Её победа

Тиммон Джулия

— С чего ты взяла? — В тоне Марты появились воинственные нотки: за младшую сестру она с детства стояла горой.

— Во-первых, он смотрел на меня с какой-то неприязнью. Во-вторых, отпускал в мой адрес язвительные шуточки, — пояснила Кристин, испытывая от того, что заговорила о своей проблеме вслух, некоторое облегчение. — Не удивлюсь, если на следующее занятие он вообще не явится.

— Говоришь, отпускал язвительные шуточки? — Марта выпрямилась и уперла руки в бока. — Какой хам!

— Нет, — поспешно возразила Кристин. — Знаешь, несмотря на колкости

и насмешки, этот парень произвел на меня впечатление человека на редкость воспитанного. Было что-то особенное в его манере держаться, даже в том, как он разговаривает.

Она замолчала, погружаясь в задумчивость и как будто уносясь мыслями куда-то вдаль. А спустя минуту очнулась и заговорила торопливо, волнуясь:

— Этот Тим показался мне необыкновенным, Марта. Идеалом, мечтой. Не то чтобы он писаный красавец, ничего ошеломляющего в нем нет. Но и черты его лица, и телосложение, и осанка — все говорит о здоровье, молодости, силе. Мне очень захотелось узнать его поближе, представляешь? Расспросить, чем он увлекается, где работает, какую слушает музыку. Странно, правда?..

Она опять замолчала и задумалась.

— Послушай, может, он стал поддевать тебя не потому, что ты ему не понравилась, а, наоборот, потому что понравилась? — воодушевленно произнесла Марта. — Так часто случается. Вспомни, как в школе нас дергали за косички только те мальчишки, которые нам симпатизировали, верно ведь?

Кристин скептически скривила губы.

— Думаю, в случае с Тимом все по-другому. И я даже догадываюсь почему. Знаешь, у меня сразу возникло ощущение, что он не из любопытства захотел заняться парашютным спортом, а из настоящей любви к экстриму. Наверняка этот парень уже сотню раз заглядывал в глаза опасности, наверняка прошел солидную школу жизни.

— А при чем здесь его отношение к тебе? — озадаченно спросила Марта.

Кристин невесело усмехнулась.

— Я сразу поняла, что он ожидал увидеть своего нового инструктора совсем другим — этаким здоровым, крепким парнем, героем. А тут вдруг перед ним предстаю я — не отличающаяся ни высоким ростом, ни накачанными мышцами женщина! Он обозлился, оскорбился даже.

Лицо Марты, до настоящего момента сосредоточенное, неожиданно расцвело лукавой улыбкой.

— Но ведь в таком случае у тебя есть все шансы завоевать его сердце. Скоро он узнает, чего ты стоишь, и взглянет на тебя совершенно по-другому! — воскликнула она с воодушевлением.

— Если вообще явится в среду, — не заразившись энтузиазмом сестры, пробормотала Кристин.

— Явится как миленький! — заявила Марта. — Вот увидишь! Хотя бы из любопытства.

Кристин посмотрела на нее с недоверием.

— Ты думаешь?

— Даже не сомневаюсь. — Марта улыбнулась шире, и в сердце Кристин затеплилась надежда. — А когда его мнение о тебе переменится, он сразу увидит, какая ты у нас красавица!

— Скажешь тоже, — пробормотала Кристин, убирая за ухо выбившуюся каштановую прядь.

— Эй, не скромничай! — Марта подмигнула.

Кристин взглянула на нее и вдруг, почувствовав

приятное умиротворение, расслабилась.

— Как я рада, что ты опять дома, — сказала она, медленно откидываясь на спинку дивана и не спуская с сестры глаз. — Я так соскучилась по нашей болтовне, по таким вот совместным ужинам при свечах! — Подумав о чем-то, она неожиданно встрепенулась и сдвинула брови. — Надеюсь, ты побудешь в Вашингтоне подольше, не какую-нибудь недельку, как в прошлый раз?

Марта с сожалением вздохнула.

— Увы, не получится.

— Как не получится? Что ты хочешь этим сказать? — спросила Кристин, подаваясь вперед.

— Через четыре дня мне позарез надо быть опять в Париже, — произнесла сестра.

Несколько мгновений Кристин смотрела на нее не моргая, потом внезапно разразилась смехом.

— Эй, что это тебя развеселило? — требовательно спросила Марта.

— Выходит, за какие-то три дня ты планируешь закрутить в Вашингтоне роман? — сквозь смех выдавила из себя Кристин.

Марта пожала плечами.

— Ну да. А что в этом такого?

2

Тим в тот же вечер, вернувшись домой около десяти, схватил телефонный справочник и принялся просматривать адреса других существующих в городе и его окрестностях аэроклубов.

Где-то на уровне подсознания он понимал, что занимается этим напрасно, лишь из желания убедить себя в том, что ему хочется навек забыть о Кристин Рэнфилд. От этого он ощущал внутренний дискомфорт и сильнее нервничал.

Утром, перед началом рабочего дня, в его кабинет, как обычно, заглянул отец.

Пол Хеннеси основал свое небольшое кондитерское предприятие пятнадцать лет назад. Ныне выпускаемая на нем продукция пользовалась в американской столице большим спросом, поэтому дела у старшего Хеннеси шли довольно успешно.

В один прекрасный день он планировал передать управление своим детищем единственному сыну Тиму. Парень он был талантливый и смышленый, хотя пока больше интересовался лазаньем по горам и укрощением волн. Пола это не пугало. В молодости он и сам обожал испытать себя на прочность, а после того как обзавелся семьей, остепенился, задумался о будущем, стал мечтать не о риске, а о стабильности. Он надеялся, что с сыном, когда придет время, произойдет то же самое, и не пытался препятствовать ему увлечениям альпинизмом, серфингом, сноубордом и прочим. Тем более что со своими обязанностями главы технологического отдела Тим вот уже полгода справлялся как нельзя лучше.

— Как дела? Какие новости? — спросил сына Пол и тут заметил на его столе выпуск «Парашютиста». — Что, придумал себе новое развлечение? С парашютом собрался прыгнуть?

— Привет. — Тим оторвал взгляд от монитора, посмотрел на отца и недовольно скривился. — Да, собрался. Вот только инструктор мне попался кошмарный, не инструктор даже, а инструкторша. Молодая, от горшка два вершка. Короче, абсолютно не внушает доверия. Я решил, пока не поздно, перейти в другой клуб.