Джинния против!
Шрифт:
Мы все скорбно склонили головы.
– Как говорили мудрые, даже если вас проглотили – всегда есть два выхода! – весело произнес сзади до слез знакомый голос.
– Симурх! – Я взвизгнула от радости, оборачиваясь и хлопая в ладоши.
– Да, смотрите и удивляйтесь, я прилетел за вами! – Собакоголовый улыбался во всю пасть, порхая вокруг нас, как самая уродливая бабочка. – Помните, вы спрашивали, как я перенесся к Черному Ирему? Так же, как путешествовал всю свою жизнь. Уж конечно не на своих крыльях, детки. Никому не раскрывал я этого, боясь, что его у меня украдут, стукнув по башке, когда я буду спать.
– Что украдут?
– Мой
– Не верю, хотя у меня были сумки-порталы, и не одна, я через год могла найти там потерянные ключи. А однажды нашла вилку, которую туда не клала и вообще в первый раз видела, у нас дома другие. Женские сумки – порталы, это точно, но для мелких предметов. Но ни разу еще не видела, чтобы через сумку прошел…
Увы, меня никто не слушал, все переключились на Симурха.
– И как твой вещмешок перенесет нас домой? – скептично, но с оттенком надежды в голосе поинтересовался Миша.
– Кому и Ирем – дом родной, – подмигнул наш обаятельный монстр. – Не бойтесь, Белый, естественно. Дальше сами доберетесь.
Но никто не решался лезть в мешок первым, все боялись, что это розыгрыш, от Симурха этого можно ожидать, а потом будет ухохатываться на глазах у всех.
– Не верите? Или ждете более комфортных условий? Демонстрирую, как я к вам сюда попал, недоверчивые привереды.
Он сунулся и исчез в вещмешке вместе с задними лапами, а мешок, сначала приняв его объемы, вдруг осел, сейчас он явно был пуст. Через секунду мешок снова округлился и из него вылез наш пернато-мохнатый друг и спаситель.
– Но как ты нас нашел? – спросила Акиса, жадно хватая такой полезный мешочек.
– Какая вам разница? Гулял мимо. Ваше дело до конца жизни молить за меня богов. Ну так что, поехали, а?
Не удержавшись, я обняла его за шею и чмокнула в нос.
– Потише, цыпочка, – осадил он меня, отталкивая лапой, но завилявший хвост говорил сам за себя. – Да, и тому, кто не пролезет в него, придется остаться тут навечно. Так кто первый на очереди?
Через мешок по очереди прошли все. Вот когда понимаешь, что идеальная фигура может спасти тебе жизнь. Акиса со своими пухлыми плечами и объемом бедер не меньше ста сантиметров пролезла с немалым трудом. Пришлось стягивать с нее мешок, который начал расползаться по швам, что совсем не понравилось дорожившему своим имуществом Симурху. Но наша хитрюга легко уменьшила себя до размеров кукольной Барби и, важничая, впорхнула в портал, когда птицепес уже готов был оставить ее у шумеров.
Переход был практически незаметным и вполне комфортным. А может, я просто привыкла к чудесам. Поэтусторонняя (в отличие от потусторонней Руб-эль-Хали, где находился Черный Ирем) пустыня Руб-эль-Хали и стены Белого Ирема казались почти родными. Несмотря на то что и это еще был не реальный мир, для нас с Мишей он показался родиной предков и местом, где мы провели лучшую часть детства. Вернувшись через древний курган в наш мир, мы на крыльях джиннии (образно выражаясь) долетели до дома.
Акиса, горевавшая, что не удалось освободить Яман-бабу, не Могла больше ни о чем думать и опять несостыковала время. Как вы помните, мы ушли поздно вечером, а вот явились в то же время, но через
Хорошо еще дочь джиннов мановением руки привела наши одежды в порядок, правда, они стали подозрительно новыми, но это лучше, чем являться перемазанной всем подряд, в трех платьях, а Мише вообще в набедренной повязочке…
Мой любимый, проводив нас до двери, сдал меня с рук на руки моей бабуле и пошел к себе, показаться родителям. Думаю, ему надо пару дней отдохнуть после треволнений черноиремского и шумерского пленов. Бабушка на мое слабое: «Ой, мы не очень надолго задержались?» – суровым молчанием протянула мне какую-то открытку. Прочитав на моем лице недоумение, она сердито буркнула:
– Не буду спрашивать, где вы шлялись, чтобы не расстраиваться, слушая твое вранье!
Это меня немного успокоило, да, не надо расспросов.
– Пригласительный на встречу выпускников школы? – фыркнула я, прочитав. – Очень надо. Я эту школу терпеть не могла.
– Правда? А ведь вставала почему-то в шесть утра и шла туда к семи, хотя уроки у тебя были с полдевятого, – справедливо заметила бабушка.
Было такое, не спорю. Но лишь затем, чтобы позавтракать бесплатно. Странно, что у меня остался страх перед принудительно-исправительным заведением под названием «общеобразовательная школа» даже после того, как я видела стены из шоготов, извечный мрак Черного Ирема и населяющих его чудовищ с комплексом забытых народом рок-звезд…
Бабушка ушла к себе досматривать сериал, даже не сказав, что в холодильнике есть вчерашняя овсянка, если мы захотим есть, похоже, обиделась всерьез. А я поставила на зарядку сотовый, и через минуту запиликали входящие эсэмэски.
– Это Оксана, дополнение к приглашению, встреча будет в «Карфагене». Сто лет ее не видела, то есть два года, – сказала я специально для приподнятой брови Акисы.
Озабоченная судьбой Яман-бабы, она на этот раз не поняла обиходной фразы. У нее от тяжелых мыслей об участи возлюбленного даже складка между бровей обозначилась. Бедная, как же ей помочь? Но, видя, что ее взгляд неожиданно стал заинтересованным, я стала читать дальше:
– Вова Денискин придет. Он теперь живет в Москве, приехал специально на встречу с одноклассниками. Я была в него влюблена, вернее, в его интеллект, внешне он не особый красавец.
– Ты пойдешь?
– Нет, нам надо сейчас думать о том, как спасти твоего любимого, а не на вечеринки ходить, тем более что я не горю желанием никого видеть из того состава, даже Денискина, ведь у меня уже есть Миша… – Я прикусила язык и виновато посмотрела на подругу. – А у тебя просто вынужденный период временного одиночества. Уверена, что Яман-баба жив и здоров, только отощал, наверное…
– Кто знает, что с ним могли успеть сделать там? – неожиданно всхлипнула Акиса.
– Да, может, он уже в желудке чудовища типа Тиамат, а может, и у самого Лавкрафта. Кто знает, чье мясо он теперь предпочита… упс! Ой, прости, пожалуйста! Конечно нет, скорей всего они его только немножко накажут, как у них там положено, и заста… то есть оставят служить себе дальше, – язык не повернулся сказать «отпустят». – Такими людьми не разбрасываются, ведь он профессионал высшего класса, состоит, наверное, сейчас в личном эскорте правителя Черного Ирема, я имею в виду в охране, и уже и не помнит те времена, когда сидел в клетке в ожидании кровавой казни, когда его собирались… э… мм…