Джон Картер
Шрифт:
Я оглянулся и увидел Джанай и Баб Таба. Правда, они укрывались за щитом орудия, но все равно это было опасно. Они не могли оставаться внизу, когда здесь шел бой. Баб Таб все-таки сбегал вниз и принес винтовки и много патронов.
Мой выстрел, к сожалению, не причинил особого вреда кораблю преследователей. Он даже не замедлил скорость. Теперь патруль стал обходить нас справа с очевидным намерением пойти на абордаж.
И я и они непрерывно вели огонь. Снаряды рвались то тут, то там. Я предупредил Ур-Раджа, чтобы он вел корабль не поворачивась кормой — в этом случае мы не представляли
Гонка продолжалась, хотя Амхор остался далеко позади. Под нами простирались долины, когда-то бывшие дном моря. В этих пустынях теперь жили только дикие племена зеленых кочевников. Патрульный корабль шел одним с нами курсом и большие корабли тоже подтягивались понемногу. Значит, их скорость все же была выше, чем у нас. Патруль прекратил стрельбу и просигналил, чтобы мы сдавались. Вместо ответа Баб Таб и я повернули носовую и кормовую пушки к ним. Они снова открыли огонь, стреляя из всех орудий. Я затащил Джанай за орудийный щит, но Баб Табу не повезло. Он внезапно выпрямился во весь рост и рухнул за борт флайера.
Мне было жаль его не только потому, что наши силы существенно сократились, но потому, что он был верный товарищ и хороший боец. Однако он погиб, а оплакивать его было некогда. Он умер, но он все равно хотел умереть в бою. И тело его теперь лежит там, где он хотел бы лежать — на мягкой перине желтого мха, на дне высохшего моря.
Снаряды ударяли о броню на бортах, об орудийный щит, не нанося нам вреда. Рубка управления тоже была надежно защищена.
Мы были в безопасности под защитой крепкой брони. Но долго ли она выдержит? Все-таки постоянная бомбардировка должна ослабить металл.
Я крикнул Ур-Раджу, чтобы тот поднялся выше. Стреляя сверху, мы могли бы вывести патрульный корабль из строя.
Наш флайер стал подниматься, и вдруг Ур-Радж показал вперед. Я посмотрел, и у меня захватило дух. Высоко в небе к нам приближался большой флот военных кораблей. Я не заметил их раньше, потому что был занят боем с флайером противника.
По количеству и размерам кораблей я понял, что это корабли не из Амхора. Но мы находились много ниже их и поэтому я не мог разглядеть эмблемы, по которым можно было понять, откуда этот флот. Однако это и не важно. В чьи бы руки мы ни попали, хуже, чем в Амхоре, нам не будет. Поэтому я приказал Ур-Раджу держать курс на эти корабли. Вряд ли амхорцы будут стрелять, ведь они могут попасть в один из них. Тогда большие орудия военного флота уничтожат корабли амхорцев в мгновение ока. И действительно, когда мы вышли на нужную позицию, патруль сразу прекратил стрельбу.
Мы быстро приближались к передовому кораблю. Я уже видел воинов, которые свешивались с бортов, глядя на нас. Когда мы подошли совсем близко, Ур-Радж крикнул с радостью:
— Это флот Гелиума!
И тогда я тоже заметил эмблемы на корабле, который был совсем рядом. Сердце мое забилось от радости: Джанай теперь спасена! С корабля нас окликнули, спрашивая, кто мы.
— Ур-Радж из Хастора, падвар флота Гелиума, — ответил я. — И два его друга, бежавшие из плена в Амхоре.
Они
Тем временем амхорский патруль, узнав эмблему флота, быстро развернулся и помчался обратно. Скоро весь флот Амхора повернул обратно в город. Они знали, что Ур-Радж из Гелиума, и боялись возмездия за его пленение.
Джанай, Ур-Радж и я предстали перед командиром корабля.
— Кто вы? — спросил офицер, указывая на нас.
— Я друг Вор Дая, — ответил я, — а эту девушку зовут Джанай. Я преданно служил Джону Картеру, и он будет рад узнать, что я жив и здоров.
— Ты Тор-дур-бар?
— Да, — ответил я. — А разве ты меня знаешь?
— Мы летим в Амхор, чтобы отыскать тебя и Джанай.
— Но как вы узнали, что мы находимся в Амхоре?
— Это просто. Джон Картер вел флот в Морбус. Но, пролетая над Тунолианской топью, мы увидели красного человека, преследуемого дикарями. Их лодки уже догоняли его, когда мы сбросили на них бомбу. Затем мы спустились и взяли человека на борт. Он сказал, что его зовут Ган Хад, что он бежал из Морбуса. И когда Джон Картер стал расспрашивать его о вас, Ган Хад рассказал, что флайер из Амхора захватил тебя и Джанай. Тогда Джон Картер приказал немедленно лететь в Амхор, чтобы освободить вас.
— Да, прибыли вы вовремя, — сказал я. — Джон Картер и Рас Тавас живы?
— Да. Они на борту "Рузаара".
Я всегда гордился тем, что могу сдерживать свои эмоции, но услышав, что Джон Картер и Рас Тавас живы, я чуть не упал в обморок от радости.
Такое со мной случилось впервые в жизни. Кончились долгие месяцы сомнений, неуверенности, тяжких раздумий… Но я взял себя в руки и гордо поднял свою безобразную голову. Джон Картер и Рас Тавас живы. Но существует ли тело Вор Дая? А если существует, то в человеческих ли силах вдохнуть в него жизнь? Мою жизнь!
28. И СНОВА В МОРБУС
Вскоре нас перевели на "Рузаар", где я попал в горячие объятия Джона Картера и Рас Таваса. Когда я рассказал им о своих похождениях, а Ур-Радж заверил их, что в Амхоре нет больше пленников из Гелиума, Джон Картер отдал приказ, и вся армада повернула на Морбус. Рас Тавас был озабочен тем, что случилось в резервуаре номер четыре.
— Это плохо, — сказал он. — Очень плохо. Может, нам не удастся остановить процесс. Будем надеяться, что тело Вор Дая осталось в неприкосновенности.
— О, не говорите так! — вскричала Джанай. — Вор Дай должен быть спасен!
— Мы летим туда именно для этого, — сказал Джон Картер. — И могу тебя заверить, что мы не вернемся без него, если, конечно, тело еще существует.
Я осторожно спросил Джона Картера о здоровье несравненной Деи Торис.
— Благодаря Рас Тавасу она совершенно поправилась. Многие врачи Гелиума лечили ее, но только великий Рас Тавас смог полностью вернуть ей здоровье.
— У вас не было трудностей при возвращении в Гелиум?