Её шикарный босс

Бузакина Юлия

Глава 21.

Утро не задалось с самого начала. Макияж никак не получался, утюг чуть не сжег юбку-карандаш и нежную кремовую блузку с красивыми воланами, а такси намертво застряло в пробке почти у самого здания корпорации «СтройИнвест».

Катя плюнула, и побежала пешком. Она жутко нервничала. Опаздывать на работу не хотелось.

В лифте она столкнулась с главным менеджером по продажам – Наташей Поповой. Стройная, на голову выше Кати, с тщательно вытянутыми платиновыми волосами почти до пояса и идеальной внешностью,

блондинка поправила ладно облегающее фигуру черное платье, и снисходительно отвернулась, не удосужившись поздороваться.

Кате стало неприятно. Вот кого надо было брать в рекламу нового строительного комплекса. Наташу, а не Катю. К чему Ярцев держал ее саму возле себя и платил ей бешеные деньги, когда этажом ниже обитала такая роскошная фифа?

Серебристые двери лифта открылись, и Катя быстро вышла. В приемной она выдохнула – Ярцева в первой половине дня не ожидалось.

— Твое счастье, что его нет, — фыркнул Альберт. — Ты опоздала на пятнадцать минут.

— Сегодня не мой день, — покачала головой Катя и сняла тонкое драповое пальто черного цвета. — Скажи, а почему со мной не здоровается ваша Попова? Я ехала с ней в лифте, и она смотрела на меня так, будто я перешла ей дорогу.

Альберт посмотрел на Катю поверх монитора.

— Тебя здесь не любят, — поморщился он.

— Почему?

— Потому что босс взял тебя на особых условиях. А Наташа больше всего на свете мечтала стать лицом корпорации «СтройИнввест».

— А почему же он ее не взял?

— Потому что банально брать в рекламу блондинку из разряда «все включено». Никто не поведется. А на тебя поведутся. Думаешь, почему босс заставляет тебя вовремя ложиться спать и вести здоровый образ жизни? Ты в тысячу раз привлекательнее, когда счастливо улыбаешься с экрана.

— Да уж, — огорченно вздохнула Катя. Новость о том, что ее ненавидят, никак не поднимала настроение.

— Кать, завтра снова будем снимать рекламу. Босс прислал сценарий. Слова те же самые, только теперь ты должна будешь стоять у окна в мягком домашнем халате с чашкой в руках, и мечтательно вздыхать в новой элитной квартире нашего комплекса с видом на набережную.

— Для съемки поедем в комплекс?

— Да. Есть квартира с роскошным ремонтом и даже мебелью. Она используется как выставочный образец, туда водят состоятельных клиентов, чтобы показать им, как будет выглядеть их мечта после завершения строительства.

— Хорошо, поедем.

Ярцев вошел в приемную, когда часы показывали почти полдень. Теперь на нем был черный костюм, белоснежная рубашка и сияющий черный галстук. Он был не в духе – все утро пришлось провести на судебном заседании по делу пятого разорившегося застройщика «ЮгСтрой», но почти павший конкурент оказался с зубами, и ни в какую не соглашался подписать документы на условиях Ярцева. В итоге следующее заседание перенесли еще на неделю, а ведь еще ранним утром он считал, что компания «ЮгСтрой» уже у него в кармане.

— Добрый день, — Катя приветливо улыбнулась, и в ее зеленых глазах блеснула радость. Странно,

она радовалась просто тому, что он пришел.

— Привет, Катюша, — Альберта в приемной не было, и Ярцев в знак приветствия позволил себе коснуться ладонью ее щеки. — Звонки одолевают?

— Нет, теперь остались только дорогие квартиры. На них спрос меньше. Зато расспрашивают дотошнее.

— Завтра будем снимать рекламу с этими квартирами. Постарайся хорошо выспаться. Сегодня у меня очень загруженный день. Надеюсь, вечером удастся вместе с тобой поужинать.

— Я буду ждать с нетерпением, — она сжала в ладонях его крепкие пальцы и улыбнулась.

В приемную вернулся Альберт. Катя тут же убрала руки, но от секретаря не ускользнуло романтичное рукопожатие. Впрочем, Ярцев тут же закрылся с ним в своем кабинете, загрузив по горло работой, и у Альберта не было возможности пошутить над Катей по новому поводу.

До шести часов в приемной было такое ощущение, что ее шикарный босс понадобился всем сразу. Туда-сюда сновали юристы, Ярцев громко возмущался на кого-то по телефону, Альберт носился из приемной в кабинет и обратно, и только Катя тихо сидела за своим столом, изредка рассказывая звонящим клиентам о новых квартирах в новостройках с видом на набережную и реку.

В половину шестого Альберт уехал вместе с адвокатом Ярцева, и в приемной воцарилась тишина.

Катя, наконец, решилась подойти к кофемашине и сделать себе чашку кофе. Потом подумала, что у босса тоже не было перерыва, и сделала вторую чашку для него.

Она уже поставила кофе и сахар на поднос, как дверь открылась, и он сам вышел из кабинета.

— Привет, — смущенно улыбнулась Катя. — Я хотела отнести тебе кофе.

Сказала «тебе» и с опаской посмотрела на его реакцию.

— Спасибо, — он подошел к ней сзади, привлек к себе за талию и нежно поцеловал в ложбинку у основания шеи. Потом открыл один из ящиков в столе Альберта и достал оттуда коробочку грильяжа в шоколаде.

— Ты любишь грильяж в шоколаде?

— Очень, — улыбнулась Катя и взяла свою кружку.

— Выпьем кофе и отправимся в ресторан. Я заказал столик во «Фризе».

— Ух, ты, — вырвался восхищенный возглас у Кати.

«Фриз» был самым дорогим рестораном в городе. Он находился на набережной, у самой реки, на третьем этаже роскошной гостиницы, и туда ходили только самые состоятельные жители города.

— Постой, Саш. Туда же ходят в вечерних платьях. А я в офисной юбке и блузке, — спохватилась она.

— Да, точно… Я об этом не подумал.

— И что же мне теперь делать? Даже если я заскочу домой переодеться, у меня все равно вряд ли найдется подходящее по уровню «Фриза» платье.

— А мы возьмем платье из гардероба, что предоставил магазин для рекламы, — оживился Ярцев. — Допьем кофе, и утащим платье.

— А что скажет хозяин магазина?

— Ничего.

— Но у платьев для рекламы стоимость – половина моей зарплаты.

— Если испортишь платье, я просто его куплю.

— Это слишком дорого.