Единороги будут!

Смирнова Ирина

И вот, спустя дней пять-шесть, я вдруг неожиданно вспомнила и осознала, что рядом со мной не просто друг, а муж, с которым, кстати, нас уже многое связывает. Странно, но до этого, вот буквально как отрезало все желания, даже поцеловать Тара не тянуло, только Рики стоял перед глазами и все. И накатывающее чувство вины за то, что изменила ему с мужем, разгонялось лишь при более глубоком осмыслении ситуации. Иногда просто становилось страшно, что я тут, а он — там. Вдруг ему плохо, и он без подпитки угаснет, деградирует, превратится в вурдалака…. Кошмары об этом снились с завидной регулярностью. А с учетом того, что мы часто разговаривали о Чхаре, то, естественно, выползло и запинутое на задворки сознания

видение о том, как я приношу брата в жертву Ллос. Переплетаясь и чередуясь, эти два страха врывались в мои сны и заставляли просыпаться среди ночи от собственного крика. И потом я лежала, уткнувшись в плечо Тара, и старалась добиться, чтобы мое сердце билось вновь так же медленно, как его, а не частило, как будто я только что пробежала пятьдесят кругов вдоль стен сферы.

Когда же во сне Рикиши, вместо того чтобы обратиться в вурдалака, резко вспыхнул как факел и сгорел, под гремящий у меня в ушах смех Сонолы, я резко проснулась и почувствовала настороженно-сочувствующий взгляд Тара. Обернувшись, долго смотрела ему в глаза и вот как-то, совершенно внезапно, в памяти всплыл тот парк во дворце, и как нам было хорошо вместе, и… Обняв мужа за шею, притянула его к себе поближе, поцеловала и замерла, прислушиваясь к ощущениям. Было приятно, тело требовало продолжения и, главное, все страдания и кошмары отошли в сторону. Да, со мной рядом был не любимый, цинично-надежный Рикиши, за которым постоянно нужен глаз да глаз, а верный и преданный Тар. Мужчина, готовый рискнуть своей жизнью ради моего спасения, просто потому что он меня любит! Он — меня. Даже не зная, люблю ли его я. И… Он готов был ждать неделю, не трогая меня, не намекая. Готов был просто лежать рядом, обнимать и ждать, пока я вспомню о нем, устав скучать по сопернику.

Я поцеловала его в щеку, в уголок губ, провела языком по приоткрытым губам, обхватила нижнюю и слегка сжала, продолжая обнимать за шею. Потом мои ладони спустились на спину, ласково погладили плечи. Поцелуи тоже спустились чуть ниже — скулы, подбородок, шея, ключицы, ямочка между ними…

Тихий стон, едва слышный, как выдох… Да, обладать и наслаждаться. Мое… Я долго пыталась понять, насколько этот мужчина — мой, и нужен ли он мне. Поняла… Мой! Никому не отдам! Заподозри я его в измене сейчас, а не несколько дней назад — удавила бы… эльфийку бы точно удавила, а Тара…

Совершенно неожиданно для себя я укусила мужа за сосок и провела ногтями у него по груди. Тут же вздрогнула, приходя в себя, и виновато посмотрела на Бхинатара. Но его взгляд уже был туманным и, судя по стону, ему все нравилось. Это я пытаюсь себя сдерживать, контролировать, пытаться задушить свои инстинкты… Зря!

Я лизнула языком второй сосок, сжала его губами, потом чуть-чуть прикусила, снова обвела вокруг него языком… И потом — ногтями по ребрам, оставляя тонкие красные полосы, до тех пор, пока пальцами не задела штаны. Ну да, безрукавку я расстегнула почти незаметно для себя, а вот дальше…

Провокационно-медленно начала расстегивать пуговицы на ширинке, иногда отвлекаясь и любуясь выражением лица Тара. Чуть откинувшись головой назад, закусив губу и практически спрятав умоляюще-затуманенный взгляд под густыми белыми ресницами, муж был просто прекрасен. Разобравшись с пуговицами и довольно улыбнувшись, в очередной раз взглянув на лицо Бхинатара, я начала плавно стаскивать штаны вниз.

Никогда раньше не замечала за своим супругом таких отчаянных проявлений нетерпения, но сейчас он только что сам не рвался мне помочь, и то лишь потому, что пальцами сжимал шелк подушек под нами. Напряженные мышцы живота, заметный прогиб в бедрах, умоляющие постанывания… На членораздельное: «Госпожа…» сил едва хватило.

Только я спускала штаны очень, очень, очень плавно… буквально, сантиметр за сантиметром… Но, наконец-то, возбужденный член выскользнул на волю и выпрямился, а Тар, приподняв голову, выжидающе, уставился на меня.

С хитрой усмешкой, неоднократно наблюдаемой у Рикиши, я тоже

начала раздеваться, причем полностью. Было в этом что-то… притягательно-извращенное. Мужчина, находящийся почти полностью в моей власти, лежал на полу в расстегнутой, но не снятой безрукавке и со слегка спущенными штанами, а я буду полностью обнаженная, но без разрешения недоступная ему, даже для прикосновений.

Зато его взгляд, когда он смотрел на меня, сразу убил все мои дурацкие комплексы по поводу того, что я — не эльфийка. Тара такие мелочи не волновали, я ему нравилась. Это чувствовалось, читалось и по глазам, и по излучаемым эмоциям. Приподнявшись и опираясь на локти, муж ждал, застыв как изваяние, позволив себе лишь быстро облизать пересохшие губы.

Наконец, покрасовавшись перед ним, насладившись обожанием и желанием в его глазах, я уселась ему на бедра и сделала несколько скользящих движений вперед и назад. Уже и так возбужденная, я немного потерлась о головку члена, пытающегося приподняться даже под моей тяжестью, и, помогая руками, направила его в себя, почти сразу сжав мышцами. Глядя Тару в глаза, я наклонилась, нависнув над ним и опершись ладонями об его плечи. Муж очень старался не отводить взгляда в сторону, но моя грудь, явно, привлекала его больше, чем мое лицо.

Самоуверенно-довольно улыбнувшись уголками губ (да, у меня был хороший учитель!), я чуть приподнялась бедрами вверх, сжав внутренние мышцы еще сильнее, и потом опустилась вниз… Снова вверх… вниз… Подразнив Тара близостью своей груди, я села поудобнее — откинувшись немного назад, и продолжила ритмично двигаться, то сжимая член внутри меня, то ненадолго давая ему практически выскользнуть. И снова вверх-вниз, вверх-вниз… Медленно, плавно, поглаживая ладонями лежащее подо мной тело, проводя подушечками пальцев по ключицам, легкими прикосновениями рисуя узоры…

И вот теплый приятный огонек внутри начал разгораться, становиться мощным сильным пламенем. Непроизвольно я стала двигаться быстрее, а нежные поглаживания сменились на царапающие скольжения ногтей.

Бхинатар, вцепившись в несчастные подушки, уже перестал себя контролировать и двигал бедрами в такт со мной, облизывая капельки пота над верхней губой так часто, что мне уже самой хотелось прикоснуться и почувствовать этот вкус…

Жар внутри охватил уже всю меня целиком, я чувствовала себя как птица-феникс. Очень-очень возбужденная птица… с затвердевшими набухшими сосками, реагирующими даже на легкое дуновение ветерка, источником которого, судя по чуть вытянутым губам, был мой муж. Да, руками прикоснуться к моей груди он так и не рискнул, но зато догадался использовать магию. И… еще одно такое же пушисто-воздушное прикосновение, как будто перышком по соскам, сначала по левому, потом по правому… А внутри у меня уже не кровь — кипящая лава, обжигающая, раскаленная, готовая выплеснуться наружу и спалить все… Инстинктивно вцепилась в подушки… те же самые, которые столько времени помогали сдерживаться Тару. Наши пальцы переплелись, тело подо мной выгнулось и… Лава, растекающаяся внутри меня, начала собираться в одном месте, внизу живота. Жар становился нестерпимым, я замерла, со всей силы сжимая пальцы Бхинатара. Кровь застучала в висках…

Один оргазм на двоих, осознанный, специально слившийся в единое целое, когда я чувствовала сжимающиеся пульсирующие мышцы на члене и, одновременно, ощущала этот член внутри себя. Практически не отличая, какое тело мое — уже расслабленно уставшее удовлетворенное или еще вздрагивающее от последних всплесков оргазма…

С Рикиши у меня, почему-то, так никогда не получалось — я просто расслаблялась и отдавалась ему, не контролируя, полностью доверяя, сливаясь, становясь его частью… А с Таром мы как будто бы на какой-то момент стали равноправным единым целым. Или… точнее, поделились своими телами друг с другом, подпустили друг друга настолько близко, что даже страшно. Я ведь чувствовала ковер под спиной и свои пальцы, сжимающие его… И…