Джаггер

Рафти Кристофер

В дверном проеме стоял Джаггер, передняя часть его тела была в комнате, а остальная - в коридоре. Он был мерзкий, весь покрыт грязью и кровью, шерсть потускнела и свалялась в колтуны.

Элли разглядела на его голове рану овальной формы, которая рассекала шерсть. Зеленый гной и бледные струпья свидетельствовали об инфекции. Его морда выглядела так, словно он сунул голову в ведро с красной краской, которая засохла и растеклась по его темной шерсти. Светло-розовые слюни густыми полосами свисали с его впалых щек.

Что

с ним такое? Почему он так выглядит?

Элли почувствовала ледяной холод, а ее желудок свело судорогой. Больше всего ее пугали глаза. Желтые глаза казались жестокими и нереальными, похожими на желтый металл, из которого сочится испорченное молоко.

На мгновение ей показалось, что он взбесился, но она не могла вспомнить ни одной формы бешенства, при которой глаза собаки выглядели бы так.

– Джa...
– oна сглотнула.
– Джаггер?

Губы собаки оттопырились, обнажив оскал острых зубов.

– Ты же знаешь меня, мальчик.

Еще одно рычание. Он подался вперед.

Хотя Элли не шелохнулась, внутри себя она содрогнулась.

– Не подходи, ладно? Не входи сюда, - Джаггер пристально смотрел на нее, словно не решался что-то предпринять.
– Давай. Кыш!

Джаггер зарычал. Гневная вспышка эхом отразилась от тонких стен дома. Элли рывком села на кровати. Ее сердце болезненно заколотилось в груди.

– Джаггер. Давай, иди. Иди домой. Не хочешь навестить Эми?

Собака наклонила голову, очевидно, услышав имя.

– А? Хочешь встретиться с Эми?

Собака подняла хвост, как будто собиралась завилять. Затем хвост поднялся вверх, шерсть встала дыбом в знак предупреждения.

Боже, он выглядит так, словно хочет меня убить.

– Не подходи, - сказала она.

Все вокруг были наслышаны о убийствах в сарае, которые совершил Джаггер. И пока она не увидела его сегодня, ей было сложно в такое поверить. Конечно, он был большой собакой, которая многих пугала. Но не Элли. Она нравилась ему, а он нравился ей. Она подшучивала над Эми, утверждая, что собака не может быть сторожевой, раз она так стремится подружиться со всеми, кого встретит.

Но Элли понимала, что Джаггер сейчас здесь не для того, чтобы подружиться.

Что-то горячее и рассыпчатое посыпалось между грудей Элли, отчего она едва не закричала. Она посмотрела вниз на свою грудь и увидела на коже темные хлопья от сигаретного пепла. Серый пепел стал слишком длинным и осыпался с сигареты. Медленно она потушила сигарету в пепельнице.

Осторожно Элли переставила пепельницу с живота на матрас рядом с собой. Она медленно откинулась спиной на подушку, удерживая рукой простыню на передней части тела.

– Джаггер, сядь.

Он продолжал стоять, не двигаясь, но его глаза следили за ней.

Прислонившись спиной к изголовью кровати, она осторожно натянула

простыню на плечи.

– Я сказала, уходи!
– oна махнула рукой, отгоняя его.

Джаггер напрягся, встал на передние лапы. Она услышала, как его когти скребут ковер, словно он готовился к нападению.

Элли медленно вытянула руку из-под простыни. Джаггер замер, наблюдая за ее движениями. Она медленно опустила руку и разжала пальцы.

Ее пальцы сжались на ободке пепельницы. Она не знала, из чего изготовлена пепельница, но материал был твердый и бугристый, и если ее использовать как оружие, то будет больно. Элли надеялась, что если она бросит пепельницу в бешеного пса весом около 90 килограммов, то это подействует.

– Оставайся на месте, Джаггер, хорошо?
– oна оттянула руку назад.
– Будь хорошим мальчиком.

Джаггер поднял голову, наблюдая за ее рукой.

– Мне очень жаль, мальчик, - сказала она. Она повернула руку и почувствовала, как пепел и окурки посыпались на ее руку.
– Мне очень жаль.

Элли со всей силы швырнула пепельницу. Пепельница полетела через всю комнату, вращаясь как диск. Она сразу же поняла, что прицелилась хорошо. Крутящаяся серая пепельница летела прямо в голову Джаггеру.

Элли уже собиралась встать с кровати, но остановилась, когда Джаггер поймал пастью пепельницу. Реакция была настолько неожиданной и естественной, что Элли в другой ситуации, готова была бросить ему кусок свинины.

Джаггер опустил голову и уронил пепельницу на пол. Подняв голову, он облизал языком испачканные губы.

– Оx... ебать...

Джаггер бросился на нее.

Элли закричала и метнулась в сторону, потянув за собой простыню. Она упала на пол, а простыня свалилась на нее сверху. Когда она приземлилась на живот, Джаггер заскочил на матрас. Она почувствовала, как кровать затряслась рядом с ней, металлический каркас врезался ей в руку, пока она пыталась отползти. Сверху над Элли возвышался рычащий Джаггер. Его морда оскалилась. Он схватил зубами простыню и потянул ее. Массивный пес зарычал, неистово замотал головой с зажатой в пасти простыней.

Элли, завернутая в простыню, как в кокон, барахталась и брыкалась.

Ее ноги были закручены в тугую спираль. Она почувствовала, что ее тело тащат обратно на кровать. Она шлепала руками по ковру, пытаясь зацепиться ногтями за него. Она почувствовала, что один из ногтей зацепился и отломился. Ощущение жжения причиняло боль, но она не обращала на него внимания, продолжая пытаться высвободиться. Джаггер на мгновение ослабил хватку, вероятно, собираясь ухватится зубами, для более удобного захвата. У Элли появился шанс вытянуть ноги из простыни. Она перекатилась на спину, и простыня свалилась с нее. Она встала на четвереньки и посмотрела вверх. Джаггер смотрел на нее сверху вниз. Он ждал, что она будет делать.