Дзен-софт
Шрифт:
Предупредить о приходе? Коммуникатор Гейт успел выключить, руководствуясь некими вбитыми в подсознание инстинктами. Конечно, риск, что кто-то отследит его таким образом, был невелик, но все же вероятен. Значит, позвонить и предупредить о скором визите не получится. Других способов Гудвин не видел. Купить на улице чей-то коммуникатор и попытаться достучаться до Джерома — слишком сложный вариант, да еще и требующий времени, которого не было.
О том, что делать, если друга не будет дома, он старался не думать.
Через несколько часов бега, перемежавшегося ходьбой, Гудвин добрался до нужного дома. Черный, казавшийся монолитным, тридцатидвухэтажник
Набрав номер квартиры, беглец прослушал обрывок из занимательной песни последнего музыкального идола Нового Вавилона. Песня называлась «Из панки в дамки» и смысла в ней содержалось еще меньше, чем в названии.
— Кто? — спросили голосом, очень и очень похожим на голос Джерома.
— Гудвин.
— Заходи.
«И всё? — подумал Гудвин. — Никакого удивления, никаких тебе „Вот этого не ожидал!“? Заходи и ничего больше. Странно».
Впрочем, причина странности выяснилась, стоило Гейту проникнуть в жилой блок Джерома.
Распластавшись на диване с пакетом мятных жевательных конфет, друг наслаждался трехмерным концертом того самого музыкального идола, который в настоящий момент скакал почти вплотную к дивану и кричал нечто вроде «И все вместе!».
Все действительно делали что-то вместе. Кричали, улюлюкали, свистели и подпевали. Одновременно и сразу.
Душераздирающее зрелище.
— Ничего себе… — пробормотал Гудвин. Правда, в уме он не удержался от более жесткого комментария, из которого сразу стало бы ясно его отношение к современной поп-культуре и особенно к некоторым ее проявлениям.
Джером лениво обернулся и смерил гостя заинтересованным взглядом. Потом повозился, принял сидячее положение, смахнул с обивки несколько оберток от шоколадных батончиков, желтые крошки — по всей видимости, от чипсов — и приглашающе похлопал по дивану. И даже протянул пакет с конфетами — угощайся, мол.
— Садись. И вправду, выглядит ничего. А почему ты вдруг так резко имидж сменил?
Гудвин после выматывающей погони забыл обо всем — даже о метаморфозах собственной внешности. Будь на месте Джерома кто-нибудь более нервный, мог бы и испугаться — воспользоваться шокером или врубить сигнализацию. А если бы поглядел в видеофон — и того хуже, вообще на порог не пустил бы.
— Надоело все. Решил изменить стиль жизни и начал с себя. Потом, глядишь, и отпуск возьму. Или перееду на другой конец города… — Гудвин осторожно присел на краешек дивана. Виртуальный трехмерный певец тут же подскочил к нему и сунул в лицо микрофон. Сопровождалось это диким воплем, который, по мнению Гудвина, мог исторгнуть из себя разве что наркоман, не контролирующий собственное сознание и тело под кайфом. В исполнении певца это означало, видимо, крайнюю степень восторга, и ее следовало немедленно поддержать.
— Йа-а-а-а! — заорал Джером, и Гудвин чуть не подавился конфетой.
Конечно, в чужую серверную со своим софтом не ходят, но он все же сделал попытку оградить себя от дальнейших потрясений:
— Прости, а ты не можешь сделать потише?
— Потише? — Джером окинул друга таким взглядом, будто только что застал его за совершением крайнего непотребства. — Да у меня и так стереосистема не на полную мощность работает. Думаю новую прикупить.
— А долго еще этот будет прыгать и орать? — Как ни старался Гудвин, назвать модный в этом сезоне эйфорический синт-поп музыкой или пением язык у него не поворачивался.
— Минут сорок, — ответил Джером и, заметив кислое выражение лица Гудвина, добавил: — Если хочешь, иди
Гудвин благодарно кивнул, ушел в столовую и обнаружил еще одну видеосистему, не сильно уступающую той, что надрывалась в гостиной. По всей вероятности, Джером был знатным любителем масс-медиа. Гудвин же предпочитал получать информацию не из официальных каналов вещания, а из сети. Во-первых, если знать, где искать, на некоторых ресурсах всегда можно обнаружить что-нибудь важное и интересное. Во-вторых, если очень надо, взломать базы данных не проблема — и получай сведения, так сказать, напрямую. Ну и в-третьих, в сети нет такого количества ярких вопящих рекламных блоков, как на визорных каналах. Вся эта мешанина из образов и звуков здорово раздражала Гудвина, он даже квартиру выбирал специально — чтобы окна не выходили на рекламный щит или монитор.
Впрочем, на огромном экране визора ленты новостей оказалось читать удобнее. Гудвин с минуту внимательно вглядывался в главные страницы новостных порталов города, а потом крикнул:
— Джерри!
— Что?
— Ты давно уже смотришь концерт?
— Часа два! Это юбилейное, сто двадцать восьмое выступление, транслируется напрямую из…
Но Гудвина не очень занимало дальнейшее описание поп-трансляции, поэтому он пропустил его мимо ушей. Два часа. Значит, Джером еще не видел последнюю сводку новостей, которая появилась час назад. Это уже хорошо.
Из всех новостных лент на Гудвина смотрело собственное лицо с подписью «Разыскивается» и даже с номером идентификационной карты. Далее шел текст криминальной сводки: «Сегодня днем Гудвин Гейт, член преступной группировки, работающей на рынке незаконного софта, убил двоих сообщников и скрылся в неизвестном направлении».
Так. На поиски выделено несколько патрулей. На одном из сайтов висит интервью — «пострадавший» от рук Гейта дает показания полиции. Ну конечно, один из рэкетиров, тот, что сторожил внизу. Гудвин скрипнул зубами. Вместо того чтобы искать противника своими силами, ребята сдали его с потрохами. Теперь просто спрятаться и отсидеться или переехать в другой район не получится. Придется залечь на дно, сменить все каналы и счета, потерять официальную работу, наверняка угрохать почти все деньги на поддельные документы с другим ДНК-кодом и операции по изменению внешности… Единственное, что радовало Гудвина, — официально квартира зарегистрирована не на него, а на несуществующую фирму. Поэтому, если его не отследили раньше, сейчас у него в запасе есть несколько часов, чтобы попробовать проникнуть домой и забрать самые ценные вещи, а главное — нетбук, на котором, пусть и под странными названиями, хранился всякого рода запрещенный нелиценз, в частности тот же «Ураган» и установочный файл ЭлБы. Гудвину уж очень не хотелось, чтобы ЭлБа попала в руки кому бы то ни было, кроме него самого.
Оставался один вопрос, и его следовало решить за сорок минут, пока Джером по уши занят своими любимыми песнопениями. Как попасть к себе в квартиру?
Вариант «пешком» отметался сразу. Во-первых, Гейт и без того за сегодня набегался, а во-вторых, таким образом повышался шанс нарваться на патруль законников.
Вариант «транспортом» он, поразмыслив, принял за «опасный, но выполнимый». Монорельс контролировался системами обнаружения и людьми, зато была возможность взять кар и надеяться, что по новостным каналам не передали еще голофото измененного лица Гудвина. И что в каре водителем будет человек, с которым удастся договориться, а не кибер. С механизмами Гудвин умел договариваться только посредством взлома, а ломать кибертакси — в этом было что-то противоестественное.