Её телохранитель
Шрифт:
Я делаю ещё один глоток из бутылки шампанского, чувствуя себя довольной собой, когда смотрю вниз и вижу, что он до сих пор смотрит на меня.
Делает это вопиюще, на самом деле. Он выглядит достаточно взбешённым.
Почему меня волнует, злится ли новый телохранитель?
Кроме того, обычно я устраиваю своим телохранителям ад, убегая от них и делая то, что захочу, обычно не думая о них. Кроме того, я запрыгиваю на барную стойку и танцую, потому что новый парень – телохранитель с ледяными голубыми глазами, смотрящими на меня так, что дрожь
Бармен вручает мне второй шот, а потом ещё один. Толпа вновь меня подбадривает. Через несколько минут я чувствую себя подвыпившей и, слегка неустойчивой на каблуках.
Я должна была предвидеть следующую часть. Танцы на смехотворно высоких шпильках при одновременном выпивании шотов – это то, что никогда не заканчивается хорошо.
В одну минуту, я соблазнительно танцую на барной стойке, наслаждаясь тем, что, как я думаю, может быть похотью в глазах нового телохранителя, а в следующую – цепляюсь каблуком за край стойки и падаю…
Прямо в объятия нового телохранителя.
Он выпускает «уф», но всё же ловит меня, как будто я практически ничего не вешу. На долю секунды всё в клубе затихает. Пульсирующая музыка, кажется, останавливается; шум толпы тускнеет, когда новый парень обнимает меня.
Макс Доннелли.
Я чувствую себя крошечной в его больших руках, защищённой и в абсолютной безопасности. На долю секунды я позволяю себе расслабиться. У меня появляется внезапный, почти непреодолимый, совершенно иррациональный импульс просто положить голову ему на плечо, закрыть глаза и позволить парню вынести меня из клуба подальше от всего этого – подальше ото всех.
Тогда я прихожу в себя.
Что, чёрт возьми, только что произошло? Я не могу внезапно почувствовать себя в безопасности, потому что это безумие. Я не бываю беззащитной. И я определённо не чувствую себя беззащитной с этим парнем, о котором ничего не знаю, кроме имени.
Мне не нужно чувствовать себя уязвимой, потому что мне не нужно ни от чего защищаться. На самом деле, я не хочу, чтобы меня защищали от чего-либо.
Я стряхиваю эти чувства и тяжело сглатываю. Чувства для неудачников.
– Хорошие рефлексы, – острю я.
– Полезно для телохранителя, – отмечает он.
Я прочищаю горло.
– Теперь ты можешь меня опустить.
Он поднимает брови.
– Я так не думаю, – произносит парень, а затем несёт меня через клуб. Люди расступаются перед нами, уходя с пути, и ему ничего не надо делать, а я озадачена тем фактом, что он просто бросил мне вызов – снова – что даже не замечаю, когда он повернул от VIP-зоны и направляется к чёрному выходу.
– Подожди, это достаточно далеко зашло! – протестую я, извиваясь в его руках, когда он проходит через дверь. – Ты идёшь не в ту сторону! Мы не уходим, потому что я ещё не закончила веселиться!
– О, нет. Ты определённо закончила, – немногословно изрекает он. Один из других телохранителей открывает заднюю дверь внедорожника, и Макс сажает меня на сиденье.
– Ты делаешь то, что я говорю, а не наоборот, – восклицаю
– Как меня зовут? – рычит он, потемневшими глазами. Парень стоит там с открытой дверью, его руки лежат на верхней части машины, блокируя мой выход. Примечательно, что другие телохранители исчезли во второй машине, которая следовала за нами сюда, оставив только Макса и меня.
И водителя.
Несмотря на то, что перегородка поднята, поэтому я не вижу его лица, но я уверена, что водитель думает, что мятеж моего нового телохранителя – забавный.
– Хм. Твоё имя, твоё имя. Боюсь, я не могу вспомнить, – вру я, мой голос надменный.
– Ну, тогда, боюсь, ты не вернёшься в клуб.
– Потому что я не могу вспомнить твоё имя? – задаю вопрос. Я указываю пальцем на его грудь и начинаю медленно водить им по передней части рубашки. – Или потому, что тебе было слишком жарко, видя меня танцующей?
Его глаза прищуриваются, и он хватает мой палец и оттягивает его от себя.
– Расслабься, принцесса. Ты не в моём вкусе.
Затем он с силой закрывает дверь машины. Откинувшись на спинку сиденья, я роюсь в сумочке, ища свою заначку. Я не могу сказать водителю остановиться; он, в конце концов, работает на меня. Я могла бы настоять на возвращении в клуб и на самом деле, я могла бы уволить Макса на месте. Я могла бы сказать ему вернуться в ту страну, откуда он приехал.
Только я ничего из этого не делаю. Не уверена в причинах своего молчания, но я не та, кто слишком долго размышляет о подобных вещах.
Вместо этого, я делаю затяжку из вапорайзера. Я успеваю сделать ещё несколько, прежде чем перегородка между мной и передним сидением опускается. Макс оборачивается и смотрит на меня.
– Чем могу помочь? – надменно интересуюсь я, выдыхая в его сторону.
– Серьёзно?! – восклицает он, звуча раздражённо.
– Хочешь? – спрашиваю я саркастически, предлагая ему вапорайзер. – Немного травки может тебя успокоить.
Он не отвечает. Он просто закрывает перегородку между нами.
Глава 4
Макс
Когда мы возвращаемся во дворец, я осматриваю комнату принцессы, не сказав ей ни слова – даже, когда она проскакивает мимо меня, покачивая бёдрами, и направляется к своей ванной.
Даже, когда она стягивает рубашку через голову прямо передо мной и, бросает ту на пол позади себя.
Я ничего не говорю. Просто разворачиваюсь и выхожу из комнаты, направляясь в свою спальню, в крыло для сотрудников дворца. Все штатные телохранители имеют комнаты отдыха. На первый взгляд может показаться, что они похожи на крошечные кладовки или комнаты в общежитие, но на самом деле это полноразмерные (хоть и небольшие) апартаменты. Что-то вроде этого достаточно для моих нужд, но я делаю мысленную пометку, чтобы арендовать что-нибудь маленькое в городе, вдали от дворца. Никогда не помешает иметь план отступления. Это всегда было моим девизом и то, что хорошо служило мне всю жизнь, особенно в морской пехоте.