Э - 5
Шрифт:
— Убью гадину, — пробормотал я, поднимаясь и оставляя бесполезный кусок порезанной ткани. Ничего, спальник я еще найду. А вот что делать с тварью, которой обещал две недели жизни? Ведь явно паучиха оставила для меня ловушку.
Чтобы успокоиться, в штаб я шел нарочито медленно, пропуская мимо толпы бегущих куда-то солдат. Суета. С чего бы, интересно? И откуда столько служивых? Помнится, еще недавно у нас был только мирняк и группы бывших эфэсошников. Может, от СВР перешли? Но, судя по форме и диким взглядам ребят моложе меня, нет. Это скорее срочники, которым повезло оказаться на передовой.
— Слава! —
— Привет. Что происходит? — спросил я, последовав за боксером в просторный офис. Окна были плотно закрыты жалюзи, а на стену в центре помещения из проектора транслировалось изображение, вокруг которого и столпились все присутствующие. Пока не протиснулись — разглядеть, что там, было нереально, но преобладал темно-синий цвет.
— Звено Чайка приближается к БЦ-49, — раздалось из колонок проектора. — Видимость хорошая, сопротивление минимальное. Отмечено скопление противника.
Протиснувшись сквозь толпу, я наконец увидел карту, да не просто карту, а меняющуюся в реальном времени. С задержкой в секунду на ней двигались мелкие точки, очерченные квадратами и подписанные. Мы словно видели останки затонувшего города с высоты в десяток, а то и больше километров. Целый архипелаг островов, разрушенных зданий и уходящих под воду кварталов.
А вокруг этого архипелага — множество обведенных красными кругами объектов, приближающихся со всех сторон. На воде и под водой. Если сильно приглядеться, можно было различить флотилию кораблей, по размеру мало уступающих нескольким слепленным вместе зданиям. А под океанской гладью — огромные косяки черных монструозных существ. Динозавры? Или летающие акулы?
— Чайки на прямой видимости. Контакт. Работаем! — раздалось из динамика, и на месте одного из кораблей вспыхнула красная точка, гигантские волны разошлись в стороны, обрушиваясь на суденышки, и спустя несколько секунд примерно треть флотилии исчезла под водой. Только обломки остались на поверхности. Но самое крупное судно продолжило движение как ни в чем не бывало.
— Второй заход, ФАБы ушли, — раздался взволнованный голос, и на проекции снова расцвели красные точки.
— Ковчег на плаву. Повторяю, ковчег на плаву. Повторите заход, — раздался другой голос, и, присмотревшись, я понял, что самое крупное из судов не просто держится в разбушевавшемся океане, ему словно наплевать на бомбы и поднятые взрывами волны.
— Мы пустые, возвращаемся на базу, — ответил первый голос, и фокус на карте сместился.
Теперь мы наблюдали за гигантской стаей, приближающейся к нам с востока. Птицы? Разглядеть при таком увеличении было невозможно, но летящая тьма блестела сталью и переливалась, словно мелкая рыбешка в свете фонаря. К ним устремилось несколько троек грачей. Белые следы ракет появились на карте одновременно со вспыхнувшими шарами взрывов.
Передняя часть стаи просела, монстры подались в стороны, и следующая партия ракет ушла почти в молоко. Но грачи продолжали утюжить тающую на глазах ораву птиц. Штурмовики с недоступной живым существам скоростью поднимались над противником, и только это спасло их от появившихся зеленых клякс.
— Похоже, эти твари плюются кислотой, — заметил кто-то из вояк, но на
— АГ-пять-сто. Мы все пустые совсем, возвращаемся на базу, — раздался сквозь шумы голос одного из пилотов.
— Понял, ждем вас, — ответил уже знакомый голос диспетчера, а может, командира? Но для нас действо не закончилось. Фокус снова сместился, и я с трудом смог сдержаться от мата. С севера к архипелагу приближалась гигантская армада, по сравнению с которой и флотилия юга и восточные стаи оказались мелочью.
— Лебедь на подлете, — раздался сухой спокойный голос в динамике. — Подтвердите использование ТЯО.
— Даю разрешение на использование боеприпаса. Код передан, дублирую. Кама — полста пятнадцать — Баку — четыре, — сказал другой, чуть с хрипотцой голос. — Подтвердите.
— К5015Б4 код принят, заряд активирован. Да простят нас потомки, — проговорил пилот и отключился. Вытянутый серебристый силуэт пролетел над гигантской флотилией, а затем над ней загорелось крохотное солнце. Карта отключилась, но заработала вновь спустя несколько долгих секунд.
На месте скопления непонятного вида судов поднималось гигантское белое облако, напоминающее белый гриб. Оно заслонило собой обзор, не давая понять, что происходит внизу, но вскоре раздался взволнованный голос пилота.
— Цели не уничтожены. Повторяю, цели не уничтожены! — выругавшись, прокричал он. — Этих тварей словно зонтом накрыло…
— Лебедь, прием! Лебедь, что у вас происходит? — спросил, переходя на крик, офицер, а затем на карте отобразился взрыв, и белый, уходящий за горизонт луч. Мгновение, и такие же захлестнули половину карты, поглощая один самолет за другим.
— Всем судам снизиться до пятисот метров! Повторяю, высота — ноль пять! — тут же заорал диспетчер. Кто-то успел выполнить его указание — но большинство нет. Полосы вскипевшего воздуха уже развеивались ветром, но, судя по карте, за несколько мгновений мы потеряли большую часть авиации.
— Что происходит? — спросил Вячеслав, я узнал его по спокойному голосу и, обернувшись, увидел, что он говорит в рацию.
— Бьют из-за горизонта, дальность — пятьсот-семьсот километров. Бьют по прямой, так что из-за кривизны планеты не могут достать тех, кто держится на высоте меньше километра. Зонд, вероятно, не видят или не считают угрозой, поэтому мы до сих пор на связи, — ответил ему такой же сухой голос откуда-то с той стороны.
— Плакало наше воздушное преимущество, — с горечью донеслось из толпы, и теперь спорить было некому.
— Свяжите меня с генералом Ворониным, — сухо сказал Вячеслав, рация несколько секунд молчала, но затем донесся глухой уставший голос:
— Генерал Воронин на связи.
— Генерал, нам нужно… — начал было магистр, но его резко оборвали.
— Мне плевать, что вам нужно. Вы занимаетесь политикой и выжившими, вот и занимайтесь, — грубо сказал генерал. — Вам была предоставлена оперативная информация для проведения спецоперации и спасения гражданских? Была. А в наши дела не лезьте, я понятно выразился? До свидания.