Джаг
Шрифт:
— Но я вас нигде не видел.
— Разумеется, я не сам заключал пари, это вызвало бы подозрения. Ты прекрасно провел забег. По правде говоря, ты не должен был выиграть его, но мне показалось, что ты похитрее Спиди.
— Вы могли бы и ошибиться!
Кавендиш покачал головой.
— Я умею разбираться в людях, малыш. Даже потому как ты смотрел на моих лошадей, я понял, что ты хороший наездник.
— Я провел в седле всю свою жизнь.
— Значит, ты обладаешь всеми необходимыми качествами. Я был прав, вспомнив
Не скрывая радости, Джаг выдвинул последний аргумент.
— А как же Галаксиус?
Кавендиш взмахнул рукой, как бы отметая сомнения Джага.
— Мне нужен разведчик, — сказал он, — и я свободен в своем выборе. Галаксиус согласится.
— А в чем заключается работа?
Прежде чем ответить, Кавендиш задумчиво посмотрел на сигару.
— Охранять поезд, — помедлив, сказал он.
— Вдвоем?
— С завтрашнего дня мы въезжаем в предгорья Сьерры. Там будет действовать тот же режим безопасности, что и на равнине. Но затем поезд углубится в ущелья, пойдет через горные хребты и длинные туннели — то есть места, удобные для засады. Вот их-то мы и должны проверить до того, как по ним пойдет поезд. Вот, вкратце, все, что нам предстоит сделать. Разумеется, если ты примешь мое предложение.
Сердце Джага захлестнула волна радости.
— И вы еще сомневаетесь!
— Нет, но я должен услышать это от тебя. Так я могу рассчитывать на тебя?
Внезапно Джаг недоверчиво нахмурился:
— Надеюсь, вы не шутите? — обеспокоенно спросил он.
— Конечно, нет! Ну, пошли! Ты покидаешь эту крысиную нору!
— Прямо сейчас?
— Немедленно! — подтвердил Кавендиш и, проходя к двери, повесил на место лампу.
Едва он взялся за ручку, Джаг снова окликнул его:
— Роза пойдет со мной. Я не могу оставить ее здесь.
Кавендиш пожал плечами.
— Это твое дело.
Завидев Джага и Кавендиша, выходящих из вагона, Роза спросила у Джага:
— Ты скоро вернешься?
— Мы переезжаем, — радостно ответил он. — Ты и я!
Роза замерла, не в силах совладать с эмоциями, а потом разрыдалась.
— Плакса, — поддел ее Джаг. — Сразу видно: ты — женщина!
Можно представить себе удивление Джага, когда он очутился в том же роскошном купе, что и в первый день пребывания в поезде.
Не скрывая своего восторга, Роза осматривала купе, время от времени всплескивая руками.
Однако возникла единственная проблема — кровать. Джаг решительно отказался спать с Розой в одной постели. Даже на правах друга. В конце концов они нашли очень хороший выход: Джаг будет спать на полу, подстелив толстое шерстяное одеяло.
На следующее утро во время остановки Джаг, как и было условлено, нашел Кавендиша возле вагона для перевозки скота.
— Ну, как самочувствие? — спросил всадник вместо приветствия.
— Пока
Пока они разговаривали, из вагона вывели дюжину лошадей. На длинном поводе рабы повели их по кругу, чтобы благородные животные могли размять ноги и успокоиться.
У Джага загорелись глаза.
— Они все очень хороши, — сказал он, с завистью провожая лошадей взглядом.
— Гнедая — моя, — предупредил Кавендиш, — а среди остальных выбирай себе любую.
Джаг не верил своим ушам. Заметив его растерянность, Кавендиш добавил:
— Тебе нужна лошадь, которая признает тебя, которая будет подчиняться твоему малейшему жесту, мимолетному взгляду… Поспеши, у нас не так уж много времени!
После долгих колебаний Джаг остановил свой выбор на великолепном тонконогом скакуне.
— Молодец, это лучший из всех, — одобрил Кавендиш. — Теперь он твой. И учти: в течение трех дней ты должен найти с ним общий язык.
С тех пор на каждой остановке Джаг сам прогуливал своего скакуна, ласково разговаривал с ним, дул ему в ноздри. Чтобы конь привык к его запаху, он проводил с ним все ночи напролет и спал прямо на полу конюшни, бросив охапку соломы у ног скакуна.
День он проводил с Розой в своем купе. Пока та занималась своей внешностью, пересматривала новые туалеты и при этом безумолчно щебетала, как птичка, Джаг задумчиво созерцал пейзажи, мелькающие за окном.
Когда состав втянулся в предгорья Сьерры, пейзаж резко изменился, и Джаг с чувством острой ностальгии смотрел на буйство дикой природы.
Поезд мчался сквозь океан зелени, грязные реки, вдоль берегов которых стояли полуразрушенные хижины на сваях, проносился по виадукам, перекинувшимся через залитые солнцем долины, которые наверняка покорили бы сердце старого Патча.
Джаг вновь и вновь возвращался к своим проблемам. Конечно, сейчас его положение изменилось к лучшему, но он по-прежнему оставался рабом, зависимым от дьявольского ошейника. Он уже успел осмотреть вблизи таинственный второй вагон, но так и не узнал ничего нового. Получить существенную информацию можно было только одним способом — проникнув внутрь вагона, но пока эта возможность исключалась: часовой в коридоре постоянно охранял вход. К тому же, попади Джаг в коридор, он ничего не смог бы сделать — у него не было ключа.
Джаг неоднократно расспрашивал Розу, как Галаксиус открывал двери, но каждый раз она уклончиво отвечала, что никогда не замечала у Супроктора никакого ключа. А он, каким бы маленьким не был, рано или поздно все равно попался бы на глаза.
Не сдвинулись с мертвой точки и сердечные дела Джага, ибо все свободное время он посвящал коню, приручая его к себе. Он довольствовался тем, что издали наблюдал за Монидой, и при этом старался найти оправдание своей нерешительности.