Единственная

Гусейнова Ольга Вадимовна

Джар сломал вход в мою клетку и хрипло попросил:

— Прости, задержались с поисками, чуть не опоздали.

— Ты пришел за мной! — всхлипнула я, ощущая себя желе. Счастливым желе.

— Да, — коротко согласился он.

— Но ведь вам запрещено контактировать с полярниками?! — шептала я, прижимаясь к его груди и жадно вдыхая.

— Ты моя, значит, принадлежишь Ранту, а своих мы не бросаем, — напомнил он, вынося меня из клетки.

Мои руки своевольно блуждали по телу Джара с голодным любопытством. Но он не отталкивал, наоборот сильнее обнял. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, чтобы прижать мои руки,

а терзаемая похотью плоть вопила: Джар меня тоже хочет!

Ответил Рето, который поднял мое лицо и, раздвинув веки, всмотрелся в глаза:

— В данном случае имела место прямая и непосредственная угроза жизни представителю более разумной, развитой цивилизации. Землянке, которая связана семейными узами с рантом и на данном этапе имеет более высокую ценность для нашего мира, чем горстка диких полярников.

Я уловила смысл «научного обоснования» нарушения инструкции:

— То есть, я — ценная? И я — семья ранта?

— Да, — кивнул Рето, потом напряженно констатировал мое состояние: — Радужки почти не видно — сплошной зрачок. Принятая доза — запредельная. Я не представляю, как она еще соображает и сопротивляется воздействию.

— Потому что — моя! Единственная! — резко заявил Джар, почему-то отрывая меня от себя, после прохода через водяную преграду.

Я подняла взгляд и сразу стало понятно почему: вокруг нас собиралась толпа перевозбужденных дикарей, потирающих интимные места, но с оружием представляющая нешуточную угрозу. Космический десант вновь подобно судну, рассекающему штормовое море, шел в толпу. Ранты рассредоточились и площадка в центре опустела. Оружие, испускавшее смертельные пульсары, стараниями Полярной вышло из строя, поэтому космодесантники могли рассчитывать исключительно на себя и подручные средства. Но я настолько уверилась в их силе и умениях, что больше не паниковала и напряженно ждала развязки, а не как раньше, когда от страха ног под собой не чуяла. Хотя, возможно, сейчас я просто плохо соображала. Меня колотило в лихорадке чувств и эмоций, я чувствовала это даже руками, которыми обнимала себя, цепляясь за предплечья.

Тем временем ранты очень аккуратно и быстро укладывали полярников «отдохнуть» десятками. Те кольями и бумерангами не отвечали — боялись задеть своих в толпе, играя нам на руку. Немного смазанные, стремительные движения, тычки в определенное место на теле очередного дикаря — и тот оседает наземь, а десантник идет дальше. И пока ни одного трупа! Полярники без чувств — не более.

Да и правду сказать, чего я ожидала? Если отряд обычного спецназа на галактических играх способен управлять многотысячной разбушевавшейся толпой, удерживая в рамках и разгоняя особо рьяных фанатов, потерявших берега от адреналина. А здесь работает элита космодесанта. Их готовят годами, а программу обучения шлифуют веками. Причем, в нее входит и знание анатомии, а не только боевых искусств и видов оружия. Такие как Джар убивают бесшумно. Или дарят жизнь без лишних слов.

Общее внимание опять привлек вождь, чтоб ему пусто было! Я тряслась в ознобе, плакала от боли, судорогами выворачивавшей мое нутро и с ненавистью смотрела на Великого Мерзавца. Среди его соплеменников царила паника, они приходили в себя, хоть ясную голову пока не вернули, часть уже роптали. «Золотой», оценив ситуацию, злобно выкрикнул приказ. И пока я гадала, что означало одно единственное слово, на площади начали происходить

странные дела. И эта непонятная, испуганно предвкушающая подготовка мне очень не понравилась.

Ощетинившиеся оружием население, включая подростков, теснило нас от площади к водоему. Ранты внимательно осматривались, видимо решая, наплевать на вероятное участие этого свихнувшегося племени в будущем своей родины и положить здесь всех основательно. Или все-таки потерпеть «гостеприимных» туземцев еще немного?

Решение принять не успели. К сильно поредевшей экзальтированной толпе вынесли большой стул с широкой спинкой. И все бы не чего, но в центре сиденья торчала выпуклость, похожая на небольшой, до блеска отполированный — фаллос!

Это то, о чем я подумала?

Я поймала себя на том, как вытаращившись и приоткрыв рот, смотрела на стул, появление которого громкими возбужденными воплями приветствовали туземцы. Парочка активистов деловито кинулись к своему золотому кумиру и начала готовить его к последующему действу. Меня одолевали предположения одно «краше» другого — опыта маловато, да и фантазии. Однако уже не изумляли. Кажется, я привыкла к собравшимся здесь отпетым извращенцам.

Дальше хорошо подготовленный вождь важно подошел к стулу — и сел на него. Теперь он смотрел на нас всех торжествуя, более того, явно наказывая за бунт. Наверняка гад никогда не получал отпора и был свято уверен, что вот сейчас-то мы все дружно станем на колени и вернем ему должное сторицей.

Хозяин местных земель и сплошь заблудших душ начал елозить на «троне», откровенно стимулируя себя. Его лицо исказилось от наслаждения, а когда кожа уже не просто сияла, а словно золотом покрывалась, слепила, в мои глаза словно песка насыпали — начали сохнуть и чесаться от усилившегося запаха.

Воздух загустел настолько, что абстрагироваться от проклятого запаха больше не получалось. Он проникал сквозь мою кожу, наполнял меня, я вязла в нем, как муха в сиропе. И не только я. Площадь застонала, закричала в сладострастных криках, подданные буквально сходили с ума.

Теперь я не просто горела от желания, кровь походила на лаву, в которой плавилось слабое несчастное тело. Мозг размягчился, как и мышцы. Меня знобило, колотило настолько, что я рухнула на колени. То, что происходило было чудовищно, подло, мерзко, бесчеловечно, а чувствовала я себя настолько слабой и безвольной, что окончательно разрыдалась.

В этот момент Джар обернулся ко мне и рассмотрев, не выдержал: разметал ближайших дикарей, бросившись в бой. Пара из них отлетела на несколько метров. Рядом с ним врезался в толпу Илэр, но секундное замешательство толпы быстро пресек самый шустрый. Подкинул вверх круглый предмет и воткнул в него пику. В следующее мгновение шарик лопнул, из него в стороны брызнул золотистый порошок. Да что же это такое! Кругом все подлое и вражеское — блестящее и золотистое!

Стоило клубам золотой пыли осесть на Илэра, к моему ужасу, он заорал и руками начал тереть лицо, да так, словно кожу содрать хотел под злобными взглядами наблюдавших за ним полярников. Твари. Твари. Подлые твари!

Я уже было впала в панику, на миг забыв о собственных страданиях, но тут Илэр неожиданно прекратил чесаться и, состроив жуткую злобную физиономию грозно зарычал на полярников. Те, как и я, вздрогнули от страха и неожиданности. Рето рядом со мной хохотнул, громко крикнув другу: