Эдем 21

Манаков Кирилл Янович

— Как-то невежливо молчать, уважаемый, — Георгий взял со стола бумажку, бегло посмотрел на нее и равнодушно бросил обратно.

Сергей уже взял себя в руки и молча отвернулся.

Георгий, видимо спортсмен, чувствующий физическое превосходство, уверенно продолжал:

— Тут все ясно. Ленка уходит, так что, прими, дорогой, это к сведению. И без истерик.

Сергей понял, что он просто хочет вывести его из себя. И ответил очень спокойно.

— У вас все?

Георгий скривил губы в насмешливой усмешке.

— Все. А что еще обсуждать. Оставайся, хозяин.

— Спасибо. И вам удачи, —

вежливо ответил Сергей и погрузился в изучение бумаг.

Но Георгий не собирался так быстро уходить. Очевидно, ему требовалось чувствовать себя победителем:

— А ты здорово ошибся. Такая горячая штучка, — он причмокнул губами, — надо было внимательнее следить. Но ничего, у меня не соскочит, у меня есть такой крючок, — он противно засмеялся

Ну и вкус, оказывается, у Ленки.

— Ничего, пользуйтесь, — спокойно сказал Сергей, — обычно я объедки выбрасываю, но почему бы не помочь убогим?

Похоже, Георгий только этого и ждал. Не сумев утвердить себя в разговоре, ему оставалось только воспользоваться физическим превосходством. Он метнулся к Сергею.

Сергей, конечно, не спортсмен. Но и не рохля. В институте исправно махал ногами в секции карате, правда без впечатляющих спортивных результатов, да и сейчас регулярно потеет на снарядах в модном спортивном центре. Он соскочил с дивана, встал в стойку и спокойно ждал Георгия. Мышечная память не подвела. Сначала встретить ударом ноги под коленную чашечку, потом двойка — правой в голову и левой — по печени. Давай, красавчик, подходи.

Его удары ушли в пустоту. А сам Сергей согнулся пополам, хватая ртом воздух, и неотвратимо приближающийся кулак взорвался в его голове вспышкой боли и россыпью искр. Чертов спортсмен!

— Не надо! — прибежавшая Ленка повисла у Георгия на руках.

— Не волнуйся, любимая, — он презрительно глядел на Сергея, — ты закончила?

Сергей нашел в себе силы подняться и выпрямиться. Стер кровь с губы и улыбнулся.

— У вас все, голубки?

Георгий пошел на него, но был удержан вцепившейся в руку Ленкой.

— Гори, не надо, он же тебя провоцирует, — она с негодованием смотрела на Сергея.

Ну-ну, Гори, значит.

Сергей сел на диван.

— А теперь у вас все, молодые люди?

Они под ручку направились к двери. Ленка напоследок наградила его негодующим взглядом. Георгий задержался.

— Посмотри на досуге, — он достал из внутреннего кармана куртки лазерный диск и бросил на диван рядом с Сергеем, — адье, неудачник.

Захлопнулась входная дверь.

Сергей пощупал живот и поморщился, у этого спортсмена поставленный удар слева. Мыслей не было, голова гудела как колокол и слегка подташнивало.

Он зашел в спальню, взял ноутбук, включил. Дисковод с шипением втянул диск. На экране замелькали неразборчивые картинки…

Обнаженная Ленка извивалась в объятьях Георгия. В глазах — страсть, губы приоткрыты в беззвучном крике. Бог мой, что они вытворяли, и это его такая спокойная Ленка? Сергей захлопнул ноутбук. Несколько минут сидел, закрыв глаза, потом вынул диск, разломил его и швырнул на пол.

Через час он был у Ирины. Она была уже дома и выбежала встречать его прямо из душа, с мокрыми волосами, в коротком халатике. Прижалась, и, поднявшись на цыпочки, поцеловала в губы:

— Ты сегодня пораньше?

— Да, —

Сергей обнял ее.

— Устал?

Он покачал головой.

— Нет, маленькая, все хорошо. Закончил со всеми делами…

Он поднял ее на руки и понес в спальню.

XVIII

Негромкий голос Великого Магистра гулко звучал в пустом зале, отражаясь многократным эхом, усиливающим и обогащавшим его многоголосым звучанием. Виктор Александрович стоял перед ним в почтительной ритуальной позе внимающего мудрости, склонив голову и сложив руки на груди, и внимательно слушал.

Постижение новых знаний было всегда последовательным. На каждом этапе Посвящения, каждый следующий шаг не приносил шокирующих открытий, разрушающих внутренний мир. Предшествующее обучение позволяло проходящему Посвящение догадываться о том, какое именно знание будет раскрыто. Но Зеркало Мира… Его воспринимали, как древнюю легенду, вроде сказок о троллях и эльфах. Дети верят, что они существуют, но, повзрослев, тихонько посмеиваются в усы, вспоминая свою легковерность. Зеркало Мира, источник могущества и знаний, источник силы и веры, сосредоточие власти Ордена. Дети и простолюдины в это охотно верят. Вот только прошедшие Школу и Университет братья Ордена знают, что сила и могущество — в силе и вере каждого брата, железной дисциплине, четкой организации и еще раз — в вере, вере, вере… А никак не в эфемерном куске скалы.

Да только этот кусок скалы стоял в десятке шагов от него. Черная смолянистая плита, отполированная до слюдяного блеска.

Голос Великого Магистра бился в его сознании, каждое слово оставляло ясный след в памяти.

…Когда древние Рыцари-Строители нашли Зеркало Мира, они еще не знали всего могущества этой святыни, оставленной Предтечами. Воин в белом плаще с красным крестом несколькими могучими ударами сломал древние печати, расколол пополам тяжелую дубовую дверь и вошел в древний склеп, держа наготове окровавленный меч. Он и увидел огромное надгробье, прикрытое черной плитой. Бой в древнем храме еще не затих, и он, увидев, что в склепе никого нет, бросился на помощь товарищам, рубящимся в узких коридорах с безумно-отчаянными сарацинами. Внезапно, в самый разгар боя, к нему пришло озарение. Он знал, что сделает его противник в следующий момент, куда он направит удар. Сражаться стало легко, и Рыцарь со смехом бросился вперед, играючи отбиваясь от десятка врагов.

И вдруг он ясно осознал близкую смерть. Явственно представил свое тело, лежащее на каменном полу с головой, насквозь пронзенной стрелой. На мгновение замешкался, оглянулся… И последнее, что он увидел — летящая в лицо длинная сарацинская стрела. Это был первый урок. Зеркало Мира дарит тем, кто подходит к нему, возможности, не достижимые для обычного человека, но полученная сила опьяняет, как молодое вино.

После боя рыцари вошли в склеп и окружили черную плиту. Один из них снял шлем, кольчужные перчатки и подошел к ней. Это был высокий совсем юный воин с белыми волосами, голубыми глазами и маленькой светлой бородкой. Он положил руку на смолистую зеркальную поверхность и, как подкошенный, рухнул на каменный пол. В открытых глазах его застыло безумие. Это был второй урок. Знание убивало неподготовленных.