Джейтест
Шрифт:
— Время... — Это слово будто отравило вселившийся в Тома дух Стрелка. — Это время никогда не настанет. Я не для того связался с Хозяином Пещер, чтобы подарить Большой земле спасение от Превращения. Им... Всем им предстоит это. Пройти эту стадию.Стать коконами. Я не затем вернул тех, о ком ты просил, чтобы так дешево купиться.
— Кого? — вдруг резко и неожиданно вмешался в этот странный диалог Кайл. — Кого тех? Кого вернул ты?
—
— Нашлись. — Кайл не глядя протянул руку и подхватил сброшенный Павлом чехол-сверток. — Но он обманул тебя. Они... Они оказались заражены. В них поселился кокон. Они принесли его в Мир.
— Значит... — Павел с ненавистью глядел в глаза Демона, воплотившегося в Томе. — Значит, ты уже начал эту свою войну? Еще тогда?Не дожидаясь, пока Хозяин найдет путь к исцелению в этих своих царствах? Значит, ты обманул меня?!!
— Н-не было обмана.
Демона корежило. Он силился сбросить личину Тома, воплотиться в себя.
— Это Джей. Это Джей начал войну. Эт-то он обманывает вас. Он всегда обманывает. Он сделал меня.
Судорога прошла по покрытому крупным бисером пота лицу Тома. И смысл на миг вернулся в его взгляд. Теперь он — Том Роббинс — сбрасывал с себя ненавистную маску, словно из трясины, пытался вырваться из черного омута души Стрелка. Цинь вдруг быстрым, легким движением наклонилась к нему, руками охватила искаженное лицо, сжала его.
— Это Джей... — повторил Том. Уже своим голосом.
— П-павел, — торопливо заговорил он, глядя куда-то сквозь Сухова, сосредоточиваясь на чем-то, чего не видел никто, кроме него. — Запомни и скажи. Первое, что ты ему должен сказать... Поль Танниел — простое имя. Истинное. С-смешно, я должен был знать его. Он проходил по куче дел. Киллер. Его знали, но никто ничего не мог доказать. Удалось посадить — давно. Но по смешной статье. Неосторожное обращение с оружием. Случайный выстрел — Случайный Стрелок. Поль Танниел — с-скажи ему! С-сразу...
Пока он произносил это, взгляд его мутнел, зрачки сходились в точки. Спазм перехватил его дыхание, и руки Цинь отлетели от его висков, словно отброшенные ударом невидимой силы. Он наклонился вперед, стал на колени, руки его вцепились в шею, царапая кожу, разрывая ворот. С губ его срывались путаные, ломаные слова. Стали хрипом.
Кайл отступил на шаг, почему-то ему показалось, что надо подальше, как можно дальше убрать сейчас тот странный сверток, который принес с собой Павел и сейчас сжимал в руке он сам.
И оказался прав. Словно намагниченный,
— Н-нет... — Это снова Демон хрипел устами Тома. — Н-нет. Не успеваю... Ночь идет. Не надо... А ты, — он стал поворачиваться к Сухову. — Т-ты м-молчи!..
— Поль, — словно гвоздь вбил Павел, — Поль Танниел, мне незачем молчать. — Теперь мы в расчете. Я ухожу. Прощай.
Он поднялся.
Но странное творилось вокруг.
Столб разреженной тьмы, нависший над Мертвым Местом, стал изменяться, вытягиваться, концентрируясь в черную, мерцающую струю смерча. Теперь его видели все — этот вихрь, бродящий вокруг, вихрь, перестающий быть вихрем, сжимающийся в сотканную из дыхания дьявола фигуру. В монстра. В чудовищную пародию на человека. В Демона.
И над плато прозвучал его голос.
— Тебе не уйти от меня, Павел, — сказал он. — Теперь ты мой хозяин. Я — это ты.
Демон шел к ним по сожженной земле плато, и пепел Мертвого Места хрустел у него под ногами. Теперь он не был призрачной тьмой. Теперь он был камнем. Ожившей статуей из черного обсидиана. Творением Безумного Бога Джея.
Пятеро стоявших посреди плато людей словно завороженные смотрели на него, и только Цинь склонилась над седьмым — рухнувшим ничком в мертвый прах Томом. Казалось, ей не было дела до происходящего. Подняв Тома, она сосредоточенно колдовала над ним, творя странную смесь из приемов оказания скорой помощи, навыков врачевания старых времен и древней магии.
И глаза Тома открылись.
Стали осмысленными. Он зашелся глубоким вздохом, превратившимся в кашель, скорчился, сотрясаемый спазмами рвоты.
— Больно... — тихо сказала Цинь. — Тебе очень больно. Прости.
Теперь Демон подошел к ним вплотную. Остановился в шаге перед Суховым. Он был не так уж огромен — на две головы, не более, выше его.
— Нам о многом надо договориться, — сказал он.
— Это и есть Стрелок? — спросил Кайл.
Сухов молча покачал головой.
— Нет, — не спуская глаз с черной фигуры, бросил Колдун. — Это — Демон. А то, что осталось от Стрелка, от его первоначального воплощения, мы найдем где-то рядом.
— Почему ты не уходишь? — спросил Сухов.
— Это не ты сделал меня своим пленником. — Голос Демона был ровен и гулок. — Это Джей приставил меня к тебе Сделал тобой. И только он может освободить меня. И служить тебе я буду за плату. Ты, наверное, догадываешься — за какую.