Дырка от бублика
Шрифт:
— Но ведь милиция считает, что все элементарно и Астапова убила его жена!
— Милиция хочет допросить жену, — мягко поправил ее Овсянников. — А вовсе не послать ее на костер.
— Не понимаю, на чьей ты стороне!
— Послушай, я ведь не Робин Гуд! — сердито сказал он. — Я на стороне Борьки.
— Потому что он твой друг!
— Нет, потому что он мой клиент. Друг не всегда прав, а клиент — всегда.
— Значит, за деньги друга ты готов поймать бедную Астапову и отдать ее на растерзание
— Бедная Астапова, между прочим, весьма ловко скрывается.
— Так что насчет портфеля? — Подавив эмоции, Элла вернулась к теме беседы.
— Не знаю, — развел руками Овсянников. — Может статься, в нем были банковские бумаги да и только. Какой-нибудь доклад, который шеф попросил беднягу поправить к утру. Мало ли что?
— Тогда куда он делся, этот портфель?
— Вероятно, за ним заехали и Забрали. Или унесли уже после убийства.
— Вот я и говорю, что надо потрясти Лаппо. Может быть, он в курсе, откуда взялся портфель. Может быть, Астапов проболтался, что в нем находится. Ведь сказал же он соседке, что портфель жутко ценный!
Овсянников взял газету и уткнулся в нее носом, пробормотав:
— Ну, потряси, потряси этого Лаппо, солнышко!
«Ух, так бы и убила! — сердито подумала Элла. — Вместо того чтобы делать что-нибудь стоящее, искать новые улики, проверять алиби, этот супер-дрюпер-сыщик составляет ее психологический портрет, чтобы понять, где она может прятаться. Забавно будет, поглядеть на его физиономию, когда он узнает правду».
Едва Овсянников отчалил, Элла немедленно бросилась к телефону и набрала номер.
— Здравствуйте, Леонид Игнатьевич, — приглушенным голосом сказала она, когда Лаппо ответил. — Мы с вами незнакомы, но у меня к вам конфиденциальное дело. В воскресенье вы посетили Театр современной пьесы, и сопровождал вас Игорь Астапов, не так ли? Так вот, Леонид Игнатьевич, я — его вдова, Элла. Вы ведь знаете, что Игорь погиб?
Лаппо выразил ей свои соболезнования, и Элла сказала:
— Благодарю вас, но мне бы хотелось узнать о том вечере поподробнее. Мы не могли бы с вами встретиться? Если можно, сегодня.
Любезный Лаппо немедленно назначил встречу, и Элла удовлетворенно откинулась на спинку дивана. Кажется, ее следствие потихоньку продвигается! Интересно, а милиция-то ищет коричневый портфель? Ведь Юлия Юшкина наверняка о нем рассказала! Или следователь думает, что это она, Элла, убив мужа, прихватила портфель с собой?
Прежде чем начать собираться, она позвонила в редакцию Кате Бурцевой, но наткнулась на шефа.
— Послушай, Астапова! — сказал тот строгим голосом. — Что ты там себе позволяешь, а?
— Что? — не поняла Элла.
— Жека жалуется, что ты к нему пристаешь.
— Я-а?!
— Якобы ты терлась об него животом или что-то в этом
Элла мгновенно пошла пятнами, как больная краснухой, и переспросила:
— Значит, он жаловался, да?
— Только ты.., это… Не говори ему ничего. Я для того сказал, чтобы ты о деле не забывала. А так, если хочется, что ж?
Элла хотела швырнуть трубку, но потом вспомнила, сколько сделал для нее Шведов, и смягчилась.
— Ты, Дим, не обращай внимания. В одной квартире с неженатым мужчиной жить не так-то просто!
— А кто тебе сказал, что он неженатый? — огорошил ее Шведов.
— А где ж его жена? — удивилась Элла.
— У него было аж две жены. Обе от него сбежали, и обеих он до сих пор нежно любит.
— Могу себе представить! — воскликнула она, вспомнив совершенно распутную овсянниковскую челку, которую тот постоянно взлохмачивал растопыренной пятерней.
Впрочем, сейчас ей было не до Овсянникова с его женами.
— Дим, позови к телефону Катю.
— Ладно, — согласился Шведов и, немного помолчав, шепотом добавил:
— Ты знаешь, с ней в последнее время происходит что-то странное. С тех пор как все это случилось с тобой, Екатерину нашу будто подменили. У нее постоянно глаза на мокром месте. Чего она так распереживалась?
— Не знаю, — пробормотала Элла. — А я ничего такого не заметила, когда пряталась в редакции…
— Правильно, если сидеть в шкафу, вся жизнь пролетит мимо. В общем, я ее тебе сейчас дам.
Прошло минуты две, и Катя подошла к телефону. Голос у нее был неестественно бодрым.
— Алло! — сказала она. — Наконец-то ты позвонила! Как там у тебя дела, расскажи. Я так волнуюсь… — Она неожиданно прервалась на полуслове и старательно поправилась:
— Мы все очень волнуемся. И Андрей, и Никита…
Элла вкратце рассказала о том, как продвигается ее личное расследование, и сообщила, что через два часа встречается с Лаппо.
— Послушай, ты очень рискуешь! — всерьез разволновалась Катя. — Представляешь, ты подходишь к этому Лаппо, здороваешься с ним, говоришь, кто ты такая, и вдруг с двух сторон к тебе подходят люди в штатском и берут под локотки!
— Думаешь, он после моего звонка обратился в милицию?
— Почему бы и нет, если милиция его, допустим, специально предупредила? Ведь науськивал же следователь Шведова! Полагаю, тебе надо послать на встречу вместо себя кого-нибудь другого. Какую-то женщину. Она подойдет, представится тобой, а ты поглядишь со стороны, что из этого выйдет. Если все нормально и Лаппо не приготовил тебе ловушку, можешь спокойно выйти и все объяснить. У тебя есть кто-нибудь на примете? Я бы предложила свою кандидатуру, но у меня ребенок заболел, шеф отпустил домой, так что я буквально улетаю!