Джагала
Шрифт:
После этого мне пришлось отдохнуть, и Лойош спросил:
«Чем из всего этого мы обязаны убийце, босс?»
«То есть?»
«Что из всего, ну, всего, что случилось, организовал он?»
«А. Ты думаешь, за всем этим стояла незримая десница убийцы? Увы, Лойош. Во-первых, началось все еще до его появления. Во-вторых, последнее, чего бы он желал, это чтобы меня схватили и начали допрашивать. Я ведь оказался вне его досягаемости. На самом деле, это…»
Я не договорил, и Лойош не стал заканчивать фразу. Да, это, пожалуй, спасло мне жизнь. Когда-нибудь
«Есть то, что мне нужно узнать, Лойош, а я не могу передвигаться, так что придется тебе выяснить для меня кое-что.»
«Само собой, босс, только составь список вопросов и тех, кому я их должен задавать.»
«Сейчас не время для шуток.»
«Сейчас не время для того, чтобы я находился где-то, а не рядом с тобой.»
«Но есть то, что мне нужно узнать.»
«Настолько нужно, что ради этого ты готов умереть?»
Спор был довольно долгим и жарким. В конце концов, однако, он согласился сделать то, о чем я просил, потому как в противном случае ему пришлось бы объяснять Ротсе, что она некомпетентна. Да, иногда я играю грязно.
«Ну ладно, – проворчал он, – что нужно выяснить?»
«Как думаешь, ты сможешь выследить Орбана, чтобы он тебя не засек?»
«Не смешно, босс. Вопрос в том, смогу ли я выследить Орбана и не проверить, насколько глубоко я могу вонзить в него клыки.»
«Хм. Ну как, сможешь?»
«Может быть. Что ты хочешь узнать?»
«Я хочу проследить за ним.»
«Есть предположения, где он может быть?»
«Начни с «Колпака».»
«Ладно. Сейчас? Или есть еще задания?»
«Потом будут еще.»
«В этом-то я не сомневаюсь, босс.»
«Но пока что все.»
«Осталось выяснить одну вещь.»
«Да?»
«Как мне отсюда выбраться?»
«То есть? Через… а, ну да.»
Я скривился и дернул за бечевку, вызывая Михея, чтобы тот открыл окно. Все равно скоро мне предстояла встреча с очередной миской великолепного супа.
14.
Следователь: Вот что получается, когда каждый исходит из своих собственных интересов.
Бораан: А из чьих интересов каждый должен исходить, сударь?
Следователь: Из моих, конечно же.
Лефитт: Увы, некоторые персоны столь эгоистичны.
Михей неподдельно порадовался, что я могу есть сам, хотя в прошлый раз я уже это делал. Следовало бы обидеться, но почему-то я не придавал этому значения. Парень помогал мне, а меня бесило, что я обязан ему и графу. Пытаясь отвлечь его внимание, а заодно и свое собственное, от текущих дел – клянусь, исключительно для этого! – я спросил:
– У тебя большая семья?
– Довольно-таки. Три сестры, четыре брата. Это те, кто выжил, – добавил он безразлично.
– Работаете
Он кивнул.
– Сейчас – на графа.
На том можно было бы и закончить, но мне отчаяно хотелось поговорить хоть о чем-нибудь.
– Сейчас?
– Ну, сколько я на свете живу.
– А до того?
– Конечно, на старого барона. – Он понизил голос. – Он был злодей. Купался в крови юных девственниц.
Тон абсолютно серьезный.
– Ну, – проговорил я, – такое занятие, конечно же, должно именовать злом, но я как-то сомневаюсь, что это доставляло ему удовольствие.
Кажется, мое замечание поставило Михея в тупик.
– А что с ним стало? – спросил я.
– Была великая битва между бароном и графом, и в конце концов граф загнал барона в преисподнюю.
– Слушай, а где она, эта преисподняя? Всегда было интересно.
Парень с подозрением посмотрел на меня, проверяя, не издеваюсь ли я. Так и было, но я натянул на физиономию маску вежливого интереса.
– Под землей, – наконец ответил Михей.
– Та еще была битва, должно быть.
Он уверенно кивнул, словно сам сражался там.
– Барон призвал демонов и дьяволов, и все светлые колдуны собрались вместе, чтобы одолеть их.
Я неопределенно хмыкнул. Интересно, тут хоть тень правды есть?
– Наверное, это было давно.
– О да. Во времена моего прапрадедушки.
Ну конечно же.
– Ясно. Наверное, тогда же и основали бумажную мельницу?
– Думаю, да, – кивнул он. – Граф ее построил. У меня там работают брат и дядя.
– В смысле, старый граф. Не тот, что сейчас.
– О, конечно же! Ему бы было хорошо за сто.
Я кивнул.
– Нынешний – его внук?
– По-моему, да, – нахмурился Михей.
Пожалуй, он не слишком следил за тем, как сменяются его владетели.
– Итак, была великая битва доброй магии и злой магии, и храбрый граф сразил мерзкого барона, и получил его достояние, и открыл бумажную мельницу, и с тех пор все живут счастливо.
– Э, ну где-то так.
Я уже лежал, но мой разум плотно занялся работой и не обращал внимания на состояние тела.
– А кто может знать подробности?
– Какие подробности, господин Мерс?
– Меня заинтересовала эта история. Я хотел бы узнать больше. Имена всех участников с обеих сторон, как протекало сражение, все такое. Может, напишу об этом книгу.
– Книгу? – пораженный, переспросил он. – Вы правда пишете книгу?
– Может, и напишу. Но для этого мне нужен кто-то, кто знает все подробности. Кто бы это мог быть?
– Отец Нойж.
– Ну да. Правильно. Отец Нойж. Не будешь так добр попросить отца Нойжа заглянуть ко мне, когда у него будет возможность?
– Конечно! – загорелся он. Кажется, парню понравилось быть причастным к созданию книги.
– Только не говори ему, зачем. Лучше я сам все объясню.
Михей радостно кивнул и умчался прочь, оставив меня наедине с собственными размышлениями. Впрочем, ненадолго; вернулся он взмыленный и сияющий.