Эффект Лазаря
Шрифт:
Лонфинн пересек комнату, проверил люк и обернулся.
– Люк ведет из этого холла в гостевые спальни – на случай, если вы захотите отдохнуть. – Он снова обернулся к Килю. – Полагаю, эта штука у вас на шее здорово вас утомляет.
– Безусловно. – Киль потер шею. – Но я знаю, что всем нам приходится в этой жизни терпеть многие вещи, которые нас утомляют.
– Хотел бы я знать, почему морян никогда не назначали КП? – проворчал Лонфинн.
Ответил ему Бретт, припомнив одно из замечаний Твиспа как раз по этому поводу.
– Я думаю, – повторил
– Неинтересно? – Лонфинн уставился на Бретта так, словно в первый раз его увидел. – Молодой человек, я не думаю, что вы достаточно квалифицированны, чтобы обсуждать политические проблемы.
– По моему, юноша скорее задал вопрос, – предположил Киль, улыбнувшись Бретту.
– Вопросы следует задавать прямо, – проворчал Лонфинн.
– И отвечать на них тоже следует прямо, – настаивал Киль. Он поглядел на Бретта. – Это вопрос постоянно дебатируется между «верными» и политическим лобби. Большинство приверженцев Корабля наверху считают, что передача поста КП морянину равносильна катастрофе. У них и без того слишком много влияния на многие аспекты нашей во всем остальном скучной жизни.
– Молодому человеку трудно понять такую сложную политическую проблему, – сказал Лонфинн с угрюмой усмешкой.
Бретт только зубами скрипнул от его покровительственного тона.
Лонфинн подошел к стене позади Киля, нажал на клавишу, и панель отъехала в сторону. За нею оказался большой иллюминатор, откуда открывался вид на подводный сад с прозрачным потолком и фонтанчиком посредине, где крохотные рыбки сновали меж нежных, ярко окрашенных растений.
– Мне пора идти, – объявил Лонфинн. – Развлекайтесь. Вот это, – он указал рукой на иллюминатор, – не даст вам почувствовать себя взаперти. Я и сам нахожу этот вид весьма отдохновительным. – Он повернулся к Бретту, помолчал и добавил. – Я прослежу, чтобы все необходимые для регистрации формуляры были присланы вам на подпись. Нечего время зря терять.
С этими словами Лонфинн отбыл через тот самый люк, откуда они вошли сюда.
– А вы заполняли эти бумаги? – Бретт взглянул на Киля. – Что они собой представляют?
– Они удовлетворяют потребность морян разложить все по полочкам с ярлычками. Твое имя, возраст, обстоятельства прибытия вниз, послужной список, возможные таланты, желаешь ли ты остаться… – Киль поколебался, откашлялся. – Твои родители, их профессии, их мутации. Степень тяжести твоих собственных мутаций.
Бретт по-прежнему молча смотрел на Верховного судью.
– Касательно ответа на твой второй вопрос, – продолжал Киль, – нет, от меня этого не потребовали. Я убежден, что здесь есть на меня длинное досье с уймой важных деталей… а заодно и всякой чепухи.
Бретт прицепился к единственной фразе Киля.
– Меня могут попросить остаться внизу?
– От тебя могут потребовать отработать стоимость твоего спасения. Внизу живет много островитян, и я собираюсь заглянуть к ним прежде, чем вернуться наверх. Я знаю, жизнь здесь
Бретт уставился в потолок, гадая, каково это – прожить большую часть жизни здесь, вдали от обоих солнц. Конечно, люди, живущие внизу, иногда поднимаются на поверхность, но все-таки…
– Лучшие спасательные команды состоят по большей части из островитян, – добавил Киль. – Так Карин Алэ сказала.
– Я слышал, что моряне хотят, чтобы каждый платил им на свой лад, – заметил Бретт. – Но мне не потребуется много времени, чтобы отработать стоимость моего… – Он внезапно подумал о Скади. Как может он ей отплатить? Да таких денег и на свете нет.
– У морян есть много способов привлекать желательных и приемлемых островитян, – сказал Киль. – Похоже, кто-то здесь заинтересован в тебе. И все же не это должно тебя сейчас заботить больше всего. К слову сказать, у тебя есть медицинская подготовка?
– Только первая помощь и общеоздоровительный курс.
Киль сделал глубокий вдох и быстрый выдох.
– Боюсь, этого недостаточно. Гуэмес погрузился под воду уже довольно давно. Я уверен, что уцелевшим, которых сейчас размещают, потребуется более квалифицированная помощь.
Бретт попытался сглотнуть, но горло свело спазмом.
«Гуэмес, целый остров – утонул.»
– Я могу нести носилки, – выдавил он.
– Не сомневаюсь, – печально улыбнулся Киль. – А еще я не сомневаюсь, что ты не найдешь, куда их надо нести. Мы оба можем только помешать. Сейчас мы являемся именно тем, чем нас здесь называют – два островитянских уродца, от которых больше вреда, чем пользы. Нам придется сидеть и ждать.
Нам редко удается избавиться от зла, всего лишь уяснив себе его причины.
– Есть в Анналах одно проклятие, – сказал Тедж, – старое, как само человечество. Оно гласит: «Чтоб ты жил в интересное время». Кажется, это оно самое.
Вот уже некоторое время, покуда лодки пересекали полуночную сторону Пандорианского моря, Тедж рассказывал Твиспу, что он вызнал от Гэллоу и его присных. Твисп не различал Теджа. Только красная стрелка горела в скорлупке. Ничего больше не было видно – даже звезд над головой. Влажное облачное покрывало закрыло их незадолго до ночьстороны.
– Суши будет больше, чем ты можешь себе вообразить, – продолжал Тедж. – Столько суши, сколько ты сейчас вокруг себя видишь воды. Так они говорили.
– Скверно для островов, – заметил Твисп. – А все эти ракеты, которые они, по твоим словам, запускают…
– Они отлично подготовлены, – ответил Тедж. Его голос доносился из тьмы, и некоторые нотки в нем здорово не понравились Твиспу. – Все готово для спуска гибербаков. Мастерские полны оборудования.
– Мне трудновато вообразить себе сушу, – признал Твисп. – Где они первым делом начнут ее подымать?