Единственная, кто его слышит...
Шрифт:
Каллен направился к сестре и Джасперу.
– И? – не выдержала я, пока Эмметт сам начнет рассказывать.
– Помнишь, скоро футбольный матч. Так вот они ищут место для празднования.
– Каллен настолько уверен в победе? – засмеялась я.
– Эй, ты сейчас не только его обижаешь, но и меня! – сгримасничал Эмм. – Я ведь защитник!
– Прости, – улыбнулась я. – И вы редко проигрываете, – стукнула я по накачанной груди Эмметта.
– Очень редко! – серьезно сказал он.
– Поехали отсюда, пока нас не засекли, – взяв его за руку, я
Весь оставшийся день мы просто гуляли по городу. С Эмметтом всегда было весело. Он, как луч солнца, в моей очень гнусной жизни. Наверное, если бы его не было, я бы, как большинство детей, которых гнобят в школе, задумалась о суициде… Но мне повезло! У меня есть отличный друг! Он не даст меня в обиду!
Вечером Эмметту пришлось поехать к Каллену, ведь он ему пообещал. Естественно, ни о чем серьезном они говорить не могли. Вся их компания думала только о предстоящей вечеринке и футбольном матче.
На следующий день мы снова пошли на озеро, на этот раз нам удалось отдохнуть и поговорить по душам.
Выходные прошли, и снова началась адская школьная неделя.
Каллен недолго сожалел о том, что он из-за меня подрался с другом. И видимо, этот урок его ничему не учит. Нет, он, конечно, меня больше не трогал, но это не мешало ему меня оскорблять, а так же прикалываться надо мной… Эмметту нехотя тоже приходилось это делать. Как же радовалась Хейл, когда они все надо мной смеялись. Теперь она была в полной уверенности, что я не переманила Эмма на свою сторону, и что он уж сто процентов пойдет с ней на танцы.
– Небольшое объявление, – раздалась громкая связь в школе голосом директора. – В пятницу, то есть уже завтра, – веселым голосом говорил он. Все замерли, слушая его речь. Я убирала свои учебники в шкафчик. Эмметт, Каллен и остальные их друзья тоже были в коридоре, и все обратились в слух. – Вечеринки сами собой не готовятся, – загадочно начал директор. – И я решил в этом году подключить не только всю ответственную за это команду во главе с Розали Хейл, – Роуз сразу довольно заулыбалась. Как же, ее имя звучит на всю школу… «Мисс популярность» … – Но и наших нарушителей, – продолжил директор. – А именно, – он стал диктовать фамилии.
Хорошо, что я на этой неделе еще не успела ничего нарушить и вряд ли еще когда-нибудь повторю свою ошибку, за которую мне пришлось сидеть после уроков…
– А так же, – после списка фамилий, сказал директор Левинсон. – За то, что сбежали с отбывания наказания за свое нарушение дисциплины школы, к подготовке зала подключатся Эдвард Каллен, Эмметт МакКарти и Изабелла Свон.
– Что?! – удивленно крикнули на весь коридор все трое.
Я никогда не принимала в подобном участия, а сейчас… сейчас мне придется не только это делать, но и снова терпеть общество Каллена и Хейл!
– С какого хрена?! – возмущался Каллен. – Почему я должен вешать какие-то там гирлянды?!
– Да успокойся, – сказала ему Розали. – Я не буду тебя сильно нагружать работой, – усмехнулась она. – Там целый список работников
– Круто! – буркнула я себе под нос.
Я раздраженно захлопнула шкафчик и пошла прочь, чтобы не видеть их смеющихся лиц.
Ну почему в мою жизнь сейчас вмешиваются такие тупые и нелепые ситуации?! Одна за другой! Такое чувство, что кто-то там свыше, подумал: «А почему это у Свон такая скучная жизнь?! Не порядок! Сейчас исправим!». И та-дам, у меня появляются первые проблемы. А затем еще, и еще…
Больше всего меня сейчас бесило то, что я буду украшать зал, но на саму вечеринку не пойду. Мне придется тратить свои силы ради кого-то… Я успокаивала себя только той мыслью, что я буду делать это для Эмметта. Ведь он идет на вечеринку…
После уроков я робко вошла в спортзал. Везде лежали плакаты, украшения, гирлянды, большие лестницы… В зале уже было несколько нарушителей дисциплины, отбывающих свое наказание подобным образом. И по их раздраженным лицам можно было понять, что им это очень не нравится. Мне даже стало интересно, как Хейл будет командовать всеми, организовывая работу. Хотя у нее сейчас есть Каллен, если он рявкнет, то все как по струнке встанут…
– Свон, у тебя как вообще со зрением?! – саркастично пропищала Розали Хейл. – Ты что не видишь, что это висит криво!
Стоя на металлической лестнице, я вешала длинный плакат с надписью “Crescendo”. И кто только придумал сделать вечеринку в стиле конца 30-х годов? Хотя, что за вопрос?! Конечно же, Розали Хейл! Ведь организация подобных праздников ее задача.
– Подними угол выше, – командовала она. Я чуть приподняла плакат. – Хотя нет, теперь чуть ниже, – я молча передвигала плакат по ее указке. – Выше. Нет ниже. Свон, ты, что не видишь как надо? Выше! – продолжала она.
– Свон, ты падаешь! – крикнул Каллен и заржал, чуть дернув лестницу. От испуга я резко вцепилась в нее. Край плаката выскользнул и медленно полетел вниз, от чего повис, прикрепленный к стене за один угол.
– Достали, – буркнула я себе под нос.
– Свон, откуда у тебя руки растут? – завизжала Розали.
Я стала медленно спускаться по опасной лестнице. Хорошо, что у чокнутых одноклассников не совсем еще башку снесло, иначе бы Каллен опрокинул лестницу, и я была бы уже на пути в больницу.
Продолжая их игнорировать, я пошла к столу с блестящей мишурой и прочими украшениями.
– И куда ты пошла? Кто это будет вешать? – возмущенно спросила Розали.
– Сама подумай! – раздраженно сказала я. – Хотя подожди, – развернулась я к ней. – Тебе же нечем думать! – скорчила я сочувствующую гримасу.
– Что?! – пропищала она. – Ты совсем охренела? – Хейл быстро двинулась ко мне, и на секунду мне показалось, что она собирается меня бить. – У тебя, что зубов много? – начала она угрожать. – Или нос слишком прямой? – она стояла напротив и буравила меня взглядом, а ее очаровательная улыбка превратилась в злой оскал. Она всегда злилась, когда речь шла о ее недалеких умственных способностях.