Дыши
Шрифт:
На самом деле, к тому моменту, как мы добрались до гостиной, меня одолело любопытство о сути этой драмы. Конечно, она казалась нервной, и ей очень хотелось мне понравиться и, чтобы я хорошо провела время, и Чейз казался нездорово настроенным на то же самое, но все шло не так уж плохо.
Пока вдруг, из ниоткуда, когда мы сидели в гостиной и болтали, и я допивала свой последний бокал вина, зная, что уже поздно, а дорога долгая, так что скоро нам предстояло выехать, глаза Валери загорелись. В то же время от Чейза хлынула волна безмерной
Не обращая внимания на эмоции Чейза, Валери отставила свой бокал в сторону, сцепила руки перед собой, ее глаза метались между Чейзом и мной, и она мгновенно выдала мне информацию, необходимую для понимания происходящего.
— Трейн приехал!
О-оу.
Я напряглась вместе с Чейзом, пока Валери продолжала бормотать:
— Он сказал, что занят и, скорее всего, не появится. — Она посмотрела на меня. — Я была опустошена. Я так хотела, чтобы ты познакомилась с ним, и отец Чейза очень хотел познакомиться с тобой. А встретившись с тобой, увидев, какая ты очаровательная, я еще больше захотела, чтобы вы с Трейном познакомились. И вот, — она перевела сияющий взгляд с меня на Чейза, — он здесь!
Затем вскочила с кресла и без лишних слов выбежала из комнаты.
Я повернулась к Чейзу, но он уде поднялся и тянул меня за собой, с рычанием объявляя:
— Мы уходим. Немедленно.
Я кивнула, не сказав ни слова. Просто наклонилась и взяла свою сумочку, но тут же насторожилась, потому что почувствовала по исходящим от Чейза вибрациям, что дальнейшие события будут разворачиваться не очень хорошо.
И не ошиблась, хотя и понятия не имела, насколько все будет плохо. И я понятия не имела, что самое плохое случится намного позже, и это будет очень плохо.
Мы выходили в фойе, когда встретили Валери и Трейна.
Я не удивилась, увидев, учитывая их богатство и чуть поблекшую с возрастом красоту Валери, что отец Трейна тоже очень достойно выглядел и был привлекательным.
Но меня удивило поразительное сходство Чейза со своим отцом. Они не были зеркальным отражением друг друга, в светлых волосах Трейна проблескивала седина. Но они были одного роста, одного телосложения, и глаза Чейза были того же цвета, что и у Трейна. Хотя Чейз был моложе, и мощь и сила его телосложения не исчезли, как у Трейна, сходство было феноменальным.
Мне не представилось возможности это обдумать, потому что в присутствии его отца, та эмоция, исходящая от Чейза, усилилась примерно на два десятка уровней, из-за чего мне стало трудно дышать. Но даже при том, что Трейн не мог этого не заметить, он едва взглянул на сына, устремив все внимание на меня.
Подойдя к нам, он послал мне знакомую, но менее естественную и теплую улыбку.
— Фэй, — он двинулся ко мне, когда я почувствовала, как Чейз, стоявший близко, начал странно теснить меня себе за спину, — рад встречи. Как же я счастлив, что успел домой вовремя, чтобы познакомиться с тобой.
Не зная, что делать,
Но когда Трейн коснулся меня, удушающая эмоция, исходящая от Чейза, достигла опасного предела. Однако оцепенелость не позволила мне ничего другого, кроме как дать Трейну поднять мою руку и прикоснуться губами к костяшкам пальцев, даже когда Чейз обнял меня за талию, впиваясь в нее пальцами, и его неприязнь наполнила комнату.
Я не вращалась в кругу богачей, так что не могла знать наверняка, может, они и целовали руки как само собой разумеющееся, но даже если бы Чейз не вел себя странно, мне бы не понравилось, что Трейн целует мне руку. Это было обходительно, я видела такое раньше в фильмах, но в то же время немного жутковато. Кроме того, он не мог упустить собственнического жеста Чейза, который кричал: «Отойди!». Таким образом, он не мог не заметить, что ставил меня в крайне неловкое положение, а это не было хорошо ни по отношению ко мне, ни по отношению к его сыну.
Трейн выпрямился и опустил мою руку, но не отпустил ее, продолжая игнорировать сына и глядя мне в глаза. Со своей стороны, я снова замерла, тогда как мне хотелось потянуть свою руку на себя, чтобы он ее отпустил, и в то же время думала, что это может выглядеть грубо.
— Ты обворожительна. Какая жалость, что я не смог быть за ужином, пока ты украшала стол своим присутствием.
— Спасибо, — прошептала я.
— Отпусти ее, — прорычал Чейз достаточно тихо, чтобы не услышала его мать, но его отец определенно услышал, потому что отпустил меня.
Его взгляд остановился на сыне.
— Чейз, — поздоровался он. — Ты хорошо выглядишь.
— Мы уже уходим, — ответил Чейз, проведя меня вокруг Трейна к своей матери. Я слышала усилия, которые ему требовались, чтобы управлять тоном своего голоса, когда он обратился к ней. — Извини, ма, но нам пора в путь.
Ее лицо мгновенно потускнело, показывая, что она не разочарована, а опустошена.
Она подалась вперед и умоляюще пробормотала:
— Может, задержитесь еще на один бокальчик, чтобы Трейн мог расслабиться и поболтать с тобой и твоей очаровательной Фэй?
— Нет, — коротко и резко ответил Чейз, наклонился, поцеловал ее в щеку, затем отстранился и сказал: — Я позвоню. Может, через пару недель у тебя получится приехать в Карнэл и провести с нами выходные.
— Но… — начала она, и по сжатию руки на моей талии, я поняла, чего Чейз от меня хочет, и шагнула вперед.
— Прекрасный ужин, — пробормотала я, ободряюще сжимая ее плечо и наклоняясь, чтобы коснуться ее щеки своей. — Мне очень понравилась еда, — я отодвинулась, поймала ее взгляд и сжала ее руку, прежде чем закончить, — и особенно компания.