Джаг
Шрифт:
На повороте одной из галерей внезапно возник свет. Ослепительно-яркий, он вынудил Кавендиша замедлить шаг. Тоже ощущая дискомфорт, Джаг вдруг почувствовал себя слабым, как новорожденный. На него навалилась усталость, стали мучить приступы тошноты, с которыми Джаг боролся, глубоко вдыхая и выдыхая воздух. Вместе с тем Джаг попытался привести себя в состояние ярости, чтобы повысить содержание адреналина в крови.
Выйдя из тоннеля, он остановился. Остановился и Кавендиш. Он недоуменно крутил головой, издавая приглушенные стоны.
Разрушения
Склоны гор оползли вниз и погребли под собой большинство построек. Земля была покрыта трещинами, самая меньшая из которых могла бы проглотить танк. Уцелела только одна сторожевая вышка, остальные или были полностью опрокинуты, или сложились вдвое.
Судя по всему, что здесь происходило, амазонки не строили никаких иллюзий относительно шахты и торопились побыстрее покинуть это место. Небольшая их группа суетилась возле двух автомобилей, загружая в них ящики, оружие, инструменты.
В стороне, наблюдая за работой подчиненных, стояла Джедия, рядом с ней — Жемчужина.
В голове Джага мелькнула мысль, что лучше было бы дождаться отъезда амазонок, но он быстро отказался от этой идеи, сообразив, что необходимо любой ценой завладеть машиной, чтобы выбраться из этого проклятого места. Пешком отсюда далеко не уйти, если они с Кавендишем вообще способны еще ходить… Может, их будущее здесь, в недрах этой базальтовой глыбы, среди других тритонов? Он вдруг вспомнил о тритоне, покрытом шипами; этот голос, который предупредил об опасности, уже не почудился ли он? Нет, конечно! Голос исходил от этого тритона, который являлся, по-видимому, представителем внеземной цивилизации. Он, как и рыба-шар, путешествовал в метеорите. Сомнения на этот счет исключались. Странная фауна!
Джаг машинально посмотрел вверх. Что еще ожидать от звезд? Добра, зла или и того и другого? Судя по всему, будущее превзойдет все ожидания.
Однако время философствовать было неподходящим, и Джаг, встряхнувшись, переключился на действительность. Здесь тоже было и хорошее, и плохое… Хорошо уже то, что он здесь, где его никто не ожидает. В остальном же дела были далеко не блестящи. Рельеф местности не благоприятствовал атаке. Не считая нескольких вагонеток и отвала базальтовой породы, площадка была плоской, как ладонь. Не могло быть и речь о внезапном нападении на амазонок.
Трезво оценив ситуацию, Джаг оглянулся. Тоннель был пуст. Другого Джаг и не ожидал. Он знал, что оставшиеся в живых пленники не последуют за ним. Для них уже было слишком поздно: они утратили способность распоряжаться собой. Свет наводил на них ужас, и они искали мрак, влажность, тихую и теплую "утробу", чтобы родиться во второй раз. Джаг и сам испытывал тревогу и был вынужден преодолевать ее, прикладывая максимальные усилия.
Рядом с ним, по-прежнему пребывая в прострации, стоял Кавендиш.
Незначительное преимущество заключалось в том, что лишенный сил разведчик избавлял Джага от лишних
Джаг видел в этом определенный козырь. Отыскав глазами нишу, он отвел туда своего товарища и заставил его сесть. Разведчик безоговорочно, как робот, не выказав сопротивления ни словом, ни жестом, выполнил все, что от него требовалось. Глядя перед собой потухшими глазами, он ни на что не реагировал и позволял делать с собой что угодно.
Видя, в каком состоянии находится Кавендиш, Джаг решил, что они в любом случае уже никогда не спустятся в подземелье.
Набравшись решимости, Джаг вышел наружу, под открытое небо.
Жара и жажда мгновенно парализовали его. Перед глазами Джага все заплясало, и он вдруг увидел воду… Он видел пенистые водопады, стремительные бурлящие потоки, зеркальные поверхности озер, голубовато-зеленые моря…
Усилием воли Джаг стряхнул с себя это наваждение. Следовало поторопиться. Амазонки могли вот-вот тронуться в путь или просто поинтересоваться тем, куда подевался патруль, отправленный в тоннель.
Озарение пришло неожиданно. Трещины в земле!
Джаг подполз к ближайшему разлому, внимательно осмотрел его и пришел к выводу, что им вполне можно воспользоваться. Его стенки были покрыты выступами, представлявшими собой своеобразную лестницу, по которой можно было передвигаться без особых трудностей.
Проскользнув в разлом, Джаг начал осторожно продвигаться вперед, чувствуя под ногами надежную опору. Через какое-то время, обретя уверенность, он уже ловко перепрыгивал с одного выступа на другой. Даже охватившее его недомогание, казалось, немного отступило.
Но не преодолел Джаг и двадцати метров, как земля вдруг задрожала…
Глава 18
Джаг замер, прижался спиной к стенке разлома.
Метеорит, будто живой, сотрясался в конвульсиях. Вряд ли виной тому была гигантская рыба-шар. Создавалось впечатление, что полуразрушенный метеорит стремится восстановить свою изначальную форму.
Однако, какой бы ни была истинная причина, это заключительное перевоплощение небесного тела лишь усложняло задачу Джага.
Застигнутый врасплох, он отшвырнул ставшее ненужным оружие и посмотрел наверх. Края трещины были слишком высоко, чтобы до них дотянуться.
Метеорит, образно выражаясь, начал трещать по всем швам. Из его недр поднимались желтоватого цвета испарения. Все вокруг заполнил резкий, удушливый запах серы.
Кашляя и сплевывая слюну, Джаг хотел было повернуть назад, но очередной толчок чуть не сбросил его в пропасть. И вдруг Джаг понял, что трещина уменьшается! Его захлестнула паника, когда он увидел, что щель позади него закрывается, ее стенки сходятся, словно сжимаемые невидимыми тисками. Все это сопровождалось адским грохотом.