Дырка от бублика
Шрифт:
— Нет, уверяю вас, сначала он был очень веселый, — твердо сказал тот. — Настроение у него испортилось уже в театре. Мне показалось, что он о чем-то вспомнил во время спектакля. Может быть, спектакль натолкнул его на какую-нибудь мысль?
— А он следил за действием?
— О, да! Он очень напряженно следил. Сначала сидел, как все. А потом вдруг наклонился вперед, так весь сосредоточился… И в антракте уже все — был в плохом настроении. Едва отвечал на мои вопросы, хмурился. И даже, мне кажется, бормотал какие-то угрозы.
— Может быть, Игорь разговаривал по
— Точно нет, — выпятил губу Лаппо. — Мобильный у него отключился, он еще посетовал, что забыл положить деньги на счет.
— Тогда, — продолжала фантазировать Элла, — возможно, он кого-то встретил перед началом спектакля или в антракте?
— Тоже нет, — Лаппо покачал головой. — Мы с ним все время были вместе. Даже, извините, не ходили в туалет. Буфет нас тоже не интересовал.
— Значит, он смотрел спектакль и вдруг о чем-то подумал или что-то вспомнил и расстроился? — еще раз уточнила Элла.
— Именно так.
— А что за спектакль вы смотрели?
— «Дневник оборотня», жуткая вещь, доложу я вам. И так все запутано!
— Леонид Игнатьевич, — вкрадчиво сказала Элла мягким, даже чарующим голосом. — А коричневый портфель вы видели?
— Коричневый портфель? — Лаппо нахмурился и постучал кофейной ложечкой по ладони.
— Ну да. Игорь при вас доставал коричневый портфель?
— Определенно нет. У Игоря в руках ничего не было.
— А в машине? Может быть, портфель лежал на заднем сиденье, или стоял где-нибудь под ногами, или был засунут в карман на чехле?
— Думаю, если бы портфель был, я бы его заметил, — покачал головой Лаппо. — Я успел прокатиться и на переднем сиденье, и на заднем. Никакого портфеля не было. Может быть, он лежал в багажнике?
— Может быть, — пробормотала Элла, пытаясь понять, откуда все-таки выплыл этот странный портфель и куда уплыл впоследствии. — Игорь ведь довез вас до гостиницы?
— Конечно. Он был очень, очень любезным человеком. Мне так жаль… Право, жаль.
— А когда он вас подвозил, то случайно не обмолвился насчет того, куда собирается ехать?
— Как же? Он совершенно определенно сказал: «Мне через Садовое на Маяковку».
— Да? — удивленно спросила Элла. — Не домой? А в котором часу вы расстались?
Лаппо серьезно посмотрел на нее и полуутвердительно сказал:
— У вас какие-то проблемы, да?
— Небольшие, — уклонилась от ответа Элла. — Так все-таки, сколько было времени?
— В половине десятого окончился спектакль, и в десять мы уже оказались здесь, у входа в гостиницу.
— У вас потрясающая память! Спасибо, — поблагодарила она. — Вы мне в самом деле очень помогли.
Она тепло распрощалась с наблюдательным гостем столицы и двинулась в сторону метро. По дороге она размышляла о том, что услышала. Вряд ли Игорь положил ценный портфель в багажник — это просто несерьезно. Похоже, что портфеля с ним не было до самого последнего момента. Но где-то же он его раздобыл! Может быть, как раз на Маяковке? Положим, там у него была назначена встреча. Но как узнать — с кем? И что все-таки лежало в этом загадочном портфеле?
Надо
Когда Элла пришла в себя, то увидела бритоголового бугая с совершенно зверской физиономией. Бугай навис над ней и сказал:
— Ты это… Типа… Того?
— Того… — проскрипела Элла, попыталась приподняться и с воплем уронила голову обратно в снег.
— Ты это… — забеспокоился бритоголовый. — Шапку того… Надень.
Он добыл ее шапку, встряхнул и стал рассматривать. Элла стиснула зубы и приняла-таки вертикальное, положение. Оказалось, что она сидит в сугробе все в том же проходном дворе. Рядом валяются высыпавшиеся из пакета книги. А слегка в сторонке лежит кирпич. Ничего особенного — обычный кирпич, если не считать того, что именно им Эллу угостили по голове.
— Это… — снова подал голос бритоголовый. — У тебя шапка вся измазанная. Гляди, вся в кирпичной крошке. А кирпич — вон он. Тебя, слышь, по башке звезданули!
— Ты это видел? — прокряхтела Элла, позволяя ему поднять себя за шиворот и поставить на ноги.
— Я?! — возмутился тот, будто бы она обвинила его бог знает в чем. — Я на тачке еду, а ты того.., лежишь. Проехать нельзя никак. И я того.., вышел.
Его тачка стояла неподалеку с распахнутой передней дверцей.
— Ты это… — сказала Элла. — Дверцу бы закрыл.
— Ага, — согласился бритоголовый, сбегал и закрыл дверцу. Потом снова возвратился к ней. — Тебе того… До дому далеко?
— Два шага.
— Тогда я того.., довезу. Видать, тебя грабануть хотели. В менялке была? Там иногда баб пасут, чтоб, значит, сумку вырвать.
— Спасибо, — сказала Элла и побрела к машине, бросив в снегу все свое добро.
Больше всего у нее болело правое ухо, прямо огнем горело. Вероятно, от прямого удара ей все-таки удалось уклониться, а иначе бы все, кранты. Получить кирпичом по голове — это не шутка.
Элла влезла в машину и равнодушно наблюдала, как бритоголовый собирает ее вещи и рассовывает по пакетам.
— Чтиво твое того… — виновато сопя, объяснил он. Засовывая пакеты в салон. — Накрылось. Может, тебя того.., в больницу?
— Лучше домой, — попросила она. — Здание объедем и там один поворот направо. Через пару минут они уже были на месте. Элла выбралась из машины, бритоголовый вылез вслед за ней и вытащил пакеты.
— Ты того… Сама дойдешь? — спросил он.
— Дойду, — пробормотала Элла и тут увидела Овсянникова.