Дьявол в бархате
Шрифт:
Пауза казалась невыносимой.
— Это не Лидия! — заявил Джордж тихим полузадушенным голосом. — Это… это…
— Тише, Джордж!.. Мастер аптекарь, не называла ли случайно девушка эту леди по имени?
— Нет, сэр, она… Боже, я забыл! — внезапно воскликнул аптекарь. —» Если вы сомневаетесь во мне, — сказала она, приподнимая в улыбке полную верхнюю губу и по-дружески дергая меня за пуговицу куртки, пока я… Хм!.. — Если вы сомневаетесь во мне, — сказала она, — то имя той, кто теперь является верной возлюбленной моего хозяина, Мэгдален или Мег «.
Фентон опустил
На прилавке, слева от него, лежала витая резная трость аптекаря из крепкого дуба. Фентон рассеянно подобрал ее и стал взвешивать в руке.
Большую часть сказанного аптекарем он ожидал услышать. Это следовало из записей Джайлса. Однако ему приходилось проверять их, так как имя Мег там не было упомянуто. На нее лишь намекалось и при том так завуалированно, что только непосредственное изучение могло помочь решить эту загадку.
Но Фентону удалось открыть столько важных вещей, отсутствующих в рукописи! Ему приходилось действовать вслепую. Фактически, манускрипт оказался почти бесполезен, если не считать…
И в этот момент аптека словно взорвалась.
— Лжец! — внезапно заорал Джордж. — Плут! Мошенник!
В ту же секунду он протянул руку через прилавок к горлу аптекаря. Весы с грохотом полетели на пол. Аптекарь, тщетно пытаясь сохранить остатки достоинства, обежал прилавок кругом и спрятался за Фентона.
— Джордж! Успокойся! Прекрати немедленно!
Однако взбешенный Джордж попытался запугать аптекаря ложью.
— Произошло убийство, и тебя за него тоже арестуют! — про — должал бушевать он. — Я еще увижу тебя в Ньюгейте, а потом и в Тайберне! 55 Погляжу, как ты будешь болтаться в петле!..
55
Место публичных казней в Лондоне.
Последовал поток ругательств.
— Черт бы тебя побрал, Джордж! Заткнись!
Лорд Джордж Харуэлл застыл как вкопанный, подняв левую руку, а правой вцепившись в эфес шпаги. Это были первые знакомые слова, которые он за весь сегодняшний день услышал от Ника.
На висках последнего вздулись голубые вены, лицо стало еще более смуглым, на нем появилась странная улыбка, руки вцепились в трость, прижимая ее к телу.
Джорджу, очевидно, более суеверному или чувствительному, чем он выглядел, казалось, что какая-то невидимая сила одолевает Ника, заставляя его бросить трость.
— Осторожнее, Ник! — предупредил Джордж. — Когда ты в таком состоянии…
Тем временем маленький аптекарь, пробиравшийся к двери, чтобы как-нибудь выпроводить буйных посетителей, глянул в большое окно, казавшееся непрозрачным из-за волнистого стекла. Чувствуя себя под защитой сэра Ника, мастер Уиннел поглядел сначала налево, потом направо.
После этого он задрожал еще сильнее.
— Сэр Николас… — начал аптекарь. Он повернулся и отшатнулся назад, увидев лицо человека, к которому обратился.
— Ладно, приятель, — проворчал сэр Ник, пытаясь заставить свой голос звучать как можно мягче. Его дрожащая рука выронила трость
Это было куда больше, чем аптекарь мог рассчитывать заработать за месяц.
— Я возьму их и не стану отрицать, что в них нуждаюсь, — ответил мастер Уиннел. — Но вы пока не должны уходить отсюда. Позвольте мне устроить вас поудобнее в маленькой гостиной.
— Не должны уходить? Почему?
— Благородные джентльмены могут не знать, что между Флит-Стрит и Темплом расположен район, именуемый Эльзасом 56 .
— Ну и что? — осведомился сэр Ник.
— Этот Эльзас является законным убежищем даже для совершивших самые грязные преступления. Худших из тамошних негодяев кличут Забияками, так как…
Джордж подбежал к окну, нашел участок прозрачного стекла и приложил к нему глаз.
— Мошенник слева, — пробормотал аптекарь, — стоит спиной к лавкам в конце аллеи. Я не могу видеть его лицо. Но другой, справа у арки, ведущей на Стрэнд…
56
Эльзас — район Лондона, обладавший с XIII в по 1697 г. привилегией предоставления убежища преступникам.
— Я вижу его, — сказал Джордж.
Человек, о котором шла речь, стоял внутри арки, прислонившись к стене правым плечом, скрестив руки на груди и ковыряя землю носком рваного башмака. Он жевал соломинку, отчего казалось, что его губы непрерывно усмехаются.
Незнакомец был высоким и худым. Ветхая куртка держалась на нем с помощью ряда оловянных пуговиц; некогда зеленые, но порыжевшие от возраста штаны прикреплялись шнурками к чулкам того же цвета. В старых ножнах торчала новая шпага (ее рукоятка сверкала на солнце), которую кто-то ему купил. Сломанные поля плоской шляпы были привязаны к низкой тулье зеленой лентой.
Человек этот, внушавший всем страх своей жестокостью и безжалостностью, и был Забиякой из Эльзаса.
Глава 7. Фехтование на Аллее Мертвеца
— Не относитесь к этому легкомысленно! — умолял аптекарь. — Такие головорезы выходят из убежища только для того, чтобы убить кого-нибудь за вознаграждение. Естественно, что они более опытны в обращении со шпагой, чем благородные джентльмены…
— К его шляпе прикреплена зеленая лента, — заметил Джордж.
С легкостью отодвинув аптекаря в сторону, сэр Ник подошел к окну, посмотрел на аллею и арку и вскоре выпрямился.
— Клуб Зеленой ленты, — пробормотал он. — Милорд Шафтсбери. Его светлость Бакингем…
И он с треском сломал трость, которую все еще держал в руках.
На лице сэра Ника появилось выражение почти религиозного экстаза. Если какая-то невидимая сила и пыталась его удержать, то она была отброшена. Но он казался спокойным и уверенным.
— Джордж, — заговорил сэр Ник, — оставайся здесь и жди. Я займусь длинноногим у арки, а может, и сразу двумя. Черт возьми, такая возможность представляется нечасто!