Эффект бабочки

Reetly Mert

Слева, оглядываясь по сторонам, стоял Джон. Он почти незаметно подмигнул Шерлоку, и вдруг немая сцена ожила: морок рассеялся, а детектив вновь ощутил себя сторонним наблюдателем.

— Примите наши соболезнования, миссис Холидей, — учтиво произнёс Шерлок, разглядывая поникшую женщину, та лишь всхлипнула, — сейчас, быть может, мы не вовремя, но поскольку это была истинная цель нашего визита к Филиппу… Держите.

Шерлок вытащил из кармана пакет для вещдоков, в котором лежала невероятная по своей красоте сияющая бриллиантами кристальная бабочка.

—

Нет, нет, нет, — Энн зажмурилась, отгоняя непрошеные слёзы, и взмахнула руками, — вы правы, сейчас не время… Да и… Отдайте её лучше сразу моей сестре… Прошу… Пусть даже Филипп и оказался вором, всё равно… Всё равно… Филипп хоть и не был мне родным сыном, но… Но… Такой участи никто не заслуживает, мистер Холмс…

И она зарыдала.

Джон позвал няню, и молодая женщина с готовностью принесла стакан воды с лёгким успокоительным. Шерлок успел заметить, что за юбкой няни спряталась маленькая фигурка — раньше он этого не видел, а возможно, просто мгновенно удалил как ненужное. Холли с опаской смотрела на незнакомцев, но любопытство мешало ей убежать. Джон улыбнулся, заметив её, но девочка в ответ лишь поджала губы. Вот только глазки её стреляли из стороны в сторону, будто она пыталась сохранить в тайне от прибывших какой-то секрет.

В голове Шерлока, будто колокольчиком, прозвенела мысль. Утро. Холли, по словам матери, была утром в кабинете.

Но Шерлок не мог управлять собой, поэтому он лишь тихо прикрыл дверь и подошёл к столу, взяв с него фоторамку (где он впервые увидел юную мисс Холидей). Доктор Ватсон тем временем подал стакан и таблетку Энн, дождался, пока женщина успокоится, и заговорил:

— Шерлок передаст бабочку вашей сестре при встрече. Эксперты не нашли на ней отпечатков пальцев или кро… — Джон прервал себя, — иных следов, поэтому, поскольку это ваше имущество, мы забрали его. Иначе украшение надолго застряло бы в подвалах Ярда.

— Спасибо, доктор Ватсон, — она сжала его руку и всхлипнула, — Филипп… Он мучился перед смертью? Вы ведь врач и должны знать…

Шерлок вмешался:

— Нет. Филипп Холидей не мучился перед смертью. Нападавший… знал своё дело.

— Боже… Боже…

— Но, — Шерлок вновь прервал её, — скажите лучше, кто это?

Он указал на Холли на фотографии, и лицо Энн мигом просветлело.

— Это Холли. Моя дочь.

— Холли Холидей? — переспросил недоверчиво Джон.

— Да, — Энн широко улыбнулась, — прекрасное имя, не правда ли?

Судя по выражению лица, Джон не мог с ней согласиться. Но, опасаясь показаться грубым, он не сказал ничего по этому поводу и спросил, переведя тему:

— А почему здесь так сильно пахнет цветами?

— Ох… Это Холли разбила флакон с духами, когда игралась здесь утром… Любознательная девочка…

Шерлок же в это время размышлял над тем могла ли Холли видеть похитителя бабочки. Девочка, действительно, могла знать больше, чем её мать. Но, поскольку эти мысли навестили его лишь сейчас, разрешить эту проблему не представлялось возможным.

Завещания мистера и миссис Фелпс были составлены так, что юная мисс Холидей

оказалась единственной наследницей всего состояния родителей Энн Холидей и Хлои Брук (Фелпс при рождении), а так же, в связи с этим, причиной вечных скандалов сестёр. Но Шерлок узнал об этом гораздо позже. А на тот момент Холли, действительно, занимала в этом деле лишь графу «любознательный ребёнок». Теперь же детектив был уверен, что девочка была изначально замешана в этой истории куда больше, чем он предполагал.

Джон добродушно хмыкнул. Ему ли не знать о «любознательных девочках». Шерлок между тем произнёс:

— Перейдём к делу…

— А разве не в бабочке дело заключалось? — Энн была удивлена (но не испугана, поэтому Шерлок окончательно убедился, что она непричастна — слишком уж плохой она была актрисой).

— Филипп. Я раскрою его убийство, — голос Шерлока едва заметно дрогнул, но ни Джон, ни уж тем более миссис Холидей этого не заметили.

— Это хорошо… Так что вы хотите знать, мистер Холмс?

— То, что узнавала полиция, мне не нужно. Хотелось лишь понять — ссорился ли Филипп с отцом недавно?

— Ричард никогда бы…

— Миссис Холидей, — Шерлок покачал головой (впрочем, он уже знал, что ничего полезного для него она не скажет), — просто ответьте: из-за чего они спорили?

— Я не знаю. Я вообще… мало интересовалась взаимоотношениями Ричарда с Филиппом. Это могло быть связано с завещанием мужа, которое он совсем недавно… отредактировал, но… Так же, может и совсем с этим и не связано. Простите, мистер Холмс, я правда не слишком интересовалась.

Дело было не в завещании. Ричард Холидей планировал отойти от дел и оставить компанию сыну.

— Что насчёт вашей сестры? Вы, кажется, упоминали, что Хлоя не ладила с Филиппом, — вмешался Джон.

— Что вы хотите сказать, доктор Ватсон? — в голосе миссис Холидей вновь проявились плаксиво-истеричные нотки.

— Ничего он не хотел сказать, — прервал её Шерлок. Что тогда, что сейчас – он не был настроен быть свидетелем новой волны истерики, — мы уже уходим. Доброго дня!

Энн собралась было возмутиться, но детектив кивком головы указал Джону на дверь, и они вышли из комнаты.

***

— Слишком много смерти вокруг, не правда ли? — Мэри покачала головой. — Филипп Холидей, похоже, и не подозревал, что невинная шалость обернётся для него самым печальным образом.

— Это не он украл бабочку, — Шерлок сжимал и разжимал пальцы рук, пытаясь согреться. Он поднял взгляд на Мэри. — Почему здесь вдруг стало так холодно?

— Ночью в пустыне всегда холодно, — Мэри пожала плечами, и свет неожиданно померк, а пол дрогнул под ногами, — очень холодно, Шерлок.

Лампочки одна за другой вновь зажглись, и Шерлок смог вновь оглядеться: трещина на полу стала шире, и, кроме того, не хватало нескольких дверей. Одна лишь чёрная дверь впереди коридора стала будто бы ярче. Комнату слегка тряхнуло, и с потолка посыпалась пыль. Шерлок закашлялся, а Мэри, продолжая спиной подпирать стену, как ни в чём не бывало продолжила: