Дьявол

Браун Сандра

— А я не хочу быть застреленным! И тебе тоже не слишком понравится быть изнасилованной всей их шайкой.

Керри возмущенно выдохнула.

— Все. Никаких споров. Мы никуда не пойдем, пока я не скажу.

Керри казалось, что у нее сейчас начнется приступ клаустрофобии.

— Долго еще?

— Не знаю.

— До рассвета?

— Надеюсь.

— А который сейчас час?

— Думаю, около четырех.

— Я больше не могу, Линк. — Керри ненавидела себя за невыдержанность, но ничего не могла сделать. — Правда,

сил больше нет.

— У тебя нет выбора. Терпи.

— Не могу. Пожалуйста, разреши мне встать.

— Нет.

— Пожалуйста.

— Я сказал, нет, Керри.

— На минуточку. У меня…

— Повернись.

— Что?

— Повернись ко мне лицом. Поменяешь позу, и будет легче.

Все ее тело молило дать возможность мышцам размяться. Керри перекатилась и вскоре лежала лицом к лицу с Линком. Он положил руку ей на талию и накрыл своими ногами. Керри положила голову ему на плечо. Линк положил подбородок ей на голову и крепче прижал к себе.

Керри не знала, долго ли они так пролежали. Возможно, несколько часов или несколько минут, пока дождь, наконец, не утих, и в джунглях наступила тишина. Керри мечтала отодвинуться подальше от Линка, но, к сожалению, такой возможности у нее не было.

— Извини, — пробормотала она.

— Ничего.

Так неожиданно запаниковала. Наверное, клаустрофобия.

— Ты проснулась и испугалась. Голодная, замерзшая. Это естественно. Мне тоже не очень комфортно. Но на данный момент у нас нет выбора.

Он так забавно это сказал. Его пальцы осторожно касались ее волос, стараясь успокоить, и она чувствовала их тепло.

— Зачем ты так поступила, Керри?

— Как?

— Поставила перед собой такую сложную задачу? Не самое приятное времяпрепровождение для молодой леди.

— Ах, это. Ей стало стыдно за свою ложь. Несмотря на небольшие размолвки, Линк вел себя с ней порядочно, когда узнал, что она монахиня.

Если бы он продолжал вести себя агрессивно, она бы на крови поклялась, что служит Богу. Однако его порядочность заслуживала честного отношения. Она должна открыть ему, по крайней мере, часть правды.

Однако Керри никак не могла решиться.

— Почему ты считаешь, что мне это не подходит?

Линк пожал плечом. Керри казалась ему самой женственной из всех женщин, которых он держал в своих объятиях. В голове не укладывалось, что она монахиня. Ее губы были такими мягкими, что хотелось целовать их снова и снова. Ее манеры и поведение были так не похожи на привычки людей в сутане. Первое впечатление никогда не обманывало Линка, он и на этот раз был готов поклясться, что не ошибся.

— Ты не похожа ни на одну монахиню из тех, что я видел.

— Служители церкви обычные люди.

— И они все носят кружевные трусики?

Она покраснела до корней волос:

— Я… я люблю красивое белье. Это не грех. Мы имеем право на слабости, как и все женщины. Я тоже женщина.

Как раз об этом

ему не надо было напоминать. Она была истинная женщина, это верно. Сейчас он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.

— В тебе нет покорности. — Керри фыркнула, и Линк обнял ее крепче. — Нет, я не хочу сказать, что ты выглядишь непокорной, просто… черт… — Он замолчал, подбирая слова. — В смысле, неужели тебе никогда не хотелось иметь детей? Ты так хорошо ладишь с этими несчастными сиротами. Не думала завести своих собственных?

— Думала, — кивнула Керри.

— Э, а ты… у тебя был мужчина?

— Я думала об этом, — мягко сказала Керри. Интересно, он чувствует, что ее сердце готово выпрыгнуть из груди? Она была честна с ним, но слукавила лишь в одном: она никогда так сильно не желала мужчину, как сейчас.

В голове опять возникли картины той ночи, когда он страстно целовал ее. Несомненно, этот мужчина многому может научить женщину в постели.

— Ты думала заняться любовью с мужчиной?

Керри кивнула и потерлась носом о его волосатый торс.

— Тебе интересно, что это такое?

Керри изо всех сил сжала зубы, чтобы сдержать стон.

— Конечно.

Линк провел рукой по ее волосам.

— Мужчина может подарить необыкновенное наслаждение, если знает, что делает. О таком удовольствии можно только мечтать.

Керри казалась, что она сейчас растает в его руках. Она подумала, что если Линк и дальше будет так себя вести, то она, скорее всего, не выдержит.

— Тебе, правда, интересно?

— Да.

— Не будешь ли ты разочарована?

Она набрала в легкие побольше воздуха и произнесла:

— Я еще не дала обета.

Линк дернулся:

— Что?

— Я сказала, что…

— Я отлично слышал, что ты сказала. Что это значит?

Керри очень хотела рассказать ему всю правду, но понимала, что, стоит ей признаться, в следующую секунду он займется с ней любовью. В этом можно не сомневаться. Она чувствовала, как напряглось его мужское достоинство, упирающееся ей в бедро.

Керри стало жарко и холодно одновременно от охватившего ее желания.

Нет. Прежде всего, она должна думать о несчастных сиротах. Ее основная задача — доставить их к самолету живыми и невредимыми. Она не имеет права думать ни о чем другом.

Если они с Линком станут любовниками, это не только осложнит выполнение задачи, но и создаст массу других проблем. Если они останутся живы и благополучно вернутся в Соединенные Штаты, тогда можно будет подумать о продолжении отношений.

Керри с радостью доверилась бы мужчине с таким богатым опытом общения с женщинами. Она была уверена, что, говоря об умении дарить наслаждение, он имел в виду именно себя. А что может дать она? Сможет ли подарить удовольствие, сопоставимое с тем, которое может получить? Не станет ли ее связь с Линком О’Нилом огромным для него разочарованием?