Джон Картер

Берроуз Эдгар Райс

— Откройте восточные ворота! — скомандовал Пью Моджел через громкоговорители утановленные на арене. Ворота мгновенно распахнулись и на землю арены начали одна за одной приземляться птицы — малагоры, подобные той на которой летал Пью Моджел.

После того как птицы приземлились, обезьяны колоной начали заходить на арену и усаживаться на малагоров. После того как они уселись на птицах, по телепатической команде они взвились в воздух, образуя в небе над головой огромное каре. Количество птиц и обезьян было настолько большим, что потребовалось

два часа для того, чтобы они расселись по птицам. Картер обратил внимание, что на спине каждой обезьяны имелось ружье, а птицы сами по себе были также оснащены разнообразным боевым вооружением, включая боеприпасы, маленькие пушки. У каждого летучего взвода были на вооружении пулеметы.

Наконец все было готово и Пью Моджел опустился на землю перед клетками троих пленников.

— Ну что, видели ли вы могучую армию Пью Моджела! — крикнул он. — С ее помощью первым будет завоеван Гелий, а затем и весь Барсум! Он выглядел очень уверено и его кривобокое, уродливое тело гордо восседало на пернатом скакуне.

— Прежде чем рептилии обитающие в поднимающейся под вами воде разорвут вас на клочки, — продолжил он, — у вас будет несколько мгновений для того, чтобы обдумать какая судьба ожидает Гелий в ближайшие сорок восемь часов. Я хотел мирно овладеть вашим городом, однако ваше вмешательство сделало это путь невозможным. Так что вам предстоит медленная и ужасная смерть.

Пью Моджел повернулся к единственной обезьяне оставшейся на арене, ключнику запиравшему клетки.

— Открыть задвижку! — это была единственная команда, которая раздалась из уст Пью Моджела, прежде чем он взвился в небо и занял место во главе своих летучих войск. Вся эта летучая армия направилась на север.

За ними, увитый канатами и поддерживаемый сотней малагоров, полетел синтетический великан Джуг.

Ужасный, оглушающий хохот подобный грому вырвался из глотки великана, когда его тело возносилось в небо.

8. ЯМА С РЕПТИЛИЯМИ

Когда последняя птица из чудовищной армии Пью Моджела скрылась за видневшимся на горизонте кратером, Картер повернулся к Тарсу Таркасу, находившемуся в соседней клетке. Его шепот был настолько тихим, что Дея Торис не могла различить не слова.

— Все эти существа будут представлять для Гелия серьезную опасность, — сказал он. — Прекрасные воздушные силы и пехота Кантоса Кана вынуждены будут отчаянно противостоять этим тысячам обезьян, имеющим человеческий мозг и современное вооружение установленное на спинах этих быстрых небесных птичек.

В ответ Тарс Таркас угрюмо заявил:

— Дело в том, что Кантос Кан и его воздушная армия не находятся сейчас в Гелии и город некому защитить. Я слышал как Пью Моджел передавал хвастался, что ему удалось передать, якобы от твоего имени, фальшивый приказ требовавший немедленно выслать тебе на помощь весь воздушный флот и разведывательные самолеты в район Великих Тунелианских Болот.

— Тунелианские Болота! — воскликнул Джон-Так. — Это же совершенно другое

направление от Гелия, они находятся от города на расстоянии почти в тысячу миль!

Легкий возглас Деи Торис вернул мысли друзей к их ближайшему будущему.

Обезьяна потянула на себя длинный металлический рычаг, установленный на краю ямы. Немедленно раздался шум вырывающихся пузырей и вода под подвешенными клетками начала медленно прибывать.

Охранник развязал канаты удерживающие клетки и опустил каждую из них в яму на уровень чуть ниже уровня земли. Затем он снова закрепил канаты и некоторое время стоял на краю ямы, наблюдая за беспомощными пленниками.

— Что ж, вода поднимается медленно, — пробормотал он. — И у меня есть немного времени, чтобы вздремнуть.

Было нечто жуткое в том, как вырывались эти слова из пасти зверя. Несмотря на то, что словами обезьяны управлял человеческий мозг, их произношение было достаточно смазанным так как мышцы голосовых связок в горле зверя не были приспособлены для нормальной человеческой речи.

Охранник улегся на краю ямы, устало вытянув свое некрасивое и уродливое туловище.

— Ваши предсмертные крики разбудят меня, — пробормотал он, — когда вода заполнит клетки и рептилии вцепятся в ваши ноги. Затем обезьяна развернулась и начала похрапывать.

Именно в тот момент пленники в поднимающейся снизу воде злые, светящиеся глаза, ряды поблескивающих зубов на мордах целой дюжины жадно взирающих на добычу рептилий.

— Довольно изобретательное решение, — заметил Тарс Таркас.

Его лицо как и лицо землянина выражали безупречное спокойствие.

— Когда наши клетки частично опустятся в воду, эти твари вцепят в нас свои клыки и раздерут нас на клочки. И даже если после этого в ком-то из нас будет теплиться жизнь, поднимающаяся вода довершит свое дело окончательно затопив наши клетки!

— Как это ужасно! — воскликнула Дея Торис.

Глаза Джона Картера внимательно следили за кромкой ямы. Из клетки ему была видна лишь одна нога спящей обезьяны. Джон Картер знаком попросил своих друзей сохранять тишину, а затем, ухватившись руками за прутья клетки, он начал раскачивать свое туловище вперед и назад. Если бы ему удалось раскачать клетку.

Вода в это время находилась на уровне десяти футов от их клеток. Казалось прошла целая вечность до того момента когда ему удалось лишь легонько раскачать тяжелую клетку.

А вода уже в девяти футах от клетки и снизу жадно следят за ними отвратительные, холодные глаза и мерцают острые зубы!

Но клетка уже качается сильнее, как бы поддаваясь напору тела землянина.

Восемь футов, семь футов, шесть футов — вода все ближе подступает к клеткам.

Уже хорошо виден десяток извивающихся рептилий в воде под клетками, десять пар жадных, холодных глаз устремленных на жертвы.

А клетка раскачивается все быстрее!

Пять футов, четыре фута! Тарс Таркас и Дея Торис уже ощущают горячее дыхание рептилий.