Джемайма
Шрифт:
— А нам с тобой можно? — один из них приложил к сердцу ладонь, показывая, что влюблен в меня.
— Извини, — отвечаю я. — Места хватит только для меня и моих покупок!
— Мы любим тебя! — хором кричат они.
Я выжимаю сцепление и уношусь прочь. Чтобы доказать свою любовь с первого взгляда, они пытаются следовать за мной, но не так уж легко угнаться за «Порше»! И через несколько секунд они исчезают из виду.
— При-ивет, — произносит симпатичный парень, переходящий улицу на светофоре. — Вот за это я и люблю Лос-Анджелес. Красивая одинокая блондинка за рулем
— Почему вы решили, что одинокая?
— Мечтать не запрещено!
Одариваю его ослепительной улыбкой и срываю с места, останавливаюсь около первого попавшего супермаркета, паркуюсь и беру тележку. На мне облегающая футболочка, леггинсы и кроссовки «Рибок», солнечные очки придерживают челку, волосы
зачесаны в гладкий конский хвост. С удовольствием замечаю, что как две капли воды похожа на любую другую модную, молоденькую домохозяйку из Сан-Моники, которая совершает еженедельный поход по магазинам. Единственное отличие — я хожу по супермаркету, широко раскрыв рот и качая головой от изумления.
Впервые вижу такое несметное количество продуктов с низким содержанием жира, без содержания жира, без содержания холестерина. Обезжиренные рогалики, карамельные пироги с рисовым попкорном, лимонное печенье с низким содержанием холестерина, имбирные пирожные с низким содержанием жира, обезжиренное шоколадное печенье с начинкой из шоколадного крема без содержания холестерина. Список можно продолжать до бесконечности, и, хотя я уже давно распрощалась со своим болезненным пристрастием к еде, мне приходится призвать всю силу воли, чтобы не набить тележку до отказа.
— Извините, — я слышу за своей спиной приятный мужской голос и оборачиваюсь, подняв бровь.
— Вы не поделитесь вашим фирменным рецептом приготовления цуккини?
Вот это да! Не могу поверить своим ушам. Я, конечно, слышала, что иногда мужчины знакомятся в супермаркетах, но чтобы это случилось со мной! Хотя, может, он не пытается флиртовать, может, его на самом деле интересует мой фирменный рецепт приготовления цуккини.
— Я люблю цуккини на пару или по-итальянски: обвалять в яйце и муке и обжарить. — Вы англичанка! — произносит он и расслабляется. — Откуда вы приехали?
— Из Лондона.
— Добро пожаловать в Лос-Анджелес. А вы не хотите сами показать мне, как готовить цуккини? — он поднимает бровь.
— С удовольствием. — Ничего себе! — Но, боюсь моему приятелю это не понравится.
— О, извините, — отвечает он. — Так и знал, что у такой красавицы обязательно окажется приятель.
Пожимаю плечами и дальше качу тележку. Выбираю продукты часа полтора: во-первых, потому что отделы тут расположены совсем не так, как в моем родном «Сейнсбери», и, во-вторых, потому что у меня глаза разбегаются.
Наконец я закончила и загрузила покупки в машину. На минуту останавливаюсь и снова удивляюсь: насколько же американцы прямолинейны. Да здесь ничего не стоит познакомиться с мужчиной! Для Софи и Лизы это был бы настоящий праздник. Может, позвонить им и пригласить сюда? Хотя, наверное, это не самая удачная мысль.
Глава 21
Джемайме,
Такое случается нечасто. Появляется новый телеведущий, и вскоре уже его имя мелькает во всех газетах. Его обожают в каждом доме, карьера делает стремительный скачок. И вот уже он не может спокойно выйти из дома: отовсюду смотрят рекламные плакаты с его собственным изображением.
Именно это произошло с Беном Уильямсом. Уже в первые дни своего пребывания в программе «Вечерний Лондон» он ощутил всю прелесть работы на телевидении, не только потому, что стал зарабатывать на порядок больше, но и потому, что уже спустя пару выпусков его начали узнавать.
Впервые у него попросили автограф в супермаркете. Он прекрасно провел день, но сильно устал, и все, чего ему хотелось, — поскорее добраться до дома, расслабиться и выпить холодного пива.
Проходя мимо полок с продуктами и думая о чем-то, он вдруг почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Сначала ему показалось, что он сходит с ума, что чутье его обманывает, он несколько раз обернулся и никого не обнаружил. Но в конце концов заметил двух женщин, стоящих чуть в отдалении и пристально смотрящих на него. Они шептались, прикрывая рты ладонями.
— Говорю тебе, это он! — произнесла одна из женщин, а другая подтолкнула ее в направлении Бена.
Он понятия не имел, как себя вести, поэтому решил не обращать внимания и продолжать заниматься своим делом. Но не тут-то было.
— Извините, — он обернулся и увидел невзрачную домохозяйку лет сорока. — Вы случайно не тот парень с телевидения?
— Не знаю, — ответил Бен, совершенно сбитый с толку. — Какой парень?
— Я так и знала, что это вы! Я узнала ваш голос. Вы новый ведущий «Вечернего Лондона»!
Бен слегка покраснел. Ему захотелось понизить голос, чтобы никто не слышал, но одновременно хотелось закричать, чтобы услышали все.
— Да, — пробормотал он с неотразимой улыбкой застенчивого мальчика, которая вскоре закрепит за ним статус сердцееда.
— Мы с подругой обожаем вашу передачу! — выпалила она и начала копаться в сумке. Наконец и влекла ручку и рваный клочок бумаги. — Мы смотрим вас каждый вечер. Правда, Джин? — она повернулась к подруге, которая никак не могла набраться храбрости и подойти поближе. — Можно автограф? Она протянула ему ручку и клочок бумаги. Бен в растерянности уставился на нее, не в силах сдвинуться с места. Женщина подвинулась ближе и сказала: — Меня зовут Шейла. Просто напишите: «Для Шейлы, с любовью», — она замялась, пытаясь вспомнить его имя. — От Тома? — неуверенно спросила она, и с Беном чуть не случилась нервная истерика.