Джон Картер
Шрифт:
— Итак, Фо Нар, посмотрим, что с кораблем. Почему он не летает?
— Мотор не заводится.
— Я осмотрю корабль, а затем решу, что можно предпринять.
Мы двинулись вниз. И здесь грязь и запустение.
— Сколько времени он не летает?
— Около месяца.
— И ты развел за месяц такую грязь?
— Нет. Так было всегда.
— Кто командовал кораблем? Кем бы он ни был, он не имел права доводить корабль до такого скотского состояния.
— Его уже нельзя наказать.
— Почему?
— В последнем полете он
Я осмотрел пулеметы. Их было восемь. Оружие содержалось в удовлетворительном состоянии. Патронов и бомб — полные отсеки.
Корабль располагал помещениями для двадцати пяти солдат и трех офицеров, имелись большие запасы продовольствия. Если бы я не видел Фор Сана, то не смог бы понять, почему он держит такие запасы на недействующем корабле.
Я сказал Фо Нару, чтобы он возвращался на палубу и, если желает, ложился спать, а сам направился в каюту двара и лег отдохнуть. В прошлую ночь я почти не спал.
Проснулся я уже днем и нашел Фо Нара, который готовил себе завтрак. Я приказал, чтобы он приготовил и для меня. Поев, я пошел взглянуть на двигатель. Невозможно было ходить по палубе и отсекам этого корабля без чувства гадливости — судно напоминало свалку.
Мне всегда нравились барсумские флайеры, за долгие годы службы я почти сроднился с ними. Никто на Марсе не знал флайеры лучше, чем я.
Отыскав инструменты, я стал перебирать двигатель, а Фо Нару приказал привести палубу в порядок. Конечно, для одного человека здесь было работы на месяц, но нужно было хотя бы начать.
Мне недолго пришлось искать причину неисправности двигателя — ею оказалась обычная грязь! Трубопровод был плотно забит и горючее не могло поступать в двигатель.
Я вовсе не удивился. Прекрасная и умная машина, просто она не может служить тупицам и пьяницам.
Во флоте Гелиума ни один офицер не пьет на службе. Да и в отпуске они пьют мало и крайне редко. Сама команда следит за тем, чтобы офицер не распускался и не пил на корабле, ведь жизнь членов экипажа находится в руках командира, и они не хотят доверять ее алкоголику. Нередки случаи, когда пьяного офицера просто скидывали за борт. Никакого наказания за этот поступок не полагалось. Вполне возможно, что и бывший командир "Дусара" оказался за бортом не по своей воле, а по такой же причине.
Весь день я возился с двигателем, чистил, перебирал, смазывал. И наконец ритмичный и четкий шум мотора усладил мой слух. У меня теперь есть корабль. И он полетит. Один человек может управлять кораблем, но не воевать на нем. Где мне взять людей? И не просто людей, а хороших, умелых воинов, желающих драться с Хин Абтелем. Обдумывая эту проблему, я прошел в свою каюту и не сразу узнал ее — Фо Нар неплохо потрудился. Умывшись и переодевшись, я вышел на палубу, чувствуя себя обновленным. Фо Нар вытянулся передо мной и отсалютовал.
— Ты панар, Фо Нар? — спросил я.
— Нет,- после некоторого колебания ответил он.- Я из Джахара. Но теперь
— Ты жил там во время Тул Акстара?
— Да. И из-за него я и стал изгнанником. Я пытался убить его, но меня схватили. Я сумел бежать, но теперь мне не видеть своей родины, пока он жив.
— Ты можешь вернуться. Тул Акстар мертв.
— Откуда ты знаешь?
— Я знаю, кто убил его.
— Увы, но теперь мне не удастся вырваться отсюда.
— Почему?
— Никто, если он не панар, не сможет вырваться из лап Хин Абтеля.
7
— Но это же смешно. Кто помешает нам бежать?
— Если убежим отсюда, нас схватят гатолианцы и прикончат. Когда кончится война, нас отправят прямиком в Панкор, а оттуда не убежишь. Корабли Хин Абтеля не совершают посадок ни в одном из городов, где можно было бы найти убежище, так как у Хин Абтеля повсюду враги. Он нападает на любой город, если уверен, что там его ждет добыча: оттуда он обычно уводит пленников — в основном мужчин. Он захватил меня в плен в Раксаро, где я служил в армии джэддака на пути из Панкора в Гатол.
— Ты хотел бы вернуться в Джахар?
— Конечно. Там моя жена, если она еще жива. Я не видел ее двадцать лет.
— Ты предан Хин Абтелю?
— Нет. А что?
— Я могу довериться тебе. Дело в том, что я один из тех, кто умеет читать чужие мысли. Я кое-что узнал о тебе. Первое: ты все время думаешь обо мне, кто я и можно ли мне верить. Второе: я узнал, что ты ненавидишь панаров. И третье: ты не простой воин. Ты был дваром на службе джэддака Дахора. Ты вспомнил это, когда увидел меня в форме двара.
Фо Нар рассмеялся:
— Все верно. Мне нужно быть более внимательным. К сожалению, мне не удалось проникнуть в твои мысли. Видимо, ты тщательно скрываешь их.
— Никто не может прочесть мои мысли,- сказал я. Марсиане большие мастера читать чужие мысли, но никто из них так никогда и не смог проникнуть в мои.
— Тебе повезло,- сказал Фо Нар.- Но продолжай. Я хочу знать, к чему ты клонишь.
— Во-первых, я исправил двигатель. "Дусар" может летать.
— Прекрасно! Я же говорил, что ты не панар. Они самые тупые люди на свете и умеют только разрушать, созидать они не способны.
— Теперь нам нужны люди. Можем ли мы найти человек двадцать-двадцать пять, которым можно доверять и которые будут храбро сражаться? Люди, которые пойдут на все, лишь бы освободиться от власти Хин Абтеля.
— Я думаю, что найду таких людей.
— Займись ими. Теперь ты — первый падвар "Дусара".
— Ты вернул мне желание жить! — воскликнул Фо Нар.- Я приступлю к поискам немедленно. Но не жди чуда — потребуется время, чтобы подобрать верных людей.
— Передай, чтобы они собрались на корабле незаметно после наступления темноты. А что мы сделаем с часовым возле трапа?