Джо 5
Шрифт:
Грузчики, телеги, повар, пара маркитанток, врач. Ну вы понимаете, да? Так-то в Дестаде такого добра выше крыши, но я же не могу просто набрать каких-попало людей, а потом прыгнуть с ними в султанат? Там сразу поймут, что мы не караван, а засланные казачки. Тут нужно было что-то другое… что-то надежное. Продуманное.
Это отняло пару дней.
Я воспользовался Астольфо, заслав его в один из приграничных с султанатом городов, расположенных на пересечении торговых путей. Неся на себе иллюзию израненного воина, перевязанного, но всё равно плохо себя чувствующего,
Там я состряпал иллюзию разбитого каравана с кровавыми трупами мертвых… карлов-охранников и выжившего купца, сидящего со своей охраной на горе товара. Нападавших я тоже представил карлами, причем носящими эмблемы клана Соурбруд. Картина, для понимающего взгляда, складывалась сразу и полностью — один клан подземных жителей отправил караван, договорившись с человеком, а второй клан решил его ограбить. Нечастая, но вполне жизненная история, которую мы усугубили легким флером испаряющегося снадобья, вызывающего повышенное доверие.
Маршрут у меня уже был проложен, так что я не волновался за то, что нанятые мной люди отправят гонцов в город, а оттуда уже явятся любопытствующие, чтобы внимательнее осмотреть место побоища. Так и случилось. Границы султаната Пиджах мы пересекли самым аутентичным способом, тут же взяв курс на город Раваджу, где правил милостью султана его второй сын, затворник и просто хороший парень, Ахриз кар Махнуддиб.
Убедившись, что собаки лают, а караван идёт, я подбодрил скисшую эльфийку, изнывающую от жары и безделья, погрозил пальцем Лилит, пытающейся разозлить своего верблюда, чтобы он её сожрал, наказал своим послушным умным охранницам следить за этими двумя, а затем… провернул внутреннюю часть закрепленной на груди броши. Пространство моргает, сознание переносится, магия случается — и вот он я, у себя дома, в башне, в теле гомункула!
Хорошо, когда тебе возвращают собственное тело. Хорошо, когда беременная богиня, живущая у тебя дома, встречает тебя влюбленным взглядом. Хорошо, что её престарелый сын эмансипировался и ушёл жить в лес…
— Ты хоть представляешь себе, сколько смертных приговоров заработал, так относясь к Эфирноэбаэлю? — осведомилась беременная богиня, воруя у меня виноград. Мы лежали на кровати и смотрели в потолок, пока где-то там моё настоящее тело медитировало на верблюжьем горбу, заботливо охраняемое суккубами.
— Вообще об этом не думаю, — честно ответил я, тоже поглощая крупные сладкие ягоды, — Как будто я не вижу, что такое отношение старику куда приятнее, чем любое другое.
— Жуткий ты Святой, — меня поцеловали липкими губами, причем с серьезным видом, — Убедить нас работать вместе с богом безумия… Если бы Дахирим появился в этом мире, я бы атаковала его, не раздумывая!
— Я просто работаю над тем, чтобы все были довольны и радостны. И прекратили нагружать меня разной фигней, — подумав, признался я, — Мне хочется мирно
— Врешь! — поставили мне диагноз, — Я уверена, что если оставить тебя в покое хотя бы на год, то ты от скуки устроишь что-нибудь ужасное! Вторжение демонов, например.
— Я его уже устроил, — неудачная фраза вынуждает Лючию выпучить глаза и плюнуть в меня виноградиной, но это даже заслуженно, — Суккубы же.
— Ах да, ты это уже устроил… — немного успокоившаяся и закончившая меня шуточно лупить подушкой богиня откидывается на белую простынь, — Ну, ты можешь устроить войну с волшебным миром, основать новую империю или даже религию, нарушить баланс… нет уж, дорогой мой! Ты под вечным приглядом, понял?!
— Не везет мне в смерти, — пожаловался я пространству, — Не везет в любви… Никто мне не доверяет!
Окончание жалобы заставило девушку зайтись в захлебывающемся хохоте. Это было даже обидно. Неужели я, честный, благородный и скромный, не вызываю доверия? Игорь, почему у тебя щупальца так подозрительно корчатся, эй?! И глаз зажмурен?! Ты должен быть на моей стороне!
— Ладно, я в гости к Саломее, — внезапно подскочила с кровати блондинка, — А ты иди, убивай своего дракона. Только недолго, понял? Я скучать буду.
— Возьми с собой Шайна-младшего, — посоветовал я ей, вставая и сам, — Развлечетесь чревовещанием.
Дела… дела. Один Джо отправился в поход, теперь предстоит другому. А как иначе? Наш Розвуальд сидит в горах, там высоко, холодно. Астольфо ни в жизни не доберется, если отправится сам. Из него скалолаз, как из меня… ай, да из меня кто угодно получится. Кроме борца сумо.
— Ты взял с собой кота? — удивился снаряженный и полностью готовый к походу юноша, пришедший в телепортационный зал моей башни.
— Он спорил с Шайном-младшим, — хмыкнул я, пихая головой лежащее у меня на плече безучастное животное, — И проиграл. Обиделся, раскопал свою заначку с когнитусом и обожрался зелья. Теперь это очень умный кот, друг мой. Такой нам пригодится.
— Умный бы с нами не пошёл, — совершенно логично заметил сын барона, подозрительно прищуриваясь, — Там горы, там холодно и неуютно.
— Разумеется. Но я знал об этой заначке и долил в бутылки сонного зелья.
— Ты… очень нехороший человек, учитель.
— Отпусти эту мысль до тех пор, пока не разберемся с Карсом Третьим.
— А… потом?
— Потом она тебе пригодится.
Снова путь-дорога, но на этот раз куда легче. Пусть тело гомункула и было куда беднее на магию, чем моё оригинальное, трясущееся сейчас в пустыне, но уж на мелкие бытовые заклинания его хватало. Выйдя из башни, располагавшейся неподалеку от нужных нам гор, носящих какое-то зубодробительное название, мы обрызгались с ног до головы составом, отбивающим вообще всякие запахи, а затем поскакали двадцатиметровыми прыжками в нужном направлении. У Астольфо, конечно, получилось не сразу, но парень с собой тащил солидное трехметровое копье в чехле, которым и насобачился поправлять свою траекторию полёта.