Джастис

Линн К. С.

— Согласен.

— Хорошо. Как Нокс?

Я разговаривал с ним всего раз, и он вел себя тихо и замкнуто. Я скучаю по брату.

— Взвинчен, — отвечает он. — Сам знаешь, как он ведет себя, когда мы все не вместе. От этого он чертовски нервничает.

От этого я тоже нервничаю. Именно поэтому я хочу, чтобы все мои любимые люди находились в одном месте. Вот почему я поступлю правильно ради всех нас, включая Райан.

— Папа тоже по тебе скучает, — осторожно добавляет он. — Тебе нужно ему позвонить.

Горечь,

с которой я борюсь каждый день, вырывается на поверхность.

— Я еще не готов иметь с ним дело.

— Ну, тебе нужно смириться. Он мучается, и хотя я понимаю, по какой причине ты злишься, мне не нравится раскол в нашей семье.

Этого раскола не было бы, если бы он с самого начала был со мной честен. Возможно, мне придется это проглотить, но эта пилюля — чертовски горькая, так что им просто придется дать мне немного времени.

Только собираюсь сказать об этом Брэкстену, но когда я подъезжаю к Райан слова застревают в горле, видя, как они с Ханной в спешке выходят из дома.

— Брэкс, я тебе перезвоню.

— Да-да, — ворчит он. — Не жди еще неделю, чтобы сделать это.

— Не буду. — Обещание обрывается, когда я отключаюсь и выпрыгиваю из грузовика.

— Папочка! — Ханна вырывается из объятий Райан и бежит ко мне.

Наклонившись, подхватываю ее на руки, чувствуя, что наконец-то снова могу дышать с тех пор, как оставил ее прошлым вечером.

— Привет, детка. Похоже, я как раз вовремя. Куда вы направляетесь? — вопрос адресован спешащей к нам Райан. Замечаю, что она в рабочей одежде; мой взгляд привлекает ее длинные стройные ноги в обрезанных джинсовых шортах и ковбойских сапогах.

— Прости, — извиняется она, задыхаясь. — Надо было позвонить тебе.

— Что происходит?

— Мне нужно на работу.

— Думал, ты не работаешь по выходным.

— Обычно, нет, но сегодня вечером не хватает персонала, и им очень нужна моя помощь, и мы могли бы использовать дополнительные… — она замолкает прежде, чем успевает закончить фразу.

Сжимаю челюсть, думая, что она даже не нуждалась бы в деньгах, если бы я был здесь с самого начала. Однако, откладываю этот спор на другой раз.

— Так куда ты ведешь нашу дочь?

— Я хожу к мисс Пегги, — отвечает Ханна. — Она остается со мной, если мама работает, а я не в школе.

Понятия не имею, кто такая мисс Пегги, но мне не нравится мысль о том, что кто-то чужой присматривает за ней.

— Она живет от нас через улицу, — торопится объяснить Райан. — Она любит Ханну и очень хорошо о ней заботится.

— Возможно и так, но сейчас необходимости в этом нет. Я здесь и останусь с ней.

— Ура! — ликует Ханна. — Можно, мамочка, пожалуйста? Я хочу остаться с папой.

Я бросаю на Райан тяжелый взгляд, пусть только посмеет сказать «нет». Будь я проклят, если кто-то другой будет заботиться о моем ребенке, когда я рядом.

— Ты

уверен? — спрашивает она, зубами теребя нижнюю губу, — привычка, показывающая, что она нервничает, и которая творит безумные вещи с моим членом. — Я вернусь домой далеко за полночь.

— Она моя дочь, Райан, а не просто ребенок, с которым я нянчусь.

Тяжело вздохнув, она опускает плечи.

— Знаю. Прости, что огорчила тебя. Я это не нарочно. Мне позвонили всего двадцать минут назад, и я, не задумываясь, сделала то, что обычно. Мне следовало сначала спросить тебя, хочешь ли ты с ней остаться.

Удовлетворенный таким ответом, кивком принимаю извинения и смотрю на Ханну.

— У меня есть для тебя кое-что.

— Что? — взволнованно спрашивает она.

Поставив ее на ноги, я открываю заднюю дверцу, показывая мягкие игрушки, сложенные на сиденье.

Ее маленький ротик приоткрывается.

— Святая корова! Они все мне?

— Все до единой.

Ее визг пронзает воздух, когда она бросается к моей ноге, крепко ее обнимая.

— Спасибо. Спасибо. Спасибо!

Моя грудь раздувается от ее счастья, ее улыбка дороже любых денег.

Она запрыгивает в грузовик и начинает их пересчитывать.

Взглянув на Райан, вижу, что она смотрит на меня с нежной улыбкой на прекрасном лице.

— Ты ее балуешь.

— Она этого заслуживает.

— Это совершенно не обязательно. Ты ведь понимаешь, да? Ей ничего не нужно, кроме тебя.

— Я у нее есть. — Когда этот ответ, кажется, ее не удовлетворяет, я подхожу ближе, заставляя ее запрокинуть голову. — Я пропустил больше пяти лет ее жизни, Райан. Дни рождения, Рождество и многое другое. Я наверстываю упущенное. Не забирай это у меня.

В ее глазах вспыхивает чувство вины.

— Вполне справедливо. Перед тем как я уйду, тебе что-нибудь нужно?

Мой взгляд падает на ее губы, я вижу румянец, окрашивающий ее щеки, и прежде чем могу остановиться, на моем лице появляется ухмылка.

— Нет. Все будет хорошо.

С трудом сглотнув, она делает шаг назад.

— Если я тебе понадоблюсь, мой номер у тебя есть. Увидимся, когда я вернусь домой.

Я киваю, и она залезает в грузовик к Ханне.

— Пока, милая. Увидимся утром, — говорит она, целуя ее в щеку.

При виде ее упругой задницы в этих коротких гребаных шортах член шевелится; пальцы сжимаются в кулак, усмиряя желание предъявить права и завладеть ею.

— Пока, мамочка.

Райан отступает и оборачивается, ее улыбка исчезает, когда она ловит выражение моего лица. Я не делаю никаких попыток скрыть свои мысли, позволяя ей увидеть именно то, о чем только что думал.

— Пока, — задыхаясь, шепчет она, ее лицо пылает.

— Пока.

Не отрываю от нее глаз, следя за каждым движением, пока она не исчезает в своей маленькой машине и не уезжает.