Эффект мистики
Шрифт:
С большим трудом Анфиса прочитала, что эти часы созданы часовых дел мастером по заказу графа Орлова в 1770 году или нечто очень похожее. «Это же экспонат для музея Чесменской битвы», – подумала Анфиса, но сообщить о своей находке никому не успела. Она сидела на веранде и читала книгу, но прочитать удалось одну страницу, рядом с ней как из-под земли возник привлекательный мужчина в костюме неопределенного цвета – Самсон. Она смутно вспомнила его в своей жизни, но тогда он появился рядом с ней сказочным образом. А когда-то она в шутку придумала
– Анфиса, мне известно, что вы с Платоном купили янтарные часы в придорожной деревне. Было это или нет? Где янтарные часы?
– Откуда Вы о них знаете?
– Я знаю о тебе достаточно много. Где часы? Они принадлежат моим предкам! Прошу их вернуть законному владельцу, то есть мне! Вы купили часы у моих родителей!
– Ваши доказательства, господин Самсон? Почему часы Ваши?
– Я – правнук графа Орлова!
– А причем здесь граф? На часах этого не написано! Тем более что Вашу биографию я придумала Вам и распечатала ее на принтере!
– Анфиса, Вы что, не знаете, что у Вас часы графа Орлова? Значит, Вы признаете, что часы у Вас?
– Часов у меня нет! Мы их подарили, а кому – неважно.
– Ха! Не верю! Я слышу тиканье часов! Они мои!
Анфиса промолчала, спорить с человеком, у которого за плечами маячили два черных крыла в виде дружков в черных костюмах, она не пыталась, просто кивнула головой в знак согласия. Ее очень удивило, как основательно человек вжился в придуманную для него биографию предков. Самсон стремительным шагом вошел в домик. Анфиса побежала впереди него.
– Что-то забыли? – с непонятной тревогой спросила Анфиса.
– Да, по нашим точным данным у Вас есть мои янтарные часы, хотелось бы их вернуть истинному владельцу!
– Вы умный человек, у меня есть янтарные часы, но они принадлежат лично мне!
– Были Ваши – станут наши, сударыня!
Анфиса кивнула головой и захотела позвать Платона, но ее руку резко опустили. Они прошли из прихожей в комнату, этот момент заметил Платон, выглянувший из кухни. Он оценил ситуацию правильно и понял, что идут за янтарными часами. Пистолета у него никогда не было, но отдавать часы, в которые он уже вселялся по воле мистики, ему не хотелось. Часы стали для него родными.
Платон подмигнул часам и Анфисе. Она благодарно на него посмотрела, словно пыталась ему передать силы на борьбу за янтарные часы. Платон понял и резко направил правую руку в скулу господина Самсона с криком:
– Ты чего к моей бабе прицепился? Хвощ в костюме! Прочь из моего дома!
Два дружка вынырнули из-за плеч падающего хозяина. Платон двумя кулаками снизу отбросил их на лестничную площадку, захлопнув дверь, успев поцеловать щеку Анфисы.
– Спасибо, Платон! А такой приличный господин, наследник графа Орлова.
Самсон с дружками вышел на улицу. На следующий день Анфиса и Самсон поговорили без свидетелей на другом берегу озера и пришли к соглашению сторон. Смысл соглашения состоял в том, что Самсон ничего у Анфисы
Отношения Платона с Анфисой с каждым днем становились прочнее. Платон больше не бегал к матери на обед или ужин, ее квартира была заполнена людьми, и он все чаще готовил сам на кухне, если Анфиса зачитывалась очередной книгой. Иногда Платон поднимал крышку глазка в двери и провожал взглядом новое семейство своей матери, после чего еще надежнее оседал рядом с женой.
В комнату ворвался Платон:
– Анфиса, чем страдаешь? Есть мысль! Вся наша мистическая афера началась с янтарных часов! Мысль улавливаешь? Надо выпустить эффектные часы для мистических сеансов, а продать их экстрасенсам! – быстро прокричал он.
– Отлично, Платон! Но мы специализируемся не на часах!
– Скучная ты, так придумай жесткую мебель для перехода людей в экзотическое состояние. Полина бы меня поняла.
Лучше бы он этого не говорил, в Анфисе появилась двойная ревность к Полине.
– Степан Степанович, поговори с Полиной. – сказала Анфиса и вышла из комнаты на кухню.
– Я – Платон, ты забыла? – крикнул он ей вслед.
Анфиса не ответила, ревнуя его к Полине, второй жене Степана Степановича, она поняла, что она его любит!
– Анфиса, соглашайся на диван со мной. – сказал мужчина, подхватив ее на руки, и, сверкая белыми зубами, он перенес ее в комнату, где стояли янтарные часы, очень похожие на те, что когда-то они купили в деревне у дороги.
– Вот так и рождаются легенды. – сказала Анфиса.
Что было дальше? Что-то необычайно приятное. Но любое приятное чувство иногда надоедает. В такие минуты Степан Степанович уходил от Инессы Евгеньевны, а Платон уходил от Анфисы, но ненадолго.
В дверь позвонили. Естественно, за дверью квартиры стоял Платон.
– Анфиса, не гони! Можно я к тебе пройду в комнату?
– Платон, ты один вполне войдешь в эту комнату, но за тобой придут твои друзья. Тесно станет.
– Не издевайся, – пробасил Платон, поднял Анфису на руки и вместе с ней прошел в маленькую квартиру.
– Выпусти меня! Не люблю я, когда меня поднимают! Отпусти!!! – закричала Анфиса в крепких руках мужчины.
Платон осторожно опустил Анфису на пол со словами:
– У меня есть идея! Ты будешь жить на кухне, а я – в комнате с часами. Все на местах! Не хочу я жить в домике с мужиками!
– сказать, что у тебя нет совести – это ничего не сказать, – зло процедила Анфиса. – Ты что думаешь, мне легко было переехать из квартиры в эту маленькую квартиру?!
– Тебе меня не выгнать! Я большой! Я весь тут! А что это за архитектурные часы стоят? Откуда такое старье в моей комнате? Выноси! Я могу и новые шкафчики сделать. Мне не нравится их громкое тиканье на моей территории! Останови часы! – нарочито раскричался Платон, словно он выпил немного для храбрости.