Эффективный Черчилль

Медведев Дмитрий Львович

ГОВОРИТ ЧЕРЧИЛЛЬ: «Сначала нам следует определиться, чего мы хотим, а затем выработать средства и условия, необходимые для того, чтобы этого добиться».

Этот вопрос не дает покоя историкам уже на протяжении добрых семи десятилетий. С одной стороны, исследователи жизни великого британца сходятся в том, что Черчилль в искусстве стратегического планирования обладал огромным опытом. Он с увлечением изучал эту дисциплину в Королевском военном колледже Сандхерсте [126] , а затем и на собственном опыте, участвуя в колониальных войнах на северо-западной границе Индии, в Судане и в Англо-бурской войне.

126

Черчилль набрал по этому предмету 278 баллов из 300 возможных.

С началом политической деятельности он продолжал развиваться в этом направлении. После окончания Первой мировой войны на страницах своего монументального труда «Мировой кризис» Черчилль кропотливо изложил все основные вехи военного конфликта. В 1930-е годы, находясь в отставке, он не менее дотошно проштудировал полководческое искусство

своего дальнего предка, генерал-капитана Джона Черчилля, первого герцога Мальборо. «Как бы там ни было, но хорошая стратегия даже в случае провала часто приносит свои компенсации», — подытожил политик, проанализировав многочисленные битвы [127] .

127

Churchill W. S. Marlborough: His Life and Times. Book II. Vol. III. P. 258.

Но у этой медали есть и оборотная сторона. Несмотря на отменную теоретическую подготовку и боевой опыт, Черчилль никогда не командовал подразделениями больше батальона. Как верно заметил профессор Дэвид Рейнольдс: «Уинстон знал, что такое битва. Другое дело современная война — крупномасштабная, мобильная, с поглощающими огромные ресурсы операциями, с развертыванием сложных формирований и применением разных родов войск» [128] .

В полномасштабных военных операциях с одновременным использованием артиллерии, пехоты, бронетанковых войск и тактической авиации Черчилль никогда не участвовал. Для него война — это в первую очередь столкновение личностей, характеров, настроя и решимости. В 1916 году, сидя в окопах Первой мировой во Фландрии, он писал свое супруге Клементине:

128

Reynolds D. In Command of History. P. 244.

«Война — это действие, энергия и риск» [129] .

Своего отношения к войне он не изменил и спустя тридцать с лишним лет. По его же собственному признанию, сделанному в июле 1948 года, «воевать — это значит бороться, грызть и рвать. И только так более слабый может выцарапать себе победу. А маневры — это лишь украшения, приемлемые, только когда они заканчиваются успехом. Борьба и сражение — вот ключ к победе!» [130] .

Нельзя принижать и значение личного фактора. По словам директора французского Института современной истории Франсуа Бедариды, «по мере открытия американских и британских архивов цвета палитры в портрете Черчилля заметно изменились и разнообразились. Изображение эпического героя в радужных тонах уступило место более контрастной, светотеневой картине, гораздо больше соответствовавшей исторической реальности. Тогда стало ясно, что Черчилль, несмотря на его величайшие заслуги, был человеком с большими недостатками. В силу своей импульсивности он нередко принимал неверные решения, наспех составлял планы и химерические прожекты. Черчилль был порывистым человеком, одержимым навязчивыми идеями» [131] .

129

Письмо от 22 февраля 1916 года. / Soames M. Winston and Clementine. P. 179.

130

Churchill papers 4/221/189 — 190. / Reynolds D. Op. cit. P. 244.

131

Бедарида Ф. Черчилль. С. 275.

Близкий соратник Черчилля Энтони Иден, впоследствии сменивший его и на посту лидера партии и на посту премьер-министра, жаловался своему секретарю Оливеру Харви:

«Уинстон замечательно одарен для национального лидера, но его влияние губительно, едва речь заходит о составлении планов» [132] .

А президент США Франклин Д. Рузвельт, характеризуя британского премьера, говорил:

«У Уинстона в голове за день рождается сотня идей, из которых лишь три или четыре действительно стоящие».

132

Harvey J. (ed.) The War Diaries of Oliver Harvey. P. 15.

При этом злые языки добавляли: «К сожалению, он сам не знает какие именно!» [133] .

Методы Черчилля вызывали удивление и у профессиональных штабистов. Начальник имперского Генерального штаба фельдмаршал Алан Брук вспоминает такой эпизод:

«Во время планирования атаки на Суматру Уинстон неожиданно сказал нам, что он обнаружил новый остров к северо-западу от Суматры, остров Сималур. По его мнению, захват этого острова отвечает нашим требованиям не меньше, чем захват верхней части Суматры, но требует меньше ресурсов. Однако, проконсультировавшись с Порталом [134] , Черчилль обнаружил, что военно-воздушные силы не смогут закрепиться на острове. Затем Уинстон обратился к Каннингхему [135] . По его мнению, в связи с господством японского флота в районе Сингапура захват Сималура закончится для флота Его Величества самым настоящим фиаско. Слушая эти обсуждения, я думал, где я оказался? Что это — Страна Чудес с Алисой или обычный сумасшедший дом» [136] .

133

Цит. по: Бедарида Ф. Указ соч. С. 277.

134

Портал Чарльз (с июня 1944 г. — маршал авиации) — начальник штаба военно-воздушных сил Великобритании.

135

Адмирал

Эндрю Браун Каннингхем — первый морской лорд и начальник военно-морского штаба Великобритании. Благодаря заглавным буквам своих имен и фамилий больше известен как ABC.

136

Запись от 17 марта 1944 года. / Bryant A. (ed.) Triumph in the West 1943–1945 (The Alanbrooke Diaries). Vol. II. P. 166.

И тем не менее, несмотря на все эти критические отзывы, каждый подопечный Черчилля считал работу с ним за честь. Адмирал Эндрю Каннингхем следующим образом отзывался о британском премьере:

«Мы не всегда сходились во взглядах и время от времени между нами возникали разногласия и споры. Но никогда ни на одно мгновение меня не покидало глубочайшее восхищение и уважение этим выдающимся, бесстрашным англичанином, который благодаря своей энергии, упорству и исключительной силе характера вел Британию и ее народ через самые жуткие опасности, с которыми она когда-либо сталкивалась» [137] .

137

Cunningham A. B. A Sailor’s Odyssey. P. 647–648.

После очередного препирательства с Черчиллем Алан Брук записал в своем дневнике:

«Премьер-министр порой невыносим и повергает в отчаяние. Но его величайшие достоинства заставляют забывать о его недостатках. Он суров в делах, нет такого человека, с которым было бы труднее работать. Однако, как бы тяжело мне ни приходилось, я ни за что не отказался бы от чести служить ему».

Или:

«Я спрашиваю себя, смогут ли в будущем историки верно охарактеризовать Уинстона? Он человек незаурядный, в нем самые чудесные качества и нечеловеческая одаренность удивительным образом сочетаются с безудержной порывистостью, которая может привести к самым страшным катастрофам. Решительно, изо всех, с кем я когда-либо встречался, Черчилль — самый трудный в работе человек, но ни за что на свете я не упустил бы случая с ним поработать» [138] [139] .

138

В феврале 1957 года, за месяц до издания первого тома своих дневников, Брук отправит Черчиллю гранки с дарственной надписью: «Уинстону от Бруки. С безграничным восхищением, глубоким уважением и искренней привязанностью. Некоторые фрагменты дневника содержат критические отзывы и замечания о различиях между нами. Я надеюсь, вы помните, что они были написаны в конце долгих и изматывающих дней или в ранние часы утра и относились лишь к сиюминутным впечатлениям»(Churchill papers, 2/519. / Gilbert M. Winston S. Churchill. Vol. VIII. P. 1232.). Черчилль ответит коротким и немного суховатым посланием: «В целом, я против, после столь скорого свершения событий, публикации дневников. Тем не менее я прочитал ваш текст с большим интересом, и я многим обязан вам за дарственную надпись»(Письмо от 12 марта 1957 года. / Churchull papers, 2/179. / Gilbert M. Winston S. Churchill. Vol. VIII. P. 1233.).

139

Bryant A. The Turn of the Tide 1939–1943 (The Alanbrooke Diaries). V. I. P. 432, 592.

В какие бы крайности ни впадал британский премьер, в большинстве случаев ему хватало здравого смысла найти правильный путь.

ВОСПОМИНАНИЯ СОВРЕМЕННИКОВ: «Он суров в делах, нет такого человека, с которым было бы труднее работать. Однако, как бы тяжело мне ни приходилось, я ни за что не отказался бы от чести служить ему».

Фельдмаршал Алан Брук

Черчиллю всегда удавалось добиться главного — каждый план, пусть даже подправленный после обсуждений с начальниками штабов, отражал личные ценности премьера, его видение проблемы. По мнению союзников, вся политическая и военная стратегия Соединенного Королевства определялась Черчиллем. И замечание Гарри Гопкинса после первого визита в Лондон в январе 1941 года, что «Черчилль олицетворяет правительство во всех смыслах этого слова, это он — кто определяет большую стратегию» [140] , как нельзя кстати соответствует тому стилю управления страной, который исповедовал британский политик.

140

Отчет Гарри Гопкинса президенту США Франклину Д. Рузвельту от 10 января 1941 года. / Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс. Т. 1. С. 433.

МЕНЕДЖМЕНТ ПО ЧЕРЧИЛЛЮ: Черчиллю всегда удавалось добиться главного — каждый план, пусть даже подправленный после обсуждений с начальниками штабов, отражал личные ценности премьера, его видение проблемы.

По мнению современных теоретиков менеджмента, «сохранение и соблюдение определенных ценностей, которые проявляются в выборе типа управления и в процессе принятия критических решений», являются неотъемлемой обязанностью высшего руководства [141] . И это не случайно. Как указывает родоначальник концепции стратегического менеджмента, почетный профессор международного университета в Сан-Диего Игорь Ансофф, «общие наблюдения и социологические исследования подтвердили, что поведение не является свободным от воздействия ценностной ориентации. Как индивиды, так и отдельные организации отдают предпочтение определенным типам стратегического поведения. Это предпочтение обычно выражается в следовании определенной линии поведения» [142] .

141

Мескон М., Альберт М. Хедоури Ф. Основы менеджмента. С. 269.

142

Цит по: Мескон М., Альберт М. Хедоури Ф. Указ соч. С. 269.