Джаг
Шрифт:
— И тем не менее, — обрезал его Джаг, — что бы мы там делали? Нам бы пришлось повернуть, а? В таком случае, как быть с вашим раем?
— Но море — это тоже своего рода рай!
— Ах, так! Тогда почему оттуда ушли те, кто вам столько про него рассказывал?
Патч снова не нашел, что ответить.
— А кто их знает, — буркнул он после долгих раздумий. — Может быть, то, что нравится одному, не всегда устраивает другого? А потом, вполне вероятно, что те, кого я встречал, были вынуждены убраться оттуда. Сам понимаешь, когда встает вопрос
Подхватив бутылку со спиртом, он протянул ее Джагу.
— На, выпей глоток, чтобы отпраздновать это дело!
Джаг не совсем понимал, по какому поводу праздник, но не стал отказываться, тем более что обычно старик запрещал ему пить все, кроме воды.
Когда Джаг отхлебнул из горлышка, ему показалось, что в глотку залили добрую порцию расплавленного свинца, который постепенно заполнял сначала легкие, потом желудок, воспламеняя все его тело. Джаг с ужасом подумал, что внутри у него, наверное, все обуглилось.
— Э-э… Эт-то чертовски крепкий напиток, — просипел он, с трудом переводя дыхание и суя в руки Патчу бутылку. — Хотелось бы мне знать, как вы можете пить это?
Сотрясаемый хохотом, Патч прикончил бутылку не отрываясь, за один присест.
И тогда произошло то, чего Джаг никогда не видел: Патч, который обычно без всякого для себя ущерба выпивал гораздо больше, рухнул на землю как подкошенный — он был в стельку пьян.
Вот тут-то, витая в алкогольных парах, он на время потерял над собой контроль.
— Если я переберусь на другой край этой пустыни, для тебя все будет кончено, Баском. Тебе никогда до меня не добраться! Никогда!
Навострив уши, Джаг попытался выудить еще что-нибудь интересное из пьяного бреда Патча. Но тщетно. Стоило лишь задать ему уточняющий вопрос, как Патч замолчал и с отсутствующим видом уставился в пустоту, икая и порыгивая.
Затем, неизвестно по какой причине, он продолжил, приведя в порядок свои мысли:
— Она была красива, сынок! Чертовски красива! Длинные черные волосы… черные, как задница самого дьявола! Ноги, казалось, все никак не кончались, от одного их вида пересыхало в горле. А груди! Какие у нее были груди! Стоило протянуть к ним руку и они сами прыгали тебе навстречу! Устоять перед ней было не просто… Для этого требовалась закалка богов, а я был всего лишь человеком!
Составляя вместе отрывочные воспоминания Патча, Джаг сумел восстановить прошлое своего наставника. Ну, если не все, то его значительную часть. На первый взгляд это была классическая история, банальная история любви, примеров которой известно человечеству немало с момента возникновения мужчины и женщины.
В свое время Патч работал совместно с одним типом по имени Баском. Они оба возглавляли небольшую группу охотников, основное занятие которых заключалось в поставке рабов Властителям севера.
В один прекрасный день Патч сдуру влюбился в девушку из болот — несравненную красавицу, за которую они могли
К несчастью, тот выкарабкался, и с тех пор Патч был вынужден постоянно бежать, заметая следы, пересекая пустыни и горы, которые доселе считались неприступными, в надежде оторваться от возможных преследователей.
Именно это не давало покоя Патчу.
В этот вечер старик заснул первым.
Глава 10
Деревенька состояла из халуп, на скорую руку сложенных из подручного материала: жести, досок от ящиков, самана: эдакая жилая дыра, последний след Постцивилизации перед ее окончательным угасанием.
— Ты что, действительно собираешься перейти Солонку? — картаво защебетал хозяин притона, обдавая пришельцев таким зловонным дыханием, что им можно было запросто уложить буйвола. — В таком случае тебе следовало бы запастись более упитанным попутчиком, чем этот, — пошутил он, кивая в сторону Джага. — Луни и грифы клювы себе пообломают. Да и тебе самому, если вдруг кончится продовольствие, нечем будет полакомиться, разве что косточки обсосешь!
Закончив свою тираду, он разразился истерическим визгливым смехом, как-то не вязавшимся с его солидной комплекцией, большим подрагивающим брюхом, бившимся о стойку, заляпанную подозрительными пятнами и загаженную мухами.
Патч поднялся рано утром хмельной и разобранный до невозможности, но несколько чашек черного кофе со щепоткой пороха быстро привели его в чувство. Почувствовав себя бодрее, он разбудил Джага, правда только с третьего раза.
В Богом забытую деревушку, приткнувшуюся у края Великой соляной пустыни или Солонки, как ее еще называли, они шли в облаках едкой соленой пыли — это «райское» местечко постоянно обдувалось ветрами, тянущими из пустыни.
Шум вокруг стоял страшный: беспрестанно хлопали ставни, северный ветер, завывая, лез во все щели и нес с собой тучи тончайшего песка, от которого не было спасения нигде, даже в постели.
— Чтобы жить здесь, нужно быть чокнутым, — произнес Патч. — От постоянного воя ветра свербит в ушах, а проклятый песок все время скрипит на зубах.
— Это не песок, — возразил хозяин притона. — Это стертые в порошок кости тех, кто рискнул бросить вызов Солонке!
Он снова захохотал, взвизгивая при этом как старая вдовушка, окончательно потерявшая надежду вторично выйти замуж.
Допив пойло из перебродивших листьев, Патч и Джаг вышли наружу. Им тут же ударил в лицо порыв злого колючего ветра.
— Толстяк подсказал, что в конце этой улочки живет торговец скотиной, — произнес Патч. — Я хочу посмотреть на его зхоров. Ты идешь со мной?
— Я пройдусь по деревне и потом присоединюсь к вам, — ответил Джаг, почувствовав вдруг непреодолимое желание поближе познакомиться с клоповником, в который они попали.
— Хорошо, только не задерживайся и будь осторожен!