Джаг
Шрифт:
Джаг понимал, что ему следует двигаться наверх, но в то же время он знал, что нельзя пренебрегать нависшей над ним опасностью.
После недолгих раздумий он решил во что бы то ни стало двигаться только вперед. Его друзья обитали на верху, а единственным средством защиты были голые руки.
Легкая дрожь пробежала по мускулистому телу пантеры. Ее жертва остановилась. Расстояние было слишком большим, чтобы преодолеть его одним прыжком, поэтому пантера начала медленно выходить из укрытия. Глухое рычание,
Пантере достался лишь лоскут кожи с бедра Джага, и она взвыла от ярости. Стараясь не закричать от боли, Джаг сжал зубы. Он катился вниз, хватаясь за корни деревьев, которые обрывались, не выдерживая его веса.
Буквально в двух метрах от края пропасти Джаг сумел ухватиться руками за древовидный плющ и повис над бездной.
Сверху медленно подходила пантера…
В лагере остались лишь два человека: облаченный в белый халат химик с длинными грязными волосами, а также один из охотников, который накануне вывихнул лодыжку и поэтому не смог принять участие в погоне за Джагом.
В первую очередь Кавендиш проверил прочность пут, которыми был связан. Ни тонкий металлический трос, ни толстые и прочные корни ивы не оставляли ему никаких шансов на побег. Кавендиш был реалистом и прекрасно понял, что охотники ничем не рисковали, оставив его одного, без охраны.
Оставшемуся в лагере охотнику было наплевать на Кавендиша. Он даже ни разу не взглянул в сторону пленника. Присев у костра, охотник лениво подбрасывал в огонь ветки, то и дело отрезая ножом куски мяса от задней ляжки дикого кабана.
Кавендиш окликнул его.
— Чего надо? — проворчал охотник, обратив к нему измазанное жиром лицо.
— Я голоден! Вот уже несколько дней у меня во рту не было ни крошки!
— А кто тебе мешал поесть? — засмеялся охотник.
— Слушай, хватит шутить, дай хоть кусочек…
Хромой пожал плечами.
— Тебе будет легче умереть с набитым желудком? — усмехнулся он.
— Бочок кабанчика, сдобренный стаканом водки, только облегчит мне переход в мир иной, — парировал Кавендиш.
Охотник на мгновение задумался. В конце концов, он не имел ничего против Кавендиша. Ему даже понравилось, как ловко тот обработал нахального Кривого, который слишком много о себе мнил. Но с другой стороны, вроде бы не полагалось вступать в контакт с пленником, который посягнул на интересы всего лагеря.
Но что, собственно, просит, этот пленник? Ничего, кроме как набить свое брюхо…
Охотник отрезал кусок мяса, поднялся и, превозмогая боль в ноге, заковылял в сторону попрошайки. Увидев, что
— Мне нужна хотя бы одна свободная рука, я справлюсь, — попросил Кавендиш.
— Я видел, как ты завалил Кривого, — ответил охотник, присаживаясь рядом на корточки. — Тебе вполне хватит и одной руки, чтобы разделаться со мной.
— И это говоришь ты? — вздохнул Кавендиш, с трудом сдерживая отчаяние.
Он откусил от куска, протянутого ему охотником.
— Что ты так смотришь на меня? — удивленно спросил Кавендиш, прожевав мясо.
— Хочу задать тебе один вопрос.
— Да? Пожалуйста, спрашивай.
— Я хочу знать, как и зачем ты собираешься защищать крылатых людей? Ты их видел вблизи? У них нет глаз, а у большинства из тех, которых я лично сбил, нет ни рук ни ног! Но все-таки они отличаются друг от друга!
— Это мутанты, — ответил Кавендиш. — Они находятся в стадии эволюционного развития.
— Ты говоришь об эволюции! Но ведь они не умеют даже говорить! А защищаться — тем более! Кстати, тебе бы понравилось, если бы твоя жена легла в постель с подобным мутантом? — рассмеялся охотник.
— У меня нет жены.
— У меня тем более, но это так, к слову пришлось. Лично я за то, чтобы уничтожить их всех до одного, пока они не завоевали нас и не пришли в наши дома!
— Я придерживаюсь точно такой же точки зрения, — кивнув, согласился Кавендиш.
Охотник озадаченно нахмурил брови.
— Не понял!
— Я могу продолжать есть? — спросил Кавендиш.
— Ты согласен, что их следует убить, а сам их охраняешь? — удивился он, протянув Кавендишу мясо.
Кавендиш тщательно прожевал очередной кусок и ответил:
— Мое мнение ничего не значит. Мне платят за то, чтобы я их охранял. Мои интересы не совпадают с моими убеждениями, но они для меня важнее.
В глазах охотника появился странный блеск.
— Дай выпить, — попросил Кавендиш, заметив, что охотник погрузился в какие-то размышления.
— И больше ты ни о чем не попросишь, да? — хмыкнул охотник, снимая с пояса металлическую фляжку.
Кавендиш сделал несколько больших глотков и откинулся на спину, притворившись, что захмелел.
— И много? — спросил охотник.
— Что много? — приподнялся Кавендиш.
— Тебе много платят за охрану икаров?
— Значительно больше того, что получишь ты, продав все свои запасы кораллового масла.
Охотник замолчал, застыв с полуоткрытым ртом. Его глаза вновь заблестели, и стало ясно, что он в уме начал подсчитывать свои будущие доходы.
— А кто тебе платит такие деньги?
— Я не из тех, кто называет имена своих покровителей. Каждому свое. Ну что, карты раскрыты, не так ли?
— Ты блефуешь! Ты хочешь меня обмануть!