Дыши
Шрифт:
По громким воплям и смеху было понятно, что она не одна. На полу в прихожей переходящую в гостиную рассыпаны яркие шары, значится - семейный праздник. Скорее всего день рождение Мирона, ведь её в первых числах октября.
– Поздравляю, - протягиваю букет девушке и та с удивлением в глазах принимает его.
Удачно заехал в цветочный, жаль не в детский магазин.
– Спасибо, но что ты…
– Юленька… - застыла в прихожей Людмила Ивановна уставившись на нас обоих. Спустя секунду она
– Я присмотрю за Мироном, не волнуйся, иди.
– Но!..
«Хлоп.»
Юля
Я была в полнейшем шоке неожиданному появлению Исаева на своем пороге с гигантским букетом на перевес. Мужчина воспользовался моим шокированным состоянием и всунул в руки розы, что весили в два раза больше чем Мирон. Пока приходила в себя, откуда не возьмись выскочила Людмила Ивановна, забрала букет и выставила меня на коридор с легкой улыбкой на лице.
Что происходит!?
– Я не знал, что у вас будут гости.
Сложив руки под грудью, на которую Исаев уставился без всякого смущения, я сдержанно продолжила.
– Не важно. Зачем ты пришел?
– Разве не очевидно?
– Поздравить?
– он задумался над моим предположением.
– И это тоже.
Естественно я понимала зачем он мог сюда явиться, но боялась произносить это в слух.
– Паша… - устало зажала пальцами переносицу.
– Если это из-за Мирона, то я тебе уже говорила….
– Нет.
– перебил он меня.
– Что нет?
– насторожилась я.
Нет - я тебе не верю, или нет - не из-за Мирона?
– Я пришел поговорить с тобой.
– неловко продолжил он.
– Пришел из-за того, что скучаю.
Кончики его ушей заметно покраснели. Ему сложно это говорить, я вижу… и это меня почему-то обрадовало.
– Скучал?
Язвительно переспросила я, приводя Исаева в большее смущение, которое перерастает в раздражение.
– Да! Я скучаю.
– злиться.
– Хочу надеяться, что ты тоже. Хоть немного…
– ….
Ответ его ошарашил.
Всё это время он никак не давал о себе знать, а тут явился с букетом и заявлением..
«Юля, он хочет узнать его ли это ребенок!» - кричит внутренне подсознание, а сомнения язвительно поддакивают - «Поэтому и явился с цветами!».
Следом подключилась гордость: - «Это просто пыль в глаза, а если и нет, то вспомни о Насте!»
– Исаев скучай где-нибудь в другом месте….
Порицает меня разум: - «Зачем ты говоришь такие жестокие вещи, ведь можно сказать тоже самое, но по-другому!»
– … я сегодня не в настроении снимать твою лапшу со своих ушей. Поэтому езжай к Насте со своим
– Что?
– с прищуром уставился он на меня, но я уже отвернулась к двери, чтобы вернуть ему его цветы.
– Стой.
Паша схватил мое запястье и рывком развернул к себе, впечатав в свою крепкую грудь.
– Какая к черту Настя?
– Та самая.
– если бы было можно убивать одним взглядом, Исаев уже давным-давно бы лежал в гробу.
– Рыжая такая, с которой ты в весьма тесных отношениях.
– У меня ничего с ней не было!
– я рассмеялась его словам.
– В тот момент я был в ярости и ляпнул это из-за обиды.
– приблизился он лицом, заставляя смотреть в его черные омуты.
– Она пыталась, не спорю, но - нет! Как ты могла поверить мне!
Возмутился Паша, а на лице его читалось искреннее отвращение.
Промелькнуло сомнение, но я настойчиво продолжила выпутываться из его рук.
– Нет, я не верю тебе.
– вырвала руку из его хватки.
– Юля… - качает он головой, а в глазах читается страх.
– Хорошо, - выдохнула я.
– Предположим, что ты говоришь правду.
– серьезно смотрю на Исаева.
– Что дальше?
– Не знаю. Я хотел чтобы ты знала о моих чувствах. О том, что они никуда не исчезли и не исчезнут…
– Паша.
– качаю головой прикрыв устало веки.
– Нет, ты дослушаешь меня!
– нервно улыбнулся.
– Я люблю тебя.
Он сказал это с таким отчаянием, что мое сердце пропустило удар.
– Да… да, Юля!
– подступил он на шаг.
– А что касается Мирона…
– Вот что касается Мирона, тебя вообще касаться не должно!
– взбесилась я.
– Отпусти мои руки! Исаев….
Грубо закрыв мой рот поцелуем он прижал меня к двери. От возмущения я укусила его за губу, после чего мужчина сильнее углубил поцелуй.
Ярко-выраженный привкус железа на языке, давал понять, что укусила я его сильно, но это не остановило мужчину.
Возмущенно боролась я недолго. Сдалась со слезами на глазах и сильно уцепилась за Исаевскую макушку.
Не поцелуй, а сумасшествие какое-то. Так отчаянно, так страстно и так жадно.
– …а что касается Мирона. Мне плевать чей он, я готов воспитать его как собственного.
– переводя дыхания после поцелуя продолжил он.
– Если ты позволишь.
Оттолкнула от себя Исаева. Гипнотизируя смотрю в его глаза, ищу хоть каплю сомнения, но ничего подобного. Наоборот… мужчина совершенно серьезен, что пугает сильнее.
Сигнал открывающихся дверей лифта привлек наше внимание.
Из кабины вышел Олег с супругой и двумя детьми. Я же превратилась в статую осознав всю серьезность ситуации и осторожно посмотрела в сторону Исаева.