Ее темные рыцари
Шрифт:
– Спустимся на землю по вон тому клену, – обрадовал Руслан.
Поклонница экстрима – это не про меня. Я задохнулась от ужаса, увидев, что лететь до верхушки дерева минимум этаж. И это еще если правильно разбежаться и прыгнуть – клен-то рос не у самой стены здания.
– Ни за что! Давай по балконам, а?
– Слишком долго, нет времени. Забирайся мне на спину, Герда, поиграем в Тарзана и Джейн.
Упираться и манерничать не стала – вцепившись в плечи вертигра руками, обхватила ногами его талию.
Мамочки!
– Как тебе спуск?
Счастливая, что мы не разбились, я едва удержалась от желания расцеловать траву под ногами, а заодно и Руслана. Только мысль, что этот экстрим устроил мне он, и ограждала от глупостей.
– Так как тебе наш полет? – нетерпеливо повторил парень.
– Страшнее, чем прыгать с одной пятиэтажки на другую, – призналась откровенно, и оборотень, по-моему, обиделся.
– Вам, красавица, не угодишь. В следующий раз за спуск будет отвечать Лазарус.
– Оп-пять? – запинаясь на каждой букве коротенького слова, спросил сидящий на лавочке у крайнего подъезда мужик.
Наличие свидетеля застало меня врасплох. Он ведь не должен нас заметить! «Покровы тайны» настроили таким образом, чтобы мы стали невидимками для всех, кроме нас троих. Мучительно ища варианты объяснений, почему мы свалились с дерева, не сразу поняла, что мужчина пьян и разговаривает сам с собой, поэтому в объяснениях не нуждается.
– Оп-п-пять парк… курис… паркуристы шалят, – ответил он сам себе, пытаясь выговорить заковыристое словцо. Затем улегся на лавочку и захрапел.
– Амулет заглушил треск, а вот спрятать падающую листву не смог. Прокол, но несерьезный, утром он нас не вспомнит, – пробормотал Руслан и потянул меня в кусты.
«Потянул в кусты» – звучит волнующе, а действительность сурова! Ветки хлестали и царапали беспощадно.
– Повезло, что наткнулись на алкоголика, а не собачника или прогуливающуюся парочку, – отозвалась, уклоняясь от норовящих ударить по лицу ветвей.
Проинструктированная, что очевидцев наших далеких от нормы поступков и способностей быть не должно, я теперь переживала еще и о сохранении тайны мира Полуночи. Ребята заверили, что кроме безумно дорогого «Покрова тайны» есть специальные амулеты, которые не дадут нам засветиться на видео, сделав своеобразными призраками для камер уличного наблюдения или телефонов зевак.
Если по какой-то причине амулеты не сработали, подключается специальный отдел – чистильщики. Нет, никакого физического
– Не спи, – буркнул Руслан, придерживая ветку, которая, даю гарантию, поставила бы мне под глазом фонарь. Да еще при этом была опутана паутиной. Фу! – О чем ты только думаешь, Герда, когда мы приближаемся к убежищу колыбельника?
Если честно, до этого момента ни о чем не думала. А увидав паутину, осознала: я вижу в темноте! Как кошка. Или вертигр.
– Руслан, что с моим зрением? Оно стало острее…
– Ты – Глас, не забывай. Наши способности – твои умения после ритуала. Но подробнее обсудим их потом. Хорошо?
Временное пристанище темный организовал в пустующем двухэтажном строении с окнами, забитыми досками. Я, живущая здесь почти десять лет, и не подозревала, что в посадке, разграничивающей два городских района, есть такое место.
Риск, что нас засекут, оставался, ведь колыбельник маг, пускай и сумасшедший.
– Герда, амулет, – напомнил оборотень.
Я разорвала браслет из красных бусин. Блестящие шарики, словно живые, рассыпались, раскатились в разные стороны, теряясь в высокой траве.
– Поздравляю, вы подошли к логову мага бесшумно, как стадо слонов на водопой, – «похвалил» Лазарус, словно вырастая из-под земли. – Готовы?
– Всегда готовы.
– Тогда приступим к плану «А», товарищи пионеры.
На самом деле только «А» и был. И то установку «выслеживаем, врываемся, спасаем детей, убиваем темного» трудно назвать планом. Но кто я такая, чтобы спорить? К тому же ничего лучше предложить бы не смогла. Да и время прижимало – наполеоновские планы строить некогда.
К требующему капитального ремонта зданию подходили не таясь. Лишь у державшихся на одной петле дверей меня задвинули за спины, попросив идти шаг в шаг. Помещение изнутри выглядело еще страшнее, чем снаружи: прогнившие полы, оборванные обои, горы мусора. А еще остро пахло мышиными экскрементами и плесенью.
Я честно ступала след в след за ребятами. И все-таки шагнула куда-то не туда – тело пронзила боль, а перед глазами заплясали разноцветные пятна. А затем – темнота…
Веки не слушались, как я их мысленно ни уговаривала. В нос бил отвратительнейший запах гнили, и адски ныли вытянутые вверх руки. Глаза наконец открылись.
Мамочки… Впереди стоял колыбельник, пристально меня рассматривая и отчаянно воняя протухшим мясом. Лицо, по цвету напоминающее прошлогодний картофель, все в гнойных ранках, кривилось, демонстрируя радостный оскал. Но не это вызвало панику. В руках маг сжимал нож. Огромный и, похоже, оч-ч-чень острый!