Единственная, кто его слышит...
Шрифт:
– Ты что творишь?! – прошипела Роуз, Эмметт ничего не ответил, лишь бросил на нее злой взгляд, от чего блондинка замолчала.
– МакКарти, ты охренел? Ты понимаешь, что ты сейчас сделал? – Каллен сел на полу, грубым жестом стирая кровь у себя на подбородке. – Ты сейчас ударил меня, заступившись за эту сучку, – Каллен сделал паузу, думая над тем, что сказать дальше. – Этим ты разрушил нашу дружбу, а я ей дорожил, – не веря в поступок Эмметта, жестко проговорил Эдвард.
– И без тебя знаю. Хоть ты мне и друг, но это
– И что? – вытирая руку о джинсы, спросил он. – Что хочу, то и делаю.
– Дебил, – произнес Эмм и, схватив наши вещи и меня за локоть, пулей вылетел из класса.
– Ты что творишь? Верни меня обратно! Там Роуз… и ты... – я без остановки тараторила, пока друг тащил меня по коридору.
– Замолчи, – прошипел он. – Замолчи, а то, ей богу, собственноручно тебя придушу.
Мы остановились посреди коридора, и Эмметт, тяжело вздохнув, прижал меня к груди.
– Плевать на Роуз, найду себе другую. У меня и так сердце кровью обливается, когда над тобой издевается этот гавнюк, еще и мне приходится, но это уже перебор.
– Прости, – всхлипнула я и сильнее прижалась к нему.
– Тебе не за что просить прощения, мне стоило давно прекратить этот балаган. Не стоит жертвовать дружбой ради несуществующей любви, – Эмметт говорил, поглаживая меня по спине.
– Не правда, – всхлипнув, ответила я. – Мы все оставим как есть. Завтра Каллен все равно перед тобой сам извинится, вот увидишь, – я смахивала слезы тыльной стороной ладони.
– Нужны мне его извинения… Он у тебя должен просить прощения! Нет, он должен молить тебя о прощении! – весь на эмоциях говорил он. – Чего он не сделает, конечно же… – вздохнул Эмметт.
– Мы должны вернуться, – сказала я. – Мистер Бошш разозлится!
– Плевать! Скажем потом правду! Каллену все равно! Одним замечание больше, одним меньше! – твердо сказал он. – Да и директор уже не обращает на все наши выходки внимания. Всегда отделываемся несколькими часами после уроков, – вяло усмехнулся Эмметт.
– Ладно, – успокоившись, всхлипнула я.
– Поехали домой, – Эмметт дернул за борта моей короткой жилетки, поправляя ее. И обняв меня за плечи, повел на парковку.
Мы всегда ставили наши автомобили через шесть машин друг от друга, а все из-за того, что наши дома были на одной улице, и разделяло их ровно такое же количество домов.
Смешно, но нам почему-то нравилось такое сравнение…
Эмметт отдал мне мою сумку, которую нес все это время.
– Я сразу за тобой, – сказал он, отходя к своей машине. Он, смотря на меня, дождался, когда я сяду в свою черную «БМВ Акулу» и, как только я стала выезжать с парковки, он запрыгнул в свой «Ниссан» и поехал следом.
Двигаясь по вечерней темной улице, я постоянно смотрела в зеркало заднего вида и видела свет фар его автомобиля.
Какой же Каллен урод! Порвал многолетнюю
И тут у меня запищал телефон. СМС от Эмметта: «Включи любимую радиостанцию. Настроение поднимется!». И как он узнал, что я не слушаю музыку сейчас?! Похоже он знает все мои жесты и повадки… И как я только могла забыть о радио?! Я всегда ездила с музыкой! Видимо, это из-за чересчур насыщенного дня.
Улыбаясь, я включила радио. Машину заполнил звук моей любимой песни.
Саундтрек: Gwen Stefani – What are you waiting for *
Как же я обожаю своего друга!
«Спасибо!» быстро набрала я СМС.
На наших дорогах было совсем не страшно отвлекаться. Город маленький, и основной поток машин был, когда школьники возвращались с уроков, но сегодня я впервые задержалась на четыре часа.
Я аккуратно припарковалась у своего дома и вышла из машины. Эмметт остановился прямо на шоссе и, подавшись к открытому окну у пассажирского кресла, крикнул:
– Готовь печенье! – и громко смеясь, тронулся с места.
С широкой улыбкой я пошла в дом. Я уже и думать забыла о том, как Каллен пригвоздил меня к стене, но я не могла забыть то, что из-за этого Эмметт разругался с ним и остальными друзьями.
Родители вот-вот должны приехать с работы. Я быстро побежала по лестницам на второй этаж, естественно не обошлось без того, чтобы я не споткнулась.
– Черт, – выругалась я и услышала звук открывающейся двери.
– Белла, дочка, мы дома, – пропела мама и пошла на кухню, неся в руках большие пакеты с едой.
– Успела, – прошептала я, и с силой швырнула сумку в приоткрытую дверь своей комнаты. Она с точностью попала в цель. Я победно вскинула руки вверх и шепотом прокричала: «Трехочковый»
– Дочка, спустись к нам, пожалуйста, – позвал меня отец, и я до ужаса испугалась, подумав, что ему уже известно о моем сегодняшнем наказании.
Я медленно спускалась вниз, оттягивая как можно дольше всю его гневную тираду по поводу моего воспитания, и того, что все это было сделано зря. Но когда я вспомнила, что сегодня четверг, и именно в этот день недели мы вместе готовим ужин, я облегченно вздохнула. Напевая песню, которую слушала по радио несколько минут назад, я вошла на кухню.
– А вот и я, где печенье? – этот вопрос я всегда задавала маме, стоило ей прийти из супермаркета.
– Снова ждешь Эмметта в гости? – с улыбкой на лице спросила она.
– Тссс, нам не нужны свидетели, – прикрывшись пучком салата, я показала на отца пальцем, который сидел в гостиной и читал книгу.
– Я все слышу, – буркнул он, от чего мы с мамой рассмеялись.
– Паста или запеченный картофель? – спросила мама, держа в руках пачку с макаронами.
– По-моему, выбор очевиден, – улыбнулась я, доставая с полки кастрюлю.