Единство
Шрифт:
– Нуми Фоссум, дочь Малин Фоссум.
Мужчина кивнул и ввел имя на своем планшете. Несколько секунд он изучал полученную информацию а затем нажал на стоящий справа от него колокольчик. Раздалось дзиньканье и один из клерков, сидящих за столом, тут же подлетел к девушке.
– Отведи госпожу в гостевую комнату номер пять и сообщи мэтру Харкеру, что его ожидают.
Двигаясь за клерком девушка прошла вглубь здания. здесь обстановка почти не отличалась от приёмной: толстые ковры на полу, отделка из темного дерева, кадки с пальмами, и
– Подождите здесь, пожалуйста. Мэтр Харкер подойдет с минуты на минуту. Желаете чай или кофе?
– Нет, пожалуй, откажусь, - сказала Нуми, решив не изображать из себя особу, для которой такое отношение было не в новинку.
Сев на вычурный кожаный диван она отложила сумочку в сторону и сведя коленки как стеснительная гимназистка принялась ждать. Минутная стрелка на старинных напольных часах сдвинулась лишь на одно деление, когда открыв дверь в комнату зашёл низкий, но очень толстый мужчина, одетый в деловой костюм.
– Прошу прощения за ожидание, но знаете дела-дела, - быстро затараторил он садясь в глубокое кресло напротив девушки.
– Дела никогда не терпят отлагательств. Однако о чём это я? Ах, да, позвольте представиться - старший распорядитель Виктор Харкер.
– Нуми Фоссум, - представилась она в ответ.
– Госпожа Фоссум, в первую очередь примите мои глубочайшие соболезнования по случаю кончины вашей матери. Для нас, сотрудников банка "Германдат" все клиенты являются одной большой семьей и потеря каждого из них является болезненным ударом. Если я могу чем-то скрасить ваш траур, вы только скажите - я с удовольствием окажу всю посильную помощь.
– Не стоит, господин Харкер, однако благодарю за помощь.
– Тогда, полагаю, мы может перейти к обсуждения деловых вопрсов. Однако, я должен предупредить вас, что прежде чем мы начнем беседу, мне нужно будет провести небольшую процедуру, которую я обязательно должен выполнять по условиям договора, - мужчина взял со столика служебный планшет, который лежал тут уже когда Нуми пришла, и включив его стал что-то набирать на клавиатуре. Затем он приподнял его повыше, держа его так, словно сравнивал лицо девушки с каким-то изображением на экране. Несколько секунд он переводил глаза с экран на Нуми и обратно и, наконец, удовлетворенно хмыкнув, отложил планшет в сторону.
– Прошу прощения за задержку, вы соответствуете требованиям предъявляемым к наследнику счета вашей матери.
Нуми удивилась такой странной формулировке. А какие там требования вообще были и почему нельзя было просто проверить её документы, раз они сомневались? Судя по действиям Харкера он сверял лицо Нуми с какой-то фотографией, но откуда она у них была она не знала. К тому же она помнила, что мать за всю её жизнь ни разу не фотографировала. Так откуда тогда у них её фото, если это и вправду было оно?
– Предполагаю, вы хотите
– оторвал Нуми от размышлений мужчина.
– Однако я сразу должен провести для вас краткую юридическую консультацию. Дело в том, что законодательство Единства очень чтит банковскую тайну, поэтому получение посторонними сведений о банковском счете невозможно. Тем не менее, вы, как прямая и законная наследница, автоматически вступаете в права собственности над данным счетом...
После такого пространного вступления, пессимизм Нуми стал ей недвусмысленно намекать, что развязка монолога ввергнет её в пучины депрессии.
– ...Однако, как нам известно, вы также не являетесь совершеннолетним лицом, и потому не можете вступить в права наследования, поскольку до того, как вам не исполниться восемнадцать лет вы должны находиться под опекой. Следовательно, я не могу раскрыть вам никакой информации о банковском счёте. Скажите пожалуйста, верна ли наша информация о том, что в текущий момент опекуна у вас нет?
"И почему я всегда оказываюсь права, когда речь заходит о плохом?" с отчаянием подумала Нуми уже понимая к чему всё идёт.
– Да, верна. Однако до моего совершеннолетия остается всего несколько месяцев. Так что не думаю, что это такая большая проблема.
– Нет, нет, нет и ещё раз нет, - Харкер категорически замахал руками.
– Наш банк в точности следует букве законов Единства и выборочное их исполнение может отрицательно сказаться на репутации. Однако, я должен довести до вашего сведения один факт, который, как я полагаю, вас обрадует. Наш банк выполняет функции душеприказчика, как вы, полагаю, в курсе, поэтому, по условиям двустороннего договора между вашей матерью и нами, мы обязуемся выплачивать вам ежемесячное пособие в размере полутора тысяч марок каждые тридцать земных суток.
Полторы тысячи! Нуми аж подскочила от шока. По её расчётам денег, оставленных матерью едва бы хватило на ближайший год лишь на триста-четыреста марок в месяц, никак не больше.
– Но это только до наступления моего совершеннолетия?
– Совершенно верно. После чего право распоряжения счетом перейдёт к вам. И мне бы хотелось, чтобы после этого момента мы продолжили наше сотрудничество, поскольку наш банк очень дорожит своими вкладчиками!
– А у банка есть представительства за пределами Ярданга?
– спросила Нуми.
Распорядитель приложил большие усилия, чтобы не выпучить глаза от удивления.
– Разумеется есть. А вы намереваетесь покинуть планету?
– Да, у меня есть планы по поступлению в университет за пределами системы.
– Ну раз вы не рассматриваете местный университет как место своего дальнейшего обучения, то я с уверенностью могу вам сказать, что на всех планетах Единства и почти в ста двадцати городах Земли есть представительства нашего банка. Поэтому затруднений при обслуживании у вас возникнуть не должно.