Дыхание Смерти
Шрифт:
Ответ поразил. В человеческой истории единственную кошку называли не иначе, чем Проклятая Калиан, но то, что довелось увидеть мне… и то, что сказал ректор… Она была просто девочкой, испуганной девочкой с особыми способностями… Как же так вышло?
— Страх убивает, — усмехнувшись, произнес Гаэр-аш. — Они боялись, в итоге убили всё, что было светлого в трех испуганных девочках, у которых помимо подростковых сложностей начались еще и проблемы с приходом силы. И те, в чьих венах текла кровь Хаоса, сделали выбор в пользу Хаоса — он
В его последней фразе промелькнул намек, и я подняв голову, посмотрела на ректора, пытаясь понять о чем он. Но глава Некроса молчал, пристально глядя на меня, пристально и оценивающе, словно пытался оценить во мне что-то.
— Ты изменилась, — сухо произнес Гаэр-аш. — Не явно, но вполне определенно. Эксперименты с кровью?
Я промолчала.
Ректор молчать не стал, и продолжил:
— Мой дом покидать исключительно в моем присутствии. Арена, бои, и назад. Никаких более приключений и артефактов для ведьмочек. Никаких прогулок с Гобби.
Возмущенно посмотрев на Гаэр-аша, я собиралась высказаться против, но… он перебил ледяным:
— Если ты еще не поняла, Риаллин, то я обрисую ситуацию для тебя — Рханэ принял к сведению информацию, услышанную от призрака. Мы больше не родственники и не союзники. Все кончено. Вероятно, уже сегодня я получу предписание с приказом завуалированным под просьбу — покинуть столицу седьмого королевства. И мою "кошку " мне прикажут забрать с собой, мотивируя это тем, что воспитанница должна следовать за своим опекуном.
Я молчала, потрясенно глядя на ректора. Он продолжил:
— А когда информация дойдет до четвертого королевства, меня попросят покинуть и его. "Попросят". В ультимативной форме. На практике количество попыток убить как меня, так и тебя, будет впечатляющим. Поверь, робкие попытки отступников убрать "темную лошадку " не пойдут ни в какое сравнение с тем, что нас ожидает.
Я все еще не верила. Не могла поверить. Звучало как-то дико, но… обвинения были слишком серьезными, с этим я была вынуждена согласиться.
— Вероятно, — ректор усмехнулся, — многим позже они осознают, что ты никак не могла быть "той самой кошкой", на которую сделали ставку вечные. Более того, проблему "кошки " не так много лет назад решил мой дядя, отравив Кеалир. Кеалир-Калиан — отступники продумали все, даже созвучные имена подобрали… Не учли они лишь одного фактора — сумасшествия короля четвертого королевства, который не побоялся отравить ту, на которую вечные сделали главную ставку. Я думал, что потерял невесту… а выходит "кошку". Кошку, что должна была пробудить во мне наследие крови темного лорда. Забавно…
Он вновь посмотрел на меня, усмехнулся и добавил:
— Вот только когда они осознают все случившееся — неизвестно. Размышлять и строить предположения сильные мира сего будут лишь после того, как устранят проблему. А главная проблема сейчас — мы с тобой.
Испуганно
— Но вы не хотите править. Вы никогда не стремились к этому… Вы сделали все, чтобы поддержать Норта в его претензиях на трон, лишь бы самому на него не садиться. Вы…
Гаэр-аш улыбнулся. Насмешливо, устало и как-то безразлично. А едва я умолкла, спокойно произнес:
— Запомни, сокровище мое, ты никогда, никому и ничего не докажешь. Человеческая природа такова, что люди всегда верят в худшее. Всегда.
Принять подобное я не могла, и с жаром проговорила:
— Но если поговорить… Если объяснить, я уверена, что…
— Я не буду оправдываться в том, к чему совершенно не причастен, — ледяным тоном оборвал меня глава Некроса.
И в этом прозвучала гордость, гнев оскорбленного достоинства и ярость на ситуацию. А я поняла главное — действительно ни оправдываться, ни объяснять ничего лорд Артанаэш Гаэр-аш не станет.
— Иди к себе, — приказал он. — Эдвин вероятно уже поднялся, готовься к тренировке.
Уходила я со смешанным чувством тревоги и ожидания худшего. Ожидания самого худшего. И была погружена в свои мысли настолько, что даже не сразу заметила стоящего на лестнице и явно ожидающего меня Эдвина. Некромант, дождавшись, пока я поднимусь к нему, протянул руку и вытер слезинки, неведомо как оказавшиеся на моих щеках. А затем тихо спросил:
— Рханэ был?
Я кивнула.
— Что ж, это было ожидаемо. Идем.
И он потянул меня вверх, вот только свернули мы вовсе не в ту часть дома, где располагались спальни, а в противоположную, к столовой. Ничего не понимая, я прошла за Эдвином, вошла в распахнутые им для меня двери и остановилась, увидев Норта и Дана за столом. На самом столе лежала легкая закуска из нарезанного ломтями сыра и практически наструганного вяленного мяса, стояли кубки и графин с красной жидкостью.
— Не рано ли вы пьете вино? — спросила я, помня, в отличие от них похоже, о том что у нас сегодня еще бои.
— Это не вино, — произнес Норт и указал на стул рядом с собой.
Я прошла и села, Эдвин сел похоже на свое место, отпил из кубка и сообщил парням то, что узнал от меня:
— Рханэ был.
— Ожидаемо, — сухо ответил Норт.
С некоторым удивлением я оглядела всех троих. Парни были суровы, сосредоточены, и выглядели так, словно им на плечи навалилась непомерная тяжесть. И это так контрастировало с теми тремя лучшими учениками Некроса, которых я знала еще совсем недавно. Они изменились. Повзрослели как-то. Ушла вседозволенность, исчезло откровенное презрение к слабым, несдержанность и легкий налет шалопайства исчез так же. Рядом со мной были сильные, уверенные в себе, не боящиеся взять на себя ответственность и готовые к трудностям молодые мужчины. Уже не парни.