Эфирный эликсир
Шрифт:
В семь часов вечера, когда около автовокзала, где находилась конечная остановка всех городских и посёлковых автобусов, стояла самая настоящая «жара». Толпы народа, штурмом брали бедные чиненые-перечиненные ЛиАЗы, в которых так пахло бензином, что с непривычки сшибало с ног. А что поделать? Одним в конце рабочего дня нужно было выехать из города, другим, наоборот, в город приехать. Кстати, благодаря столпотворению, нашу подсадную Катю Иванову я на мотоцикле подвёз прямо к самому зданию автовокзала. Около мотоцикла
— Кать, запоминай, — сказал я, выглядывая через окно на площадку, где «паслись» таксисты-частники. — Ты переехала из другого города.
— Из Соликамска, — хмыкнула девушка.
— Пусть из Соликамска, — я стал чуть-чуть заводиться, так объяснял этой пустоголовой Катьке всё по третьему разу. — Учишься в школе №22, в девятом классе.
— Я девятиклассница, хи-хи, — захихикала она, из-за чего мои кулаки сами собой сжались, чтобы не психануть.
— Скажешь таксисту во время рейса, что в среду тебе нужно срочно съездить в Губаху, — сквозь зубы произнёс я. — Всё понятно?
— А если он ко мне полезет? Щупать начнёт по-всякому? — Заулыбалась Катька.
— Тогда заплачешь и скажешь, что ты не такая, что не можешь целоваться с первым встречным, — ответил вместо меня Толя Широков, которого девушка тоже начала подбешивать.
— Вот умора, хи-хи, — хитро стрельнула глазками Катрина. — А когда вы мне заплатите пятьдесят рублей?
— Доедешь до «Девятой делянки», выйдешь, скажешь таксисту до свидания и ждешь нас, — объяснил я, загибая пальцы. — Мы приедем, заплатим полтинник и отвезём тебя домой.
— А если он меня в лес повезёт? — Вдруг испугалась девушка.
— Во-первых, у меня с собой пугач, во-вторых мы же следом поедем, — прошипел Широков.
Внезапно расталкивая людей, которые толпились у самого входа в здание автовокзала прорвался Андрюха Рысцов:
— Таксист приехал!
Я глянул в окно и тихо про себя сматерился, так как с моего места никакого таксиста видно не было. Значит, в час пик он останавливался в другом месте! «Андрюша молодец», — улыбнулся я, вспомнив КВН. Затем я быстро сунул руки в сумку, и включил магнитофон, уровень записи, выкрутив на самую большую величину.
— Ну, Катюша, не подведи! — Я отдал сумку девушке, и мы вместе двинулись на выход, по дороге толкаясь с осоловелым под конец рабочего дня народом.
Мотоцикл «Днепр» с коляской я завел гораздо раньше, чем наша Катя подошла к таксисту на красных «Жигулях». И чтобы слежка не выглядела топорно, я решил заранее проехать до швейной фабрики, потому что дальше по дороге водитель «Жигулёнка» мог на самом деле свернуть на малозаметный лесной отворот и скрыться из виду. И хоть Катя вряд ли испугается насильника, она и не такое видела, но на этой операции я за неё в ответе, как в принципе и за Рысцова, и за Широкова.
— Куда? — закрутил головой Андрюха, когда мы «просвистели» мимо таксиста и стоящей рядом с ним Катьки.
— У швейной
— А если он другим путём поедет? — Озадачил меня Толик. — Мы его на Советской ждём, а он по Ленина хлобыснет.
— По Ленина, ехать дольше, — пробубнил Рысцов.
— Чёрт! — Выругался я, вспомнив, что этот таксист как раз любит ездить в обход, по длинной дороге, поэтому мотоцикл притормозил и свернул в ближайший двор.
— Вон они! — Вскрикнул Андрюха.
— Б…ь! — Опять выругался я, так как видавший виды «Днепр» внезапно заглох. — Толкни мужики! Уйдут ведь!
— Не уйдут, — усмехнулся Толя Широков и, спрыгнув с заднего сиденья, толкнул тяжелую трёхсоткилограммовую машину.
Мотик затарахтел и мы тут же кинулись в погоню. Однако на максимальной скорости, пролетев по центральной улице Ленина, никакого такси не обнаружили. Я чуть не вскрикнул от злости и бессилия. Вот что значит незнакомая техника, и отсутствие опыта оперативной слежки. Всё же одно дело писать, вести криминальную хронику, и совсем другое дело заниматься реальным расследованием.
— Поехали сразу на «Девятую делянку», — предложил хулиган «Широкий». — Хрен ли сейчас по городу колесить.
— Правильно, — согласился Рысцов. — Место встречи изменить нельзя.
Поэтому дальше без раздумий я полетел на заранее оговорённую остановку. И чуть-чуть не вылетел, превышая допустимые шестьдесят километров в час, на машину ГАИ. «Ху», — выдохну я, так как гаишник занимался в это время другим нарушителем социалистического порядка на дорогах.
— Пронесло, — тут же заметил Широков. — Сворачивай здесь, проедем через поля и выскочим на второстепенку.
— Была не была! — Вырвалось из моей груди, и я вдавил педаль газа, чтобы проскочить здоровенную лужу.
Брызги грязной мутной жидкости полетели в разные стороны, словно мы участвовали в каком-то ралли. Зато дальше дорога была и пустынной, и вполне пригодной для загородных прогулок на мотоцикле с коляской. Поэтому прошло не больше трёх минут, когда мы подкатили на место встречи с Катькой, которой здесь не было!
— Чё испугались, хи-хи-хи! — Захохотала наша подсадная жертва маньяка, выйдя довольная собой из противоположных кустов.
— Испугались, б…ь! — Не выдержал Толя Широков. — Думали всё, каюк маньяку, насмерть ты его затрахала!
— Дурак! — Обиделась Катька.
— Хватит! — Крикнул я. — Мы — все большие молодцы! Всё отлично! Первый шаг к поимке нашего «шахтёрского монстра» сделан. Расскажи, Катерина, о чём шёл разговор во время поездки?
— Пятьдесят рублей, — протянула руку девушка.
И лишь после того, как я отдал пять десятирублёвых купюр, Катя стала рассказывать, как он с ней заигрывал, как пощупал её один раз, после чего она разревелась. «В общем, ничего особенного, — подумал я, слушая вполуха девчонку из общаги. — Таксист — обычное хамло. Странно, что он смог окрутить домашних девчонок, коими стали первые жертвы маньяка».