Эдичка
Шрифт:
Тетушка Эсфирь, старшая сестра матери Фреда, была дамой богатой. Ее покойный муж, похоронных дел мастер, оставил ей большое наследство, и она не уставала повторять родственникам, что они рвань и от нее ничего не получат. Своим наследником она выбрала Фреда, тетушка очень ценила его бизнес, потому что обожала жаркое из поросят. Фред же ее недолюбливал из-за того, что, когда он бывал в ее старом викторианском доме, она его вечно поучала: «Хватит пить, пора жениться, посмотри на себя, в каком ты ужасном виде» – и так далее.
– Мама, ну какие расходы? Только деньги на билеты да на наряды, ну и, конечно,
– Даже не возражай, немедленно едем к Эсфири!
– Но я не могу, у меня свиньи. И закупщик собирался сегодня приехать.
– Вечно ты со своими свиньями, шел бы лучше на пособие. Ладно, съезжу одна.
Мама подошла к морозильнику и достала приличный кусок бекона и половину молочного поросенка.
– А это куда? – удивился Фред.
– Тете Эсфирь в подарок, – сказала мама.
Спустя минуту от мамы и след простыл, а где-то через час позвонила тетя Эсфирь и долго поздравляла племянника.
Далее события развивались быстро. Они втроем полетели в Киев. Мама Фреда и тетушка Эсфирь, сидевшая в инвалидной коляске, представляли собой такое яркое зрелище, что девчонки на таможне в аэропорту Киева буквально покатывались со смеху. Еще бы, дамы были одеты в канареечного цвета велюровые брючные костюмы, а их головы украшали немыслимого фасона шляпы. Гостей встречала Наташа с огромным букетом роз. Увидев старух, она поначалу обалдела, но тут же прикусила язык. Ее собственная родня на селе, куда им предстояло ехать сразу же после свадьбы, чтобы показать суженого, была не лучше.
Свадьба прошла удачно. Невеста была в замечательном платье из белого атласа, расшитого жемчугом и стразами. Жениха, перед тем как женить, привели в порядок, и он выглядел вполне ничего, можно сказать, прилично. А уж старушки, те вообще разоделись в пух и прах, нацепив на себя даже старые, поеденные молью меховые горжетки. Тетя Эсфирь была настолько растрогана, что подарила Наташе старинное ожерелье с аметистами, которое украшало во время свадьбы ее юную шею.
Молодые расписались во Дворце бракосочетания, Марья Ильинична, та самая администраторша с башней на голове, поздравила молодых, после этого место действия перенеслось в ресторан.
На приеме в ресторане гости прилично выпили и стали голосить песни, пожилые англичанки им подпевали, а потом запели свои. Алкоголик дядя Витя читал Шекспира на языке оригинала, но ни Эсфирь, ни мама новобрачного ничего не поняли. Затем все пустились в пляс.
На следующий день мама с тетушкой отбыли к себе в Англию, а молодые поехали в село на смотрины новоиспеченного мужа. Там Фред чуть не лишился жизни, потому как его затолкали париться в баню, а потом окунули в реку. Когда увидели, что он уже еле дышит, стали отпаивать его самогоном, но ему от этого стало еще хуже. Срочно вызвали фельдшера дядю Васю, который был по совместительству ветеринар. Он обругал мужиков и изрек классическое: «Что русскому хорошо, то немцу смерть». Ему стали возражать, что парень вроде не немец, но под строгим взглядом дяди Васи присутствующие заткнулись. Фреда уложили спать, напоив его перед этим отваром из шиповника. Вывод сделали однозначный: мужик Наташке попался хлипкий и она с ним еще наплачется.
Накаркали, словом.
Фред улетел на родину
В аэропорту Хитроу ее встретил муж. Фред для встречи принарядился, но все равно выглядел каким-то поношенным и немытым. Оно и немудрено, ведь Фред с той самой бани мылся всего лишь раз, посчитав, что этого ему хватит надолго. Нет, придя домой из свинарника, перед тем как поехать в аэропорт, он, конечно, окатил себя водой из-под крана, даже чистую рубашку надел, правда неглаженую. После чего и поехал встречать жену на мамином старом «фольксвагене», его собственный джип годился разве что для местных поездок. Тетя Эсфирь выпытывала по телефону перед поездкой, чистое ли на нем исподнее, потому что всегда, перед тем как ехать куда-либо, следует одеваться в чистое, – вдруг, к примеру, ты разобьешься, привезут тебя в морг, а белье-то на тебе грязное, то-то позору не оберешься.
В общем, Фред поехал встречать супругу.
Он и так опаздывал к самолету, а тут еще деревенский дурачок Стив, которому Фред поручил приглядеть за свиньями, все никак не мог вбить себе в голову, когда и чем их кормить. Объяснив ему все с грехом пополам, Фред все-таки сел в машину и, уже отъехав на приличное расстояние, сообразил, что не переобул резиновые сапоги, с которыми практически сжился. Он вернулся домой, радуясь тому, что можно не чистить туфли, он их начистил с вечера, но тут другая засада – куда-то подевались носки. Все это привело к тому, что он здорово опоздал.
Наташа ждала его с грустным видом в зале прибытия. Рядом уже крутился смазливый черномазый субъект и предлагал ей свои услуги. Наташа стала подумывать, а не воспользоваться ли ей этим предложением, но, вспомнив все ужасные истории о том, как девушки попадают в рабство к сутенерам, решила повременить. Тогда-то и появился Фред.
– Милочка! – возопил черномазый тип. – Уж не собираетесь ли вы уехать с этим придурком?! От него за милю воняет свиньями!
– Ну, ты, тихо, – пригрозил ему Фред, – а то недолго и схлопотать!
– Хватит, мальчики, – сказала Наташа на очень плохом английском. – Фред, ну что ты так поздно?
– Дела, – пробормотал Фред. – Любимая, поехали поскорей домой.
Сердце Наташи оттаяло, они пошли из зала к машине. У Наташи был огромный чемодан, он едва умещался на тележке. Во-первых, она взяла запасы одежды, ее подруги в один голос сказали, что англичане носят только старье, магазины там для богатых вроде Абрамовича, а простые люди донашивают все то, что досталось им от родителей. Во-вторых, Наташа положила туда кучу еды – сало, которое очень любила, черный хлеб, водку, селедку, колбасу и много чего еще.
Увидев машину Фреда, Наташа чуть не упала в обморок. Она думала, что все бизнесмены должны ездить хотя бы на «мерседесах», ну на «БМВ» в крайнем случае. Даже киевский грузин Гоги, торговец овощами и фруктами, у которого она работала продавщицей и который безутешно рыдал, когда она выскочила за Фреда, и тот ездил на пятисотом «мерседесе».
– Что это за колымага? – удивленно спросила Наташа.
– Машина мамы, моя в бизнесе, – сказал Фред.
Он смотрел не отрываясь на Наташу и поражался, какая она красивая. Даже ущипнул себя незаметно: уж не снится ли ему все это?