Джемайма
Шрифт:
Джемайма целый день надеется, что Бен хотя бы посмотрит в ее сторону. Заслышав шаги, она оборачивается, но, кажется, сегодня его вообще нет в офисе. И она целый день звонит по телефону. Выясняет, как быстрее сохнет лак для ногтей (нужно опустить ногти в миску с ледяной водой), как сохранить листовой салат свежим (положить салат в миску с ледяной водой, добавить ломтик лимона и поставить в холодильник) и как лучше хранить консервы (на пластиковых полках по 5.99 фунтов). Джемайма умирает от скуки. Ей скучно, она толстая и несчастная. Не самое лучшее
Поэтому она вздыхает с облегчением, когда раздается звонок по внутреннему телефону.
— Это я, — говорит Джеральдина. Я и так догадалась: ее телефон определился. — Хочешь, сходим в столовую и выпьем чаю?
Все, что угодно, лишь бы отвлечься от занудной работы, от мысли, что Бену я не нужна. Разумеется, я хочу чашку чая, хочу встать из-за этого стола, уйти из этого жалкого офиса.
— Ты похудела? — говорит Джеральдина вместо приветствия. Она стоит рядом с автоматом для горячей воды и наливает кипяток в два пластиковых стаканчика с чайными пакетиками.
Впервые за весь день я приободряюсь. Не знаю, за последние несколько недель я ни разу не взвешивалась, даже и не думала вставать на весы, потому что наконец-то в моей жизни появились какие-то развлечения. Я открыла для себя Интернет и нашла настоящих друзей в лице Джеральдины и Бена, но я не подозревала, что похудела, пока Джеральдина не заметила. Хотя, если подумать, я совсем мало ела, и, кажется, одежда на мне уже чуть-чуть висит.
— На лицо ты точно похудела, — заявляет Джеральдина, берет стаканчики и направляется к столику.
Джемайма готова расцеловать Джеральдину, потому что та оказалась права — она действительно похудела. На две недели она забыла о лишних килограммах и, когда она перестала думать о них, волноваться и мучиться комплексом вины из-за переедания, вдруг начала худеть.
Только прошлым вечером, когда Джемайма лежала на кровати и чувствовала себя толстой и несчастной, ей безумно захотелось есть. Собравшись с духом, она позвонила в ближайшую доставку пиццы и заказала большую — нет, огромную — пиццу, чесночные хлебцы и коулслоу. Джемайма открыла дверь и притворилась, что у нее куча гостей, для правдоподобия она заказала еще четыре банки диетической колы.
Но сегодня уже другой день. Может, она и набрала пару фунтов из-за вчерашнего обжорства — а Джемайма вполне может потолстеть на два и даже три фунта всего за одну ночь. Но результат последних двух недель налицо — она похудела.
Мы садимся за столик. Джеральдина вздыхает и проводит рукой по волосам.
— Все в порядке? — спрашиваю я, хотя очевидно, что у нее какие-то проблемы.
— Это все Дмитрий, — отвечает Джеральдина. — Он действует мне на нервы. Не понимаю, что между нами происходит.
Зато я знаю, что происходит. Для Джеральдины это обычное дело, судя по всему, Дмитрий влюбился в нее по уши, и это отпугивает ее. Бедный Дмитрий. Скоро он поймет, что она вовсе
— Не понимаешь?
— Не знаю, — вздыхает она. — Просто он все время… рядом.
— Но разве так не должно быть? Ради бога, Джеральдина, разве не об этом мечтает каждая женщина?
— Наверное, — она пожимает плечами. — Но мне это начинает надоедать.
Если вам интересно, могу рассказать, что случится потом. Джеральдина будет отдаляться, все сильнее охладевать, но Дмитрия это только раззадорит. В конце концов он, скорее всего, сделает ей предложение, она откажется — к тому времени ей будет тошно даже смотреть на него. Но, разумеется, кольцо не вернет, все кольца себе оставляет.
— Может, нужно подождать и посмотреть, что произойдет?
— Может, мне нужен другой мужчина?
Нет! О боже, только не это! Вдруг она захочет встречаться с Беном? Я не переживу! Я и так чуть не умерла, когда увидела его с той девушкой, но красивая незнакомка — это одно, а Бен и Джеральдина — сосем другое. Это меня убьет. Надо срочно спросить, что она думает.
— С кем, например?
— Не знаю, — тянет Джеральдина. — Но я уверена, стоит мне пойти куда-нибудь с подружкой, я тут же с кем-нибудь познакомлюсь.
Откуда у нее такая уверенность? Наверное, потому что она такая красивая. Другие женщины боятся порвать унизительные отношения, потому что не хотят остаться в одиночестве. Нет ничего хуже.
Но Джеральдине этого не понять. Она всегда двигалась вперед и вверх. Ну, может, иногда — в сторону.
— А как же Бен? — я так стараюсь придать своему голосу безразличное выражение, что получается как раз наоборот. — Ты ему нравишься.
— Бен? Ты что, шутишь?
Конечно нет, Джеральдина. Разве ты не замечала, что творится со мной, когда он рядом? Неужели не видишь, как он на меня действует? Разве я могу шутить? Ведь я считаю, что он — самый идеальный мужчина, когда-либо обитавший на планете Земля.
— Нет. Почему ты так думаешь?
— Ну, Бен — это всего лишь Бен. Он, конечно, симпатичный, но кто он такой? Заместитель редактора новостей. Чего он достигнет в своей жизни? Какие у него перспективы? Станет редактором новостей, потом главным редактором — и все. Навсегда застрянет в этой паршивой местной газетенке. Женится на хорошенькой девушке, которая мечтает стать домохозяйкой и рожать детей. Если им повезет, то будут жить в Вест-Хэмпстеде. У них будет обычная, среднестатистическая семья — 2, 4 ребенка и «Фольксваген».
— Бен, — повторяет она и с улыбкой качает головой. — Я так не думаю.
И слава богу. Господи, ты на моей стороне. Мне наплевать, что Джеральдина думает о Бене, мне кажется, она не права. Думаю, ему не вечно работать в этой газете — он слишком хорош для «Килберн Герольд», но сейчас это не имеет значения. Важно то, что Джеральдину Бен не интересует. У меня будто гора валится с плеч, и я чуть не плачу от радости.
— Хватит обо мне, — со вздохом произносит Джеральдина. — Что у тебя новенького?