Ее кустик
Шрифт:
— Уроки самообороны? И стероиды? — спросил я.
Нелл выглядела так, словно разрывалась между ужасом и весельем. Она прикусила губу, когда потянулась, чтобы коснуться того места, куда ударила меня.
Я явно неправильно понял, что означала фраза «бить как девчонка» для всей моей жизни. Очевидно, это означало, что тебя ударили так сильно, что ты мог бы сбить краску с пожарной машины.
— Ты не должен так подкрадываться к людям, — сказала Нелл. Теперь она едва сдерживала смех.
— Да, особенно не тогда, когда этот кто-то тайно является профессиональным боксером.
Она сверкнула своей кривой улыбкой.
— Тебе не приходило
Я рассмеялся.
— Да, ну, я пришел сюда, чтобы попытаться переубедить тебя. Теперь я могу разыграть карту жалости, чтобы заставить тебя позволить мне подвезти тебя домой.
— Ты уверен, что не боишься оставаться со мной наедине после этого? — Она сжала кулак и насмешливо подняла руки вверх, как будто собиралась ударить меня еще раз.
— Это риск, на который я готов пойти. Что ты на это скажешь?
***
Дом Нелл находился в получасе езды от города, что давало нам достаточно времени, чтобы неловко ни о чем не говорить. Нелл время от времени указывала мне на поворот или улицу, на которую я должен был свернуть.
Неловкая тишина дала мне достаточно времени, чтобы подумать. В основном я думал о том, что сдерживало Нелл. Большинство женщин не скрывали, что хотят встречаться со мной. Я неплохо выглядел, у меня была успешная карьера, и я был при деньгах. Для всех, кого я когда-либо встречал с тех пор, как сколотил свое состояние, этого было достаточно. Никогда не имело значения, оговорился я или допустил ошибку. Они всегда были готовы простить меня, потому что думали, что я хороший улов. Это была главная причина, по которой я так ожесточился из-за свиданий.
Отчасти меня заинтриговало в Нелл то, как усердно она пыталась держать меня на расстоянии вытянутой руки. По выражению ее глаз я понял, что это была нелегкая битва. Часть ее хотела понравиться мне. Так почему же она так упорно боролась, чтобы сдержать свои чувства? Я не хотел, чтобы ее волновали мои деньги, но я также хотел знать, почему она казалась единственной женщиной, которую я встречал, которую это не волновало.
Мои собственные мысли были в полном беспорядке. Половина меня была готова остановиться и приказать ей выйти из машины. Я рисковал своей карьерой и всеми, о ком я заботился, выступая против Дамиана и его отца… и я больше не сомневался в этом, продолжая преследовать Нелл, не говоря уже о том, что разговор с ней разозлит Дамиана.
Другая половина меня наслаждалась идеей боя. К черту Дамиена Кросса и его могущественного папочку. Я был одним из лучших литературных агентов в стране, и даже если бы меня занесли в черный список все ведущие издатели, я бы нашел способ.
— Ты в порядке? — спросила Нелл.
Ее вопрос поразил меня.
— Разве я выгляжу так, будто это не так?
— Ты выглядишь так, как будто пытаешься лишить жизни свой руль.
Я заставил себя немного ослабить хватку.
— Я в порядке. Я просто нервничаю рядом с хорошенькими женщинами. — Я внутренне съежился. «Я просто нервничаю рядом с хорошенькими женщинами?» Было ли это действительно тем, к чему я шел?
Нелл отвела взгляд.
Мне хотелось пнуть себя по яйцам. Я не привык играть по другую сторону, и, очевидно, сказывалось отсутствие у меня
— Итак, — сказал я. — Ты собираешься продолжать работать на «Садового Гнома»?
Она кивнула.
— Я попросила своего босса дать мне неделю отпуска. Я не хотела официально увольняться, пока не узнаю, действительно ли кто-то собирается купить куст, как думает Майя.
— Майя Норт — громкое имя в мире искусства. Основываясь на ее реакции, я бы сказал, что это безопасная ставка. Не то чтобы я голосовал за то, чтобы ты бросила работу в саду. Похоже, ты очень увлечена этим делом.
Нелл посмотрела на меня, и я не мог сказать наверняка, но мне показалось, что она что-то скрывает. Она прикусила губу, затем опустила взгляд на свои колени.
— Да, — сказала она. — На самом деле я раньше думала, что хочу быть скульптором, когда была ребенком, но мой школьный учитель рисования практически умолял меня отказаться от этого, так что...
— Подожди, правда? — спросил я. — Какой учитель рисования скажет детям сдаваться?
— Реалист? Думаю, что ее точные слова были такими: «Ты не смогла бы правильно вылепить стену сарая, если бы я даже дала тебе для этого форму».
Я прищурился.
— Что?
— Так… Неважно, — Нелл покачала головой и посмотрела на свои колени. — А как насчет тебя? Когда ты не устраиваешь шикарных вечеринок, чем ты занимаешься ради развлечения?
— Охота, спорт, практически все, что угодно на открытом воздухе.
Она наклонила голову, как будто пыталась представить эту мою сторону. Я не мог винить ее. Она видела меня застегнутым и приличным. Во многих отношениях она даже не знала меня настоящего.
— Мой дядя брал меня с собой на рыбалку, — сказала она. — Это всегда было довольно мило, но я чувствовала себя плохо, когда мы ловили рыбу. Так что я просто опускала в воду леску без крючка.
Я рассмеялся.
— Тебе также может понравиться охота. Мы могли бы просто использовать пейнтбольные пистолеты или что-то в этом роде, если ты не хочешь убивать животных.
— Это что, такая штука? — она спросила. — Охота с пейнтбольным ружьем?
Я пожал плечами.
— Почему нет?
Она внезапно почувствовала себя неловко.
— Про… — я оборвал себя и стиснул зубы. Почему мне всегда казалось, что я извиняюсь перед ней? — Эй, смотри, — сказал я. — Я понимаю, что я не с того начал с тобой на той вечеринке. Вся эта история с Дамианом… Я был ослом. Я знаю этого парня с давних пор и… мы конкуренты. Это было глупо, и это больше не повторится.
Нелл изучала меня. Я сказал ей меньше, чем полуправду, но я надеялся, что это был хотя бы шаг в правильном направлении. Мысленно я рассказывал ей столько, сколько мог, и мне пришлось скрестить пальцы, чтобы она поняла, что я пытаюсь быть с ней откровенным.
— Хорошо, — сказала она. — Я верю тебе. И я это понимаю. Мне тоже жаль, что я сбежала. У меня был неудачный опыт с ревнивым парнем, и это было довольно недавно. Так что я очень чувствительна в этом отношении.
Здорово. Я не только выставил себя полным идиотом, но случайно вызвал то, что звучало как ее самый большой красный флаг. Я знал, что делаю опасный шаг, пытаясь исправить ущерб с помощью лжи, но я был вполне уверен, что нанесу еще больший ущерб правдой. Как бы это прозвучало, если бы я попытался бросить Дамиана под автобус, особенно если бы я объяснил, как много лично для меня поставлено на карту? Она бы просто подумала, что я пытаюсь уговорить ее порвать с ним, чтобы защитить себя.