Единство
Шрифт:
"Неужели со стороны я выгляжу настолько жалко, что местный университет кажется моим пределом?" горестно подумала Нуми, одновременно чувствуя, что её самооценка, которую она так старательно повышала посредством образования и саркастического отношения к людям, стремительно ползет вниз.
– Кстати, ещё один вопрос: а я могу хотя бы узнать сколько всего у мамы было денег на счёте?
– К сожалению, я не могу раскрыть вам подобные сведения. Как я уже говорил ранее, вы, будучи несовершеннолетней ещё не можете распоряжаться счетом, а получение подобной информации о нём является частью права владения.
Нуми задумалась. С точки зрения закона он был прав - не смотря на то, что права на деньги матери
– Эмансипация...
– протянула она. Козырять перед Харкером знанием законов ей, конечно, не хотелось, но если есть хоть один шанс ускорить получение наследства, то нужно им воспользоваться.
– С учетом времени подачи заявления в семейный суд Ярданга, времени назначения заседания и общих процессуальных вопросов срок будет в районе двух месяцев. Однако, учитывая что вам уже через четыре месяца исполнится восемнадцать, я бы не стал тратить время и силы на признание себя дееспособной. Но это лишь моя позиция. если вы хотите инициировать процедуру эмансипации, то наш банк предоставит вам квалифицированного юриста.
Нуми скрипнула зубами, почувствовав досаду и стыд от того, как тактично и профессионально Харкер поставил её на место.
– Тогда я могу получить первый перевод на свой счёт уже сегодня?
– Разумеется, госпожа Фоссум. Я лично займусь этим вопросом.
Спустя пятнадцать минут после того, как личный счёт Нуми потяжелел на полторы тысячи марок, она почти вылетела из дверей банка из-за переполняющей её эйфории. Будучи реалисткой, такого удачного визита она и в самых приятных фантазиях не могла себе представить. То, что теперь у неё есть высокий, хотя и неизвестно насколько долговременный, источник дохода кардинально менял дело. С такими финансами она уже могла не думать о совмещении работы и учебы. Да и мечта об обучения в Столице уже не казалась такой несбыточной.
Строя планы на будущее Нуми шла вперёд ничего не видя вокруг, поэтому, когда ей на голову накинули черный мешок и бросили в кузов микроавтобуса, она ничего не успела сделать.
Глава 4
Александр лежал на спине, подложив руки под голову и смотрел на край Пяти Столпов. Дом, на крыше которого он находился располагался ровно под краем скалы, поэтому небо над ним сейчас было разделено на две равные половинки: на одной по голубой глади медленно плыли немногочисленные облачка, а вторая состояла из красно-коричневой скальной породы. Мужчина принялся по очереди закрывать глаза, надеясь что край скалы будет двигаться влево и вправо, но расстояние было слишком большим и эффекта не было.
Сбоку раздался скрип ступенек и над краем крыши показалась голова помощника, поднявшегося по внутренней лестнице.
– Они пришли.
Встав с циновки, на которой лежал, Александр потянулся и почесав зудящую под бородой кожу - за пятнадцать лет он так и не привык к этому мужскому аксессуару, так популярному у многих местных жителей - лениво побрел вниз на второй этаж.
Дом, в котором он жил и работал при первом посещении мог произвести впечатление нежилого: мусор и паутина на немногочисленной мебели, тоненький слой песка на полу, облезлая краска на стенах и потолке. Единственное, что здесь было чистым - это поверхность барной стойки, занимавшей почти половину этажа. Однако, стоявшие на полках вдоль стены ряды бутылок также покрывал слой пыли. Свет лился только через несколько окон, поскольку остальные были закрыты деревянными резными ставнями.
Александр
– Не рано? Ещё и обеда нет, - осуждения в голосе мужчины было достаточно, чтобы самые богатейшие люди Единства сразу же отдали все свои сбережения на благотворительность и надев хламиды и вериги ушли в горы замаливать грехи сребролюбия.
– Мне можно, Александр! У меня горе.
– Сочувствую, - сказал мужчина и отвернулся, подозревая какого рода горе её постигло. Однако на женщину такой приём не подействовал и она ринулась в атаку.
– И ты даже не спросишь какое? Боже, как можно быть таким черствым?!
– Алкоголь, который ты пьешь очень дорогой, завязывай, - продолжил уходить от темы Александр, проявив несвойственную себе мелочность.
– Я думала, что свидание пройдёт великолепно, но это была просто катастрофа!
"Ха, я и вправду угадал причину" подумал Александр и повернулся ко второму человеку, сидящему за стойкой. Ему было уже за пятьдесят и на его, не по возрасту изможденном и морщинистом, лице практически невозможно было различить эмоции.
– Каждый раз, когда я оказываюсь здесь у меня возникает чувство дежа-вю, - сказал тот.
– И ты туда же? Если от Александра такое пренебрежительное отношение я ещё могу вытерпеть, то от тебя оно выглядит гораздо болезненнее - ты то уже долгие годы живешь в счастливом браке и у тебя куча детей. А я всё одна!
Последнее слово она провыла на одной ноте и выдохнув опрокинула в себя рюмку.
– Не было никакого пренебрежительного отношения. Ты придумываешь. Просто здесь нет настолько больших запасов алкоголя, чтобы их хватило до того, как ты найдешь себе мужа.
После этих слов взгляд женщины стал таким побитым, что сидевший рядом с ней морщинистый сказал Александру с осуждением.
– Мне кажется, вот это оно сейчас и было.
Беда Катарины Даванзати была в том, что ей фатально не везло с мужчинами. Александр видел причину этого в её завышенных критериях к представителям противоположного пола, которым даже самые достойные из них не могли соответствовать. Он много раз советовал ей понизить планку качества, чтобы расширить радиус поиска, но Катарина была категорически не согласна с этим. А научное обоснование того, что любовь, как химико-психологический процесс, сглаживает недостатки партнёра она напрочь игнорировала. Причём сам Александр полагал, что мог бы даже жениться на ней, чтобы этот регулярный повод для страданий наконец исчез, но он уже состоял в браке. Правда, его жена сейчас путешествовала по просторам Единства и он не видел её уже пятнадцать лет, чему был несказанно рад из-за того, что их расставание случилось на плохой ноте. И факт последнего Александра расстраивал, поскольку он понимал, что рано или поздно ему с ней придется встретиться.
– Может хватит потакай ей, Исайя?
– это сказал мужчина, который ранее позвал Александра на встречу, а теперь сидел поодаль от остальных на стуле у окна. До этого он с меланхоличным видом изучал царящую на улице толчею, но беседа привлекла его внимание.
– Её хроническое невезение действительно пагубно сказывается на ассортименте бара.
Катарина развернулась на стуле и метнула в мужчину злобный взгляд. Как правило, такие ситуации прежде всегда заканчивались тем, что она принималась кидать в него стаканы и бокалы, а тот, ловя их в воздухе, ставил на стол возле себя. В один из вечеров их перепалка дошла до того, что два стоящих рядом столика были плотно заставлены пойманной посудой.