Единственный
Шрифт:
— Это плохо? — мой голос пискнул.
— Это самые начальные этапы, поэтому мы поймали его рано. Но так как он умеренный, мы должны заботиться об этих клетках. — Она сложила руки на коленях и скрестила лодыжки. — Наименее инвазивным для нас было бы использование лазерной терапии, которая является амбулаторной процедурой, в которой мы лазерно удаляем раковые клетки, и они будут полностью уничтожены.
Я кивнула, не зная, что сказать.
— Следующая называется диатермия. Это еще одно лазерное лечение, но мы бы удалили ткань вместо того, чтобы разрушать
— Окей. — Мне следовало бы что-то записывать или делать, но вместо этого я просто уставилась на доктора.
— Следующий набор вариантов — химиотерапия или полная гистерэктомия. Поскольку ты так молода, и это ранние стадии, я бы не рекомендовала их, так как ты все еще можете хотеть иметь детей в будущем.
— Тогда что бы Вы посоветовали? — спросила я.
Она глубоко вздохнула.
— После просмотра всей информации, я думаю, что лучшим действием будет диатермия. Мы можем назначить тебе процедуру, когда это наиболее удобно. Ты только почувствуешь немного боли и сможешь вернуться в колледж в течение недели.
Я кивнула и снова посмотрела на Монику.
— Мон, что ты думаешь?
— Это не мое тело, но я бы пошла на то, что рекомендует доктор.
Я никак не могла собраться с мыслями. Было так много информации, чтобы принять в себя, так что я просто повернулась к врачу и сказала первое, что пришло в голову.
— Окей. Будь по-Вашему.
Доктор улыбнулась и похлопала меня по колену.
— Я сейчас вернусь. Только позвоню в хирургическое отделение и все устрою. Есть ли у тебя предпочтения по времени?
— Ну, осенние каникулы через неделю, так что у меня будут выходные.
— Хорошо. Я посмотрю, сможем ли мы пригласить тебя на неделю Благодарения.
Она встала и вышла, закрыв за собой дверь.
— Хирургия. Лазеры, — сказала Моника. — Ты в порядке со всем этим?
Я пожала плечами, оглядываясь на нее.
— Это лучше, чем катать меня по кампусу с шарфом на голове.
Прошло всего несколько минут, когда доктор Родригес вернулась с несколькими листами бумаги в руках.
— Мы все приготовили на понедельник, 20-го, в восемь утра. — Она протянула мне бумаги. — Наши рекомендации о том, что нужно сделать заранее, находятся на этом листе. Мне нужно, чтобы ты пришла в приемный покой за час до регистрации. — Она ждала, чтобы заговорить снова, пока я не встретилась с ней взглядом. — У тебя есть еще вопросы?
У меня был миллион вопросов. Например, что будет потом? Был ли шанс, что мне нужно будет еще более продолжительное лечение? Но вместо этого я только покачала головой. Было слишком много всего, и моя голова уже не работала.
— Нет. Я в порядке.
***
Мы с Моникой вернулись в приемную, я написала маме, чтобы она позвонила мне после работы, и вкратце изложила суть амбулаторной операции 20-го числа.
И как только мы вышли из офиса, кто-то еще ждал меня в туннеле к гаражу. Там стоял Джон. Засунув руки в карманы, он расхаживал взад-вперед между стенами.
— Джон Бой? — спросила Моника.
— Моника. Мелани. Эй. Я просто… — Он перестал расхаживать и подошел к нам, тяжело вздохнув. — Ладно. Я не могу придумать лучшего оправдания. Я пришел, потому что хотел узнать, как прошла встреча и все ли в порядке.
Моника сбоку шагнула ко мне и медленно двинулась следом за Джоном.
— Я думаю, это мой сигнал, чтобы уйти. Я буду ждать тебя в машине, Мэл. — С этими словами она повернулась на каблуках и направилась к парковке.
Джон обхватил мое лицо ладонями, заставляя меня снова посмотреть на него.
— Все в порядке?
— Я думала, у тебя сегодня какие-то дела в Братстве? — Я приподняла бровь, стараясь не обращать внимания на теплоту его рук на моих щеках.
Он сделал еще один шаг вперед.
— Да, но это важнее.
Я с трудом сглотнула.
— Ну, это всего лишь 1-я стадия рака, так что думаю, что это хорошо, у меня будет операция в понедельник в День Благодарения, его удалят.
Его глаза расширились.
— Это что-то вроде химиотерапии? Что за операция?
— Нет. Это просто какой-то лазер, который удаляет рак. Доктор сказала, что через несколько недель я буду в порядке.
— В какое время в понедельник?
— Восемь, а что?
Кривая усмешка, которую я так любила, появилась на его губах.
— Потому что мне нужно знать, в какое время быть там.
— Джон, ты не должен этого делать…
Он приложил пальцы к моим губам, останавливая меня на полуслове.
— Я знаю, что мне ничего не нужно делать. Это то, что я хочу сделать, Рыжая. И ты не можешь остановить меня. Ты можешь думать обо мне все, что захочешь. О нас. Но знай это. Я действительно забочусь о тебе. Больше, чем я обычно, признаю. И будем ли мы просто друзьями или, в конце концов, станем чем-то большим, не имеет значения. Важно то, что я буду рядом с тобой.
И в этот момент я почти забыла о девушке и приватном танце. Я могла почти забыть о раковых клетках, которые были в моей шейке матки и прошлых изменах парней. Потому что я знала, что у меня есть друзья, которые были там для меня. Романтично или нет, но они были.
Глава 13
И мама, и сестра планировали приехать на операцию. Мое обостренное чувство радости от того, что Джон и Моника будут там, исчезло, как только я подумала о маме и сестре, знакомящихся с Джоном. Я могла только представить, сколько вопросов они на него обрушат. Может, ему не стоит приходить. Именно это я и собиралась сказать ему в понедельник на занятиях. За неделю до операции.