Единственная ночь
Шрифт:
– Нет, нет, – поспешила заверить Ханна, – я же сказала, мы ограничились разговорами.
Элейн покачала головой:
– Я верю тебе, дорогая. Хорошо, что Рейфа не было рядом с Кэтлин в момент ее смерти. Но лучше бы в ту ночь рядом с ним оказался кто-нибудь другой. Об этом в городе забудут еще очень не скоро.
– И все-таки здесь что-то не складывается, – заявила Пэмела на следующий день в кафе «У Сноу», поглощая овощные бургеры и картошку фри. – Ни у тебя, ни у меня почти нет шансов провести целых два часа на берегу с
Ханна посмотрела на подругу, откусывая булочку. Пэмела училась в Колледже Чемберлена и мечтала в будущем преподавать в университете английскую литературу. Она уже давно одевалась в стиле преуспевающего молодого ученого – в черные колготки, черные туфли на низком каблуке, длинные черные юбки, мешковатые пиджаки и очки в тонкой проволочной оправе. Ее каштановые волосы длиной до плеч были собраны в хвост на затылке и сколоты пластмассовой заколкой с рисунком под черепаху.
– Да, шансы невелики. – Ханна прожевала кусок бургера с тофу. – Но я все-таки встретилась с Рейфом – по милости Перри Декейтера.
Пэмела состроила гримаску:
– А ведь Перри так нравился твоей маме! Она считала его приятным молодым человеком с достойными устремлениями.
– Да, его устремления и вправду достойны уважения. Он далеко пойдет.
– Но приятным человеком его не назовешь?
– Он обходительный. Любезный. Скользкий. – Ханна вспомнила мерзкую возню в машине и передернулась. – Но только не приятный!
Пэмела обвела взглядом переполненное кафе. Убедившись, что никто не подслушивает их, она придвинулась ближе и понизила голос:
– У тебя с Рейфом Мэдисоном что-то было?
– Нет. Мы просто поговорили, вот и все.
Пэмела была явно разочарована.
– И все? Это правда?
Ханна не стала упоминать о несущественном прощальном поцелуе Рейфа.
– Чистейшая правда.
Пэмела поерзала на стуле.
– Вот досада!
– Ты думаешь?
– Я в этом уверена. Интеллигентным, образованным, здравомыслящим женщинам вроде нас с тобой не следует выходить замуж за таких, как Рейф Мэдисон. Но пообщаться с таким парнем было бы забавно.
– И слишком опасно для репутации – особенно в таком городишке, как Эклипс-Бей. Уж я-то знаю, поверь мне. Двух часов, проведенных на берегу в обществе Рейфа Мэдисона, хватило, чтобы основательно подпортить мой имидж порядочной девушки.
– Зато шагать по скользкой дорожке наверняка было увлекательно.
Рейф позвонил в день отъезда из города. В тот момент Ханна была дома одна. Услышав в трубке его голос, она сразу поняла: Рейфу известно, что ее родители уехали вдвоем.
– Я твой должник, – заявил он без предисловий.
– Ты ничего мне не должен, – возразила она, покрепче сжав трубку. Голос в ней звучал так же соблазнительно, как в полночь на берегу. – Я просто сказала правду.
– Неужели для тебя все так просто? Черное или белое, истина или ложь?
– В этом случае –
– И тебе все равно, что теперь целый город убежден, что в ту ночь я не просто держал тебя за руку?
Ханна попробовала уклониться от ответа:
– Ты даже не пытался взять меня за руку.
Последовала краткая, но мучительная пауза. Ханна гадала, вспоминает ли Рейф о ничего не значащем поцелуе перед расставанием. Сама она никак не могла забыть об этом.
– Так или иначе, я твой должник, – наконец повторил он.
– Забудь об этом. Сказать по правде, это я в долгу перед тобой.
– С чего ты взяла?
– В городе меня перестали считать занудой, недотрогой и паинькой.
Еще одна краткая пауза.
– Никакая ты не зануда.
Что ответить, Ханна не знала. В растерянном молчании она теребила витой телефонный шнур и не раскрывала рта.
– Ханна!
– Что?
– Той ночью я сказал правду. Я желаю тебе удачи и надеюсь, что все твои мечты сбудутся. И у тебя появится собственный бизнес. – Он помедлил. – И парень, о каком ты мечтаешь.
«Кажется, он говорит искренне», – мелькнуло в голове у Ханны.
– Рейф…
– Что?
– И я той ночью сказала то, о чем думала. Возьмись за ум.
Глава 1
Портленд, Орегон
Настоящее время
Длинный, расшитый жемчугом шлейф сливочно-золотистого атласного свадебного платья изящными складками расстилался за спиной невесты, остановившейся у алтаря. Она робко улыбнулась жениху под тончайшим облаком вуали. Звуки органа смолкли, утих восторженный шепот гостей. Священник прокашлялся.
– С меня довольно, – прошептала Ханна ассистентке, вместе с которой отошла в портик церкви. – Я уезжаю. Ты справишься сама. Лимузин уже ждет. Не спускай глаз с четырехлетнего племянника – он наверняка еще раз наступит на шлейф, когда молодожены пойдут к дверям. Увидимся на приеме.
– Как все это прекрасно! – Карла Гроувз осторожно промокнула платочком глаза и оглянулась на алтарь. – Цветы, свечи… все продумано до мелочей! А невеста словно из сказки!
– Не знаю, как объяснить тебе это, Карла, но ты недолго продержишься в нашем бизнесе, если будешь лить слезы при виде каждой невесты.
– Но она так хороша, она прямо сияет…
– Угу. – Ханна щелкнула замком кейса. – Она выглядит лучше, чем на прошлой свадьбе, – наверное, потому, что на этот раз потратила гораздо больше денег. При разводе ей достался жирный кусок. И ее адвокату тоже.
Карла закатила глаза:
– Ханна, нельзя быть такой циничной!
– Это не цинизм. Ты права: Дженнифер Баллинджер – прелестная невеста. И выгодная клиентка «Свадебного агентства Ханны Харт». Она обратилась к нам уже второй раз и, если интуиция меня не подводит, скоро обратится в третий. А я всегда говорила: нет ничего лучше постоянных клиентов.