Джума
Шрифт:
– Вот с твоего "да пошел он" все диктатуры и начинались, - также зло отрезал Иволгин.
Алексей закаменел лицом и холодно осведомился:
– Я могу докладывать... по существу?
С минуту они буравили друг друга взглядами. Наконец, Иволгин махнул рукой:
– Давай, что он там наговорил.
– И, не удержавшись, все-таки поддел Алексея, язвительно добавив: - Надеюсь, он не настолько напуган, чтобы признать себя виновным в несуществующих грехах?
– В убийстве Троцкого Лопатовский, к сожалению, так и не сознался, не остался
– Зато признал себя внебрачным внуком Мата Хари.
– Леша, по существу, - напомнил Иволгин, давая понять, что "разминка" закончилась.
– Есть, товарищ майор!
– отчеканил тот и начал докладывать.
– В двух словах, ситуация следующая: по словам Лопатовского, главная цель, с которой в Белоярске сегодня устроили погромы, ему неизвестна. Листовки напечатаны не в местной типографии, а доставлены в город самолетом из Москвы. Он лично ездил в аэропорт встречать груз.
Накануне, дня за два-три до сегодняшних событий, наш "прохфэссор Мориарти", то есть - Математик, якобы, встречался с доверенным лицом очень серьезных людей. Речь шла о крупной и выгодной сделке. Однако, "всю правду" знают только Математик и Гроссмейстер.
Еще Лопатовский утверждает, что на девятнадцать ноль-ноль намечены штурмы городских управлений внутренних дел и госбезопасности. В детали плана он не посвящен, потому что в его задачу входили организация скрытой агитации среди населения и подготовка почвы для ночных беспорядков. А то, что они будут, он уверен на сто процентов. Говорит, что боевикам деньги платят в долларах.
– Боевики только из местных?
– быстро прореагировал Иволгин.
– В том-то и дело, что, как утверждает Лопатовский, в городе много чужаков. Он их не знает, но, по его словам, ребята натасканные и беспредельщики.
– А, может, специально нас дезинформирует?
– подал голос Костиков. Если в городе появились чужие боевики, то должна же была пройти хоть какая-то информация. Но, по агентурным данным, ничего подобного и в помине не наблюдалось.
– Возможно, прибывали они небольшими группами и всего за несколько часов, - не согласился с ним Приходько.
Майор бросил на него одобрительный взгляд, но хвалить в открытую не стал, вместо этого задумчиво рассуждая вслух:
– Какова же должна быть главная цель, если промежуточная - разгромить не только город, но и управления силовых структур? Цель... цель...
– А почему именно городские управления?
– спохватился Костиков.
– Не обком, не облисполком или городские ветви власти. Почему именно белоярскую милицию и КГБ?
– Им нужны списки агентуры, - попытался объяснить Добровольский.
– Возможно, но не только это, - не согласился майор.
– Должно быть что-то еще, но что это?
– Петр Андреевич, можно ?
– обратился к нему Игорь. Иволгин кивнул и тот высказал совершенно абсурдное предположение: - А что, если Математик, Гроссмейстер и Родионов пришли к взаимовыгодному соглашению?
– Ерунда!
–
– После убийства Горыныча, Немца и Рыси "авторитеты" ни за что не пойдут на сделку с Родионовым. Такие вещи не прощают, какой бы ни была взаимная выгода и какие бы деньги она ни сулила.
– А если выгода и деньги... очень большие?
– не сдавался Игорь.
Иволгин, Добровольский и Костиков непонимающе смотрели на него.
– Золото!
– первым опомнился Саша.
– Молодец, Игорь! В самую тютельку! Они могли пойти на сделку только ради этого золота.
– Не зная, что тронуть его - значит разбудить штамм чумы, безжалостно закончил Иволгин.
Только теперь до всех постепенно начала доходить горькая и страшная истина. Не сговариваясь, они посмотрели на часы. Они показывали ровно восемнадцать ноль-ноль.
– Не успеем... Или успеем?
– с сомнением проговорил майор, обводя взглядом своих "орлов".
– Первое апреля!
– вновь вспомнил Приходько.
– Сегодня часы перевели на час вперед. Сейчас уже девятнадцать!
Сразу же после его слов за окном гулко разорвалась граната и резкий звон разлетающихся оконных стекол потонул в звуках беспорядочной стрельбы. Вскочив, оперативники кинулись из кабинета, на ходу выхватывая оружие.
Как это часто происходит в случае внезапного нападения, по всему Управлению царили хаос и паника. Через выбитые взрывной волной окна временами "посвистывало". Но, слава Богу, серьезно раненых, тем более убитых, вроде не значилось. Были моментально подключены аварийные свет и связь. Дежурный по горотделу, надсадно кашляя от дыма, расползавшегося по коридорам и внутренним помещениям, принимал сообщения и тщетно пытался что-то втолковать абоненту на другом конце провода. Потом с досадой и злостью грохнул трубку на пульт связи.
Невдалеке Иволгин разглядел начальника Управления Сергея Васильевича Завьялова, у которого вся левая сторона лица была в крови. Он поспешил ему навстречу.
– Петр!
– первым обрадованно вскричал Завьялов, узнав подходящего Иволгина.
– Как там твои орелики, все живы?
– Мои-то живы, с тобой что, Сергей?
– Ерунда!
– поморщился тот.
– Осколками стекла посекло.
– Он взял Иволгина под руку и отвел в сторонку.
– Петр, сам видишь какая карусель завертелась. Я связывался с Малышевым, они тоже в полной заднице сидят и бумагу "пользуют". Понял?
– Уничтожают досье?
– уточнил майор.
– Да. Возле "конторы" толпа собралась в несколько тысяч человек, продолжал Завьялов.
– Подогнали кран, хотят демонтировать памятник первому председателю белоярского ЧК Краснинскому. Слишком уж горячие головы требуют выдать досье на агентов. До нас пока эти новые веяния не докатились. Скорее всего, так и продержат взаперти, чтобы мы не смогли помешать линчевать "конторских". Обложили плотно и со всех сторон.
– Вояки уже в городе?