Дюна

Херберт Фрэнк

— Ты видел будущее, Пол? — спросила Джессика. — Ты расскажешь нам, что ты видел?

— Не будущее, — ответил он, — я видел настоящее, — он заставил себя сесть, отмахнувшись от Чени, принявшейся помогать. — Пространство над Арракисом полно кораблей Гильдии.

Уверенность, слышавшаяся в его тоне, потрясла женщин.

— Здесь и сам падишах-император, — продолжил Пол, подняв глаза к скалистому потолку пещеры, — и его верная ясновидящая, и пять легионов сардаукаров. Здесь и старый барон Владимир Харконнен, с ним и Сафир Хават, и семь кораблей,

набитых всеми войсками, что удалось собрать. В небе над нами рейдеры всех Великих Домов, и все они… ждут!

Не в силах отвести глаз от Пола, Чени качнула головой.

Странный, ровный его тон, пронизывающий взгляд наполняли ее благоговением.

В горле ее пересохло. Попытавшись глотнуть, Джессика спросила:

— И чего они ждут? Пол поглядел на нее:

— Разрешения на посадку. Гильдия удавит любого, кто сядет на Арракисе без ее разрешения.

— Так, значит, Гильдия нас защищает? — спросила Джессика.

— Защищает! Гильдия-то и спровоцировала конфликт. Они повсюду разнесли вести о том, что мы делаем здесь, и снизились цены за проезд, так что они вдруг оказались доступными и для самых беднейших домов. Сейчас все они мечтают об одном, — как будут грабить нас.

Джессика услышала горечь в его голосе и удивилась. Сомневаться в его правоте она не могла, слова его звучали столь же убедительно, как в ту ночь, когда он рассказывал ей о том, что ждет их среди фрименов.

Пол глубоко вздохнул и сказал:

— Мать, придется тебе потрудиться. Нам нужна Вода Жизни, много Воды и катализатора. Ты, Чени, вышли разведчиков, пусть найдут предспециевую массу. Если мы разместим Воду Жизни над предспециевой массой, что может случиться?

Джессика взвесила его слова, вдруг поняла их смысл.

— Пол, — выдохнула она.

— Да, Вода Смерти, — ответил он, — дальше там пойдет цепная реакция, — он указал себе под ноги. — Малых делателей станет косить смерть, и основа всего жизненного цикла на Арракисе погибнет вместе со всей специей и делателями. Без них Арракис станет тогда подлинной пустыней…

Чени рукой закрыла рот, словно онемев от богохульства, льющегося из уст Пола.

— Вещь принадлежит тому, кто может ее уничтожить, — сказал Пол. — Мы можем уничтожить специю.

— Что же удерживает руку Гильдии? — прошептала Джессика.

— Они ищут меня, — ответил Пол. — Подумай только! Лучшие навигаторы Гильдии, умеющие прозревать сквозь время, умеющие выбрать безопаснейший курс для самого быстрого из лайнеров Гильдии, — все они ищут меня… и не видят. Как они трясутся сейчас! Теперь они знают, что их секрет у меня в руках, — Пол протянул вперед сложенную чашечкой ладонь, — Без специи они слепы!

Чени обрела голос.

— Ты сказал, что видел настоящее!

Пол откинулся назад, вглядываясь в простертое перед ним настоящее. Оно тонуло и в прошлом, и в будущем, начинавшем уже тускнеть. Вызванная специей ясность уже отступала.

— Делай, как я велел, — ответил он, — будущее для Гильдии столь же мутно, как и для меня. Линии видимости стягиваются. Все сходится

здесь, у специи… раньше они не осмеливались вторгаться на эту планету, ведь вмешаться значило потерять то, что у них было. Но теперь они в отчаянии. Все дороги уходят во тьму.

***

И вот наступил день, когда Арракис стал осью вселенной, и она повернулась.

Принцесса Ирулан. «Арракис Пробуждающийся»

— Погляди-ка туда, на эту штуку! — прошептал Стилгар.

Пол лежал рядом с ним в расселине, на самой вершине скал Барьера, прижав глаз к окуляру фрименской подзорной трубы. Масляные линзы были сфокусированы на межзвездном лихтере, что высился в котловине под ними. С востока высокий корабль уже озаряла бледная полоска на горизонте, но с обратной стороны еще желтели освещенные светошарами иллюминаторы. За кораблем в предутренней прохладе поблескивал огнями Арракейн.

Конечно, не лихтер потряс воображение Стилгара — Пол понимал это — нет, сооружение, центральным шестом для которого он был. Многоэтажный металлический шатер радиусом более километра, составленный из металлических лепестков, окружал корабль… временное место обитания пяти легионов сардаукаров и его императорского величества, падишах-императора Шаддама IV.

Сидя на корточках слева от Пола, Гарни Холлек произнес:

— Я могу насчитать в нем девять уровней. Хватит, пожалуй, для горстки сардаукаров.

— Пять легионов, — отозвался Пол.

— Светлеет, — прошипел Стилгар, — нам не нравится этот риск, Муад'Диб. Лучше бы отступить в скалы.

— Здесь я в полной безопасности, — ответил Пол.

— На корабле есть метательные орудия, — сказал Гарни.

— Они посчитают, что на нас щиты, — ответил Пол. — Потом зачем им тратить снаряд на троих человек, если нас вдруг и заметили?

Пол перевел подзорную трубу на дальнюю стену котловины, на усеянные выбоинами утесы, на осыпи, под которыми были погребены многие из воинов отца. И он вдруг подумал, что тени этих людей взирали бы сейчас на положение дел с удовлетворением. Форты и города Харконненов за пределами Барьера теперь либо были в руках Вольного народа, либо были отрезаны от своих… словно цветы, брошенные увядать на песок. Лишь эта котловина и город в ней оставались теперь в руках врагов.

— Они могут решиться на вылазку в топтере, — заметил Стилгар, — если обнаружат нас.

— Пусть, — ответил Пол, — все равно сегодня придется жечь их топтеры… да и буря на подходе.

Он перевел подзорную трубу на дальнюю сторону посадочного поля Арракейнского космопорта, на выстроившиеся там харконненовские фрегаты и флаг компании КАНИКТ, что лениво полоскался на древке над ними. И он подумал об отчаянии там, наверху, которое заставило Гильдию высадить две группы, оставляя все прочие в резерве. Гильдия, словно человек, пробовала песок большим пальцем, прежде чем разбивать на этом месте палатку.