь меня куда больше. Этот человек будет на твоей стороне до тех пор, пока ты не станешь представлять угрозу для него или его близких. Ты понимаешь, о чем я?
Роден молча кивнула.
– Хорошо, – выдохнул Учитель. – Хорошо, что ты это понимаешь. Помоги ему, и тогда, возможно,
– Да, Учитель.
– Разрешите войти?
– Да, Зафир. Заходи.
– Да что б меня! – Роден хлопнула ладонью по столу и тяжело вздохнула.
– Зафир – один из моих лучших учеников, – улыбнулся Ромери.
Олманец присел за стол напротив Роден и прищурил светящиеся синие глаза.
– «Один из» не значит «лучший», – справедливо заметила она.
– Я прилетел к тебе просить о помощи.
Роден изобразила удивление и с воодушевлением прижала ладонь к груди.
– Не может быть… – прошептала она. – Это так… …так неожиданно…
Ромери отвесил ей очередной подзатыльник и Роден виновато склонила голову.
– Простите, Учитель.
– Ладно, пойду прогуляюсь, – Ромери встал из-за стола и похлопал Зафира по плечу.
– Учитель? – не поняла Роден. – Вы куда?
Ромери вышел и не ответил.
Роден затушила окурок и закурила новую елотку.
– Выкладывай, что стряслось, – она закинула ноги на стол и приготовилась слушать.
– Что ты знаешь про иных на Олмании? – спросил Темный.
Роден начала посмеиваться.
– Ну и заварили же вы кашу, олманцы… Подняли на уши всю Вселенную, когда признались, что приютили дальних родственников из другого измерения на своей планетке. Суе пришлось это дерьмо за вас разгребать. И что теперь? Мы открыты для всего мира? Хрена с два… И хотя от туристов на Суе теперь отбоя нет, люди все равно знают о нас так же мало, как и о иных.
– Но теперь, по крайней мере, люди знают о вас, – улыбнулся Темный.
– И что толку? – Роден выпустила колечко дыма. – Мы продолжаем следовать собственным традициям и разрисовываем лица, чтобы отличаться от всех остальных. Но так же, как и вы, – она искоса взглянула на Темного, – мы боимся иных и того, что они принесли с собой в этот мир.
– Это тема для отдельной дискуссии, а сейчас времени на нее нет.
– Я поняла, – махнула рукой Роден, – можешь не оправдываться. Так что там с вашими иными? Как живется им в изоляции?
– Это временная мера, – покачал головой Темный. – В данный момент они проживают в резервации на территории Олмании и проходят интеграцию. Вживаются в общество, если так можно выразиться. Невеста Стефана – Императора Олмании…
– Я знаю, кто он, – перебила Роден.
– Хорошо, что знаешь. В общем, невеста моего брата…
– Одна из них. Она дочь их главнокомандующего. Император Олмании этим союзом желает закрепить отношения двух рас на одной маленькой планетке в надежде, что иные не ополчаться против остальных и не прикончат всех нас.