Дыроколы

Гжатский Сергей

Короче, Антон во всеуслышание заявил, что лично ему известен один престарелый атлант, вышедший на пенсию дырокол-наблюдатель, который хорошо знаком с ещё одним

дыроколом, побывавшем в своё время в Мире Хранителей Седьмой Сферы. Мол, у старика можно узнать точное нахождение этого человека, а уж у того выспросить координаты интере сующего нас Мира.

— Что бы не быть голословным, уточню, — поделился фактами Антон, — Этот атлант — мой

учитель и наставник! Он стажировал меня, готовя себе замену в нашем отряде дыроколов-наб людателей. Как-то мы разговорились

и он рассказал, что подружился с одним "чужим" дыроко лом, которому посчастливилось побывать в гостях у Хранителей и живым и невредимым вер нуться домой. Если руководство даст добро, то я сведу вас с учителем, а через него мы выйдем и на его друга…А там можно будет приступить и к операции проникновения…

Конечно, информация Антона была расплывчатой, совершенно не конкретной, и не давала стопроцентной гарантии решения задачи. Она попросту не обнадёживала. Ну посудите сами, кто-то знает кого-то, который в свою очередь…и так далее. Ноль оптимизма! И всё же, это была зацепка…

Поэтому, поскольку других предложений не последовало, высокое начальство решило принять план Антона. Лучше зыбкая неопределённость, чем вообще ничего. На этой ноте совещание и завершилось, а с ним прекратилась и вся начальственная кутерьма.

Но не для нас троих!

Меня утвердили командиром группы, провели отдельный целевой инструктаж и…началась наша трёхдневная ускоренная тренировка по особой программе. Собственно, до седьмого пота гоняли одного лишь Сергеева. Я и Антон, как прошедшие уже через это пекло, по большей час ти отдыхали и набирались сил, время от времени, правда, встречаясь с теми или иными дотош ными инструкторами, которые отрывали нас от этого приятного времяпрепровождения на час-другой ради дополнительных внеплановых занятий.

Подозреваю, что последние тревожили нас скорее ради галочек в своих журналах, чем

по объективным причинам. Так же поступали и медики, донимая нас с Антоном ежедневными

анализами, кардиограммами, энцефалограммами, витаминными иньекциями и прочей чепухой из необьятного арсенала медицинского контроля и освидетельствования.

Однажды в коридоре на нашем этаже спального корпуса меня перехватил завхоз Базы

и стал допытываться, не примечал ли я за Лже-Прересветом и лже-Береславой тяги к употребле нию сырого мяса. А то, мол, накануне нашего отбытия, из столовой пропало значительное ко личество полуфабриката шашлыка.

Я сразу смекнул, в чём дело, и стал категорически отнекиваться, чувствуя, что ни капе льки не краснею при этом. Завхоз терзал меня минут сорок, но я стоял на своём: ничего подоб ного за ними не замечал и баста!

— Странно! — пожевал губами на прощание завхоз, — Шашлык как в воду канул!

Я подумал, что он намекает на наш с лже-Береславой поход на озеро и поспешил откланяться,

не переставая недоумённо пожимать плечами до самой двери номера. Пусть видит мою явную озабоченность по сему факту, может тогда вычеркнет из списка подозреваемых?

На следующее утро, почти на том же самом месте меня остановил главврачь базы и пристал с аналогичными вопросами, но уже по

поводу домашнего пива и медовухи.

— Старушка обзвонила всё начальство, мол, кто выпил её гостинец внученьке, раз та находится в отлучке? Мы, естественно, не сообщили ей, что Береслава содержится в плену у Хранителей, но Оленец приказал разобраться, вот я и провожу расследование…

— А кто получал посылку? — вкрадчиво спросил я.

— Доподлинно установлено, что получала лже-Береслава. В обход моих распоряжений!

— Значит она и выпила! — рубанул я. — Тут и думать нечего!

— Да вы что?! — в ужасе всплеснул ручками главврачь, — Всё выпила девушка?

— Она не девушка! — заявил я категорично, — В смысле человеческой сути… Она — Хранитель! Наверняка поделилась с лже-Пересветом. Закрылись ночью в номере и вылакали бабкин гостинец в две глотки!

В выпученных глазах главврача поплыл туман. Он наверняка нарисовал в уме картинку, как Пе ресвет и Береслава в тишине ночного номера при выключенном свете методично опрокидыва ют в себя стакан за стаканом не закусывая. Облизнувшись, доморощенный следователь подозрительно уставился на меня.

— А вам, Роман Андреевич, они не предлагали выпить?

— Нет! — отрезал я, — Сразу видать, жадюги! Если бы и предложили, я бы отказался — ведь это нарушение режима, не так ли? Уверяю вас, я бы и пить не стал, и сразу просигналил бы куда следует!

— Ну-ну! — потрепал меня по плечу главврачь, — Вы не кажетесь мне неискренним, Роман Анд

реевич. Побольше бы таких в отряде, а то всё какие-то недисциплинированные пошли дыроко лы…

Сокрушаясь в голос и печально покачивая головёнкой на тонкой шее, он оставил меня в покое

и удалился, а я перевёл дух… Неймётся же некоторым!

Как-то вечером, когда мы остались в номере вдвоём, я задал Антону давно терзавший меня вопрос:

— Как мы найдём твоего учителя, если тебе нельзя появляться у себя на Родине?

— А его там и нет! Учитель, выйдя в отставку, выбрал местом жительства одну стабильную суб-параллель. Замечательный мир! Настоящая Мекка для туристов. Рай для отдыхающих и путеше ственников. Тамошние жители существуют только за счёт глобального турбизнеса. Никаких тебе производств, никаких выбросов, выхлопов и прочей химии. Всё девственно чисто: и земля и небо и воздух! Я гостил у учителя пару раз, его бунгало расположено на берегу океана, в кра сивейшей голубой лагуне, где белый песок под ногами и зелёные пальмы над головой. Тебе там понравится.

— Наверное…А тебе нравится на Базе?

— Очень! — искренне ответил атлант.

Ещё бы ему не нравилось! В этот раз в корпусах собралось полно народу. Около сотни

групп дыроколов-наблюдателей. Девушки, а они все были как на подбор, красивы и спортивны

сверхмеры, не обходили своим вниманием атланта. То одна, то другая строила моему приятелю глазки и назначала свидание после отбоя. И он не отказывал никому! То же мне, Дон-Жуан златокожий. Я уже и забыл, когда он в номере ночевал. Приходил под утро утомлённый, но счастливый. Бухался на постель и шёпотом заявлял: