Джин 2.0
Шрифт:
Я знал этого генерала. Он был моим командиром дивизии. Рассматривая его бульдожье лицо, я словно вновь оказался в далеком космосе. Меня вдруг охватила тоска. Там, на базе, так и должно было быть. Генерал с красной мордой, грубые солдаты, мой сосед в форме. Там, но не здесь, где я родился и провел детство с матерью. Теперь мой город станет очередной военной базой.
И я горько осознал, что виноват в этом
Вернувшись домой, я попробовал вызвать Джинна. Но он не явился. Это случилось впервые. Я вызывал его вновь и вновь, но кувшин на мониторе оставался тусклым.
На улице, со стороны ратуши, завыла сирена.
Ожидая худшего, я включил новости.
Объявлена война!
"Это справедливая война!
– исступленно кричал диктор.
– Мы первыми нанесем удар по подлым чужакам!"
Итак, это случилось. Джинн развязал войну. Я вспомнил судьбу планеты Караван - и решился. Я не мог допустить гибели моего дома. Я твердо знал, что у каждой программы ЭТО есть. Должно быть и у ДЖ-Ина. И я нашел:
"УДАЛЕНИЕ ПРОГРАММЫ ДЖ-Ин 2.0"
Словно почувствовав, космический пришелец из бездны виртуальности мгновенно вернулся в мой маленький компьютер и стал появляться на мониторе. Я нажал удаление.
Ничего не произошло. У Джинна удивленно округлились глаза.
– Что ты....
Но тут на экране высветилось:
"ПРОГРАММА БУДЕТ УДАЛЕНА НАВСЕГДА!"
"ДА" "НЕТ"
Я быстро тиснул "Да" - и кувшин исчез!
С облегчением вздохнув, я достал из компьютера диск, принесший войну в мой мир, и бросил его в мусорную корзину.
Из принтера плавно выплыла бумага. Она оказалась повесткой на призывной пункт. Пока я ее читал, за окном загудело. Это тяжелые истребители поднимались в воздух. Что ж, остановить войну я был не в силах и исправить ничего не мог. Оставалось только исполнить свой долг. Завтра, я решил твердо, покину Землю навсегда.
На следующий день, собрав вещи, я уже хотел отключить компьютер, как вдруг экран сам по себе засветился. На мгновение мне стало страшно, что это явился чудом уцелевший Джинн. Но это было сообщение из службы амнистии. Не понимая, почему оттуда, я принял сообщение. На экране появилось лицо пожилой женщины. Изображение сопровождалось короткой справкой о досрочном освобождении. Этой женщиной была моя мать.
Я бросился к мусорному ведру.
"ДИСК НЕ НАЙДЕН! ВСТАВЬТЕ ДИСК!"
Я жал на клавиатуру до боли в пальцах, но надпись не менялась.
В принтере зашуршала бумага. Я глянул в нее, но смысл содержания до меня дошел не сразу. Бумага сообщала, что мобилизация отменена, и мне приносили извинения за беспокойство.
Я запросил новости. По всем каналам транслировали зал Парламента. Крупным планом показали угрюмые и растерянные лица вчерашних министров. У одного был сорван генеральский пагон. Я узнал своего генерала с рекламного щита. Он, как и другие, не понимали, что происходит. То же читалось и на лицах журналистов. Один из них неуверенным голосом, словно ученик неподготовленный к уроку, вел репортаж:
"Партия военных объявлена вне закона и свергнута. Обнаружены неопровержимые доказательства фальсификации выборов. Их результаты аннулированы. Кардиналы вернулись на свои посты. Южные соседи приняли наши извинения о преступном объявлении им войны и согласны считать это недоразумением..."
Я был в отчаянии. Изменить ничего уже было нельзя. Джинн помог мне, а я убил его!
Прозвучал сигнал домофона. Погруженный в свои мысли, я, не особо интересуясь, кто мог меня навестить, открыл дверь. На пороге стояла та самая девушка. Кристина. Она стеснительно смотрела на меня. Я ей улыбнулся. Ведь было ясно, что передо мной не просто девушка. Она МОЯ девушка, даже если об этом еще и не подозревает. Ведь Джинн никогда не ошибался!
– Мне...меня попросили передать...
– сбившись, Кристина просто протянула мне плоскую прозрачную коробочку. Я бережно взял. Внутри был диск. На нем аккуратным женским почерком было написано "Джинн версия 2.1". Я восхитился своим Джинном. Он все предусмотрел!
Я вновь улыбнулся Кристине. На этот раз и она мне в ответ. Чему улыбалась девушка, я не знаю. Знаю, чему улыбался я. Потому что, наконец, у меня стало все хорошо. А если вдруг станет плохо - обязательно появится джинн и поможет! А как же иначе?